А. А. Кокошин Реальный суверенитет в современной мирополитической системе Москва



страница4/8
Дата23.11.2017
Размер1,49 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8

4. Формула реального суверенитета
Реальным суверенитетом* обладает сравнительно небольшое число стран, и это не только современный феномен. Так было практически на протяжении всей мировой истории. Реальный суверенитет означает способность государства на деле (а не декларативно) самостоятельно проводить свою внутреннюю, внешнюю и оборонную политику, заключать и расторгать договоры, вступать или не вступать в отношения стратегического партнерства и т.п.

Реальный суверенитет предполагает национальный контроль над аэродромной сетью и управлением воздушным движением, над нефте- и газопроводами и соответствующими терминалами, железнодорожной сетью, федеральными автотрассами, над рядом отраслей гражданской наукоемкой промышленности, тесно связанных с оборонно-промышленным сектором, независимость важнейших каналов эфирного телевидения от иностранного капитала. Одним из важных факторов обеспечения реального суверенитета является развитие в стране фундаментальной науки, финансирование которой должно взять на себя прежде всего государство. Серьезное значение имеет способность «политического класса», бизнес-элиты и интеллектуальной элиты к самостоятельному стратегическому мышлению в области безопасности, в том числе в области оборонной политики, экономики и социального развития, к мышлению, опирающемуся на обширную общественно-научную базу – как теоретического, так и прикладного характера, на чувство просвещенного патриотизма.

Нация и индивидуумы подлинно суверенного демократического государства имеют особое мироощущение, испытывают особую гордость за свою страну.

В современных условиях конкурентоспособность нации и ее реальный суверенитет обеспечивают стратегические отрасли, поэтому крайне важной является их прямая государственная поддержка. Одним из примеров подобной политики может быть политика деголлевской Франции, которая в условиях активного сопротивления англосаксонских государств позволила этой стране отстоять свое право иметь широкий спектр национальной наукоемкой промышленности – атомной, авиационной, ракетно-космической, электронной и др.

Отсутствие собственной возможности разрабатывать ряд видов вооружений, которую Германия и Япония утратили в результате поражения во Второй мировой войне, является одной из характеристик де-факто неполной суверенности этих государств в мирополитической системе. По окончании войны они потеряли не только свой суверенитет, но и субъектность, затем де-юре их суверенитет был восстановлен, однако достижение реального суверенитета этими государствами остается проблемой*.

Обретение способности производить вооружения – дело длительное, многотрудное, чреватое многими неудачами. Так, Индия, несмотря на многолетние усилия и огромные затраченные средства (и большие достижения во многих областях науки и техники), не смогла освоить производство не только современного истребителя собственной разработки, но и танка «Арджун». В результате в 2003–2005 гг. были приняты решения о продолжении закупок у России истребителей и танков.

Российская Федерация к середине первого десятилетия XXI в. оказалась на грани утраты многих важных компонентов производства современных систем вооружений, имевшихся у Советского Союза, поэтому крайне острой является задача воссоздания такого производства на новой научно-технической основе. Однако, несмотря на все положительные тенденции нескольких последних лет, в России до сих пор отсутствует национальная научно-промышленная политика88. Без такой политики стране грозит утрата реального суверенитета, трансформация де-факто из активного субъекта мировой политики во все большей мере в ее объект.

Реальный суверенитет предполагает и наличие собственной, устойчивой к внешним воздействиям, банковской системы, контролируемой государством и национальным капиталом. Огромное значение в современных условиях имеет наличие у государства сильной финансовой системы с невысокой степенью зависимости от внешних заимствований.



Главный редактор журнала «Эксперт» В.А.Фадеев обоснованно отмечает, что «российская финансовая система чрезвычайно слаба», что «она по своей мощности не соответствует даже нынешним потребностям». По его оценке, «она в четыре-пять раз меньше, чем необходимо для того, чтобы обеспечить нормальное функционирование хозяйства»89.
Реальный суверенитет России существенно уменьшился к концу 90-х годов в силу значительного, как уже говорилось, возрастания внешней задолженности как в абсолютном выражении, так и по отношению к ВВП. Запад демонстрировал явную «сдержанность» в решении вопроса о реструктуризации долгов на выгодных для России условиях, а тем более в вопросе о «прощении» России долгов Советского Союза (как это Запад сделал, например, в отношении для Польши*).

Сокращение этой задолженности за последние два-три года можно считать немаловажным достижением администрации В.В.Путина, мерой, способствующей укреплению реального суверенитета России.

Разумное обеспечение реального суверенитета отнюдь не означает автаркии в экономике (например, отказа от вступления в ВТО), изоляции в культурном и духовном отношении от остального мира, которые всегда были контрпродуктивны**, а в современных условиях – тем более. Наоборот, политика разумного обеспечения суверенитета способствует наиболее оптимальной интеграции страны в мировую экономику.

«Наша главная задача остается прежней: она заключается в том, чтобы обеспечить высокие темпы роста российской экономики», – заявил Президент России В.В.Путин, подводя итоги развернувшейся на 9-м Петербургском экономическом форуме 14 июня 2005 г. дискуссии о преимуществах либерального или, наоборот, государственного пути развития экономики. Отметив, что «это (достижение высоких темпов роста. – А.К.) невозможно сделать без интеграции России в мировое хозяйство и мировую экономику в условиях глобализации», Президент подчеркнул, что «это возможно при соблюдении одного непременного условия: при сохранении и обеспечении суверенитета нашего государства» (выделено автором. – А.К.).
В то же время вопрос о вступлении России в ВТО не должен быть вопросом идеологическим, его нужно решать на сугубо прагматической основе, с учетом интересов долгосрочного развития страны, обеспечения национальной конкурентоспособности России. При вступлении России в ВТО должны быть тщательно просчитаны все последствия членства в этой организации с точки зрения возможности сохранения и развития отечественного машиностроения, приборостроения, особенно их наукоемкой части.

Наличие реального суверенитета позволяет добиваться более выгодных условий для внешней торговли, для привлечения иностранных инвестиций, для обеспечения в необходимых пределах на наиболее приемлемых условиях внешних заимствований на мировых финансовых рынках и пр.


5. Контуры российской стратегии обеспечения реального суверенитета
Итак, современная мирополитическая система и мировая экономика характеризуются борьбой двух тенденций. С одной стороны, это тенденция «десуверенизации», а с другой – мощная тенденция укрепления реального суверенитета рядом государств; последние при этом добиваются крупных успехов в своем экономическом, культурном и социальном развитии. В этих условиях Россия ищет своего достойного места в системе мировой политики.

Наша страна своими достижениями в области культуры, науки, образования, развития техники доказала, что она была и будет одним из системообразующих факторов мировой цивилизации90. У России, с ее тысячелетней традицией государственности, выдающимися по всем историческим меркам достижениями в отстаивании национальной независимости и территориальной целостности, есть более чем достаточно предпосылок для обеспечения своего реального суверенитета. Нельзя забывать и о восприятии российскими гражданами своей страны как влиятельного, авторитетного субъекта мировой политики.

Признание необходимости обеспечения реального суверенитета нашей страны, глубокое и устойчивое понимание российских национальных интересов и придание реальному суверенитету операционного значения должны стать одними из важнейших элементов самосознания россиян и, прежде всего, отечественного «политического класса» и российских деловых кругов. Реальный суверенитет ценен сам по себе и как важнейшее условие достижения национальной конкурентоспособности во все более жестких условиях глобализирующейся экономики.

В последние годы страна сделала ряд важных шагов в обеспечении своего реального суверенитета. Восстановлен суверенитет России в Чеченской республике и пресечены сепаратистские действия в других регионах России. Приведено в соответствие с Конституцией России законодательство ряда субъектов Федераци, где имело месо их расхождерние с Основным законом России. Как уже отмечалось выше, была сокращена внешняя задолженность России, которая еще несколько лет назад висела тяжким грузом на всей стране. Удалось обеспечить разновекторность российской внешней политики, налаживание взаимовыгодного сотрудничества с ведущими государствами мира, в том числе сотрудничества с КНР и Индией. Приняты немаловажные меры по укреплению обороноспособности страны, в том числе ядерного сдерживания, по развитию космической составляющей системы обороны государства, по восстановлению боевой подготовки в силах общего назначения. Эти шаги с пониманием и одобрением встречены в большей части нашего общества, у наших друзей за рубежом, в том числе в ближнем зарубежье. Однако в укреплении реального суверенитета Россия столкнулась во внешнем мире с активным противодействием сил не заинтересованных в том, чтобы она выступала на мировой арене как самостоятельный «центр силы». Как дельно отмечает А.Д.Богатуров, «сколько бы ни подчеркивались общие и параллельные интересы Москвы и Вашингтона, США принципиально заинтересованы в “геополитическом разукрупнении” России»91.

Усилия прошедшего периода по обеспечению реального суверенитета России дали свои плоды, но во многом исчерпали себя. Нужны новые крупные шаги в этом направлении, закрепление и развитие достигнутых результатов, исправление сделанных на этом пути ошибок. Обеспечение достойного места в мире для нашей страны, приобретение статуса современной великой державы невозможны без создания демократической политической системы в ее классическом понимании – со всеми атрибутами, включая сильные и авторитетные политические партии.

В Послании Федеральному Собранию РФ 2005 г. Президент России В.В.Путин, анализируя пройденный путь становления демократии в России, говорил о необходимости сохранить собственные ценности, не растерять безусловных достижений и подтвердить жизнеспособность российской демократии. Он подчеркнул, что мы «должны были найти собственную дорогу к строительству демократического, свободного и справедливого общества и государства»92.
Поддержание реального суверенитета и развитие суверенной демократии93 требуют развитого и глубокого чувства просвещенного патриотизма и национального самоуважения россиян. Наличие этих ценных качеств лишний раз было продемонстрировано российскими гражданами, включая молодежь, в период празднования 60-летия нашей Победы в Великой Отечественной войне.

Суверенная демократия для нас должна быть не предметом веры, а формой правления, обеспечивающей более высокую степень эффективности управления и саморегулирования в обществе и государстве. Демократическая традиция есть не нечто привнесенное в Россию откуда-либо, а выстраданная нашим народом ценность, которая воспринимается наравне с такими ценностями, как свобода и справедливость.

Нельзя не отметить, что рациональные и реалистические представления о демократии как о системе управления, обеспечивающих более высокую степень эффективности в российском обществе носят недостаточно глубокий характер. Очевидно, что особенно в конце 1980-х – первой половине 1990-х на демократию как идеологию возлагались преувеличенные надежды, ее атрибуты идеализировались. Происходило это, безусловно, под значительным внешним воздействием разного толка94.

В текущем десятилетии обозначилась другая проблема: значительной частью общества «демократическая идеология» стала восприниматься с отрицательным знаком. При этом опять же противопоставление «демократия – недемократия» в общественном сознании происходит не столько на основе критериев эффективности, сколько с доминированием эмоционального начала95.

Одна из важнейших задач демократической политической системы состоит в том, чтобы обеспечивать устойчивую обратную связь при прохождении управляющего воздействия – как сверху вниз по иерархии государственного и политического управления, так и снизу вверх: импульсы, управляющие функционированием и развитием системы могут идти в обоих направлениях. Слабость, а во многом и практическое отсутствие такого рода обратных связей были среди важнейших факторов, обусловивших деградацию значительной части советской экономики и социальной сферы в 1970-е – 1980-е годы.

Наличие суверенной демократии в России (равно как и во многих других странах) является одним из важнейших условий существования демократии в международных и в межгосударственных отношениях. Реальный суверенитет и суверенная демократия – два столпа политического и экономического развития России, обеспечения достойного места для нашей страны в международном сообществе.

Отечественное предпринимательство должно быть прежде всего национальным, действующим в партнерстве с государством; именно это обеспечит его внутреннюю и внешнюю конкурентоспособность перед лицом грозных внешних соперников (для многих из которых заветной целью является маргинализация российского предпринимательства). Нет никакого противоречия между желанием работать в условиях современной рыночной высокоэффективной экономики и чувством патриотизма. К примеру, многие американские бизнесмены являются ярыми патриотами, что они подчеркивают, непременно вывешивая на своих предприятиях и в офисах символы американской государственности – национальный флаг.

Одной из наиболее насущных национальных задач России является преодоление масштабной зависимости российской экономики от экспорта сырья, которая выгодна только ряду экономических центров силы в мире96.

Необходима активная государственная поддержка проектов по развитию отечественной высокотехнологической промышленности, основанных на глубоком и многоплановом партнерстве государства и бизнеса. Частный капитал самостоятельно еще очень нескоро придет в эти сферы в должных объемах; к тому времени, когда он решится на это, подавляющая часть нашего научно-технического потенциала, созданного тяжелейшим трудом нескольких поколений, может быть утрачена, и во многом безвозвратно.

Соответственно необходимо расширение государственных вложений не только в инфраструктуру (что является классической задачей для государства), но и в наукоемкие и капиталоемкие отрасли промышленности на основе долгосрочных сценарных прогнозов развития мировой, региональной и национальной экономики и конкретных долговременных программ действий97.

Необходима вовлеченность государства в целенаправленное формирование экономики, основанной на научных знаниях. Такое участие власти в экономических процессах, партнерство государства и бизнеса – необходимое условие для развития «новой экономики» XXI века.

Партнерство государства и бизнеса обеспечит появление новых рабочих мест в соответствующих секторах промышленности, сферы услуг и инфраструктуры. В свою очередь это поможет сократить или даже преодолеть сложившийся в России в 1990-е гг. огромный разрыв между бедными и богатыми. А этот разрыв может превратиться в проблему нашей национальной безопасности. Без его сокращения ни о какой устойчивости результатов не может быть и речи, сколь бы ни были красивы макроэкономические показатели. В том числе для этого должны быть использованы позиции России как растущей «энергетической сверхдержавы», в поставках энергоносителей из которой кровно заинтересованы все основные «центры силы» мировой экономики – США, ЕС, Япония, Китай, Индия. (Нельзя не отметить, что у российского топливно-энергетического комплекса имеются серьезные собственные проблемы, которые нуждаются в планомерном разрешении ради превращения России в ведущую силу в этой области)98. Среди них нельзя не отметить особо важные экологические проблемы, которые остро проявляют себя в целом ряде регионов.

Мы должны исходить из того, что потребность в российских углеводородах на обозримую перспективу у этих и других факторов мировой политики только будет возрастать и Россия может выдвигать все более комплексные условия их поставки, исходя из высших национальных интересов.

Все более важным фактором мирового спроса на энергоносители становятся Китай и Индия, проводящие весьма энергичную (как пишут многие западные эксперты и политики агрессивную) политику и обеспечению на долгосрочную перспективу доступа к источникам поставки нефти и природного газа.

При этом Китай ради решения задач обеспечения своей экономики энергоресурсами предоставляет своим соответствующим партнерам экономическую помощь, помогает строить дороги, порты, стадионы, увеличивает закупки в этих странах других видов товаров – помимо энергоносителей99.
Экономический рост России в стратегической перспективе должен обеспечиваться прежде всего за счет наукоемкой промышленности и базирующейся на высоких технологиях сфере услуг, за счет всемерного развития «человеческого капитала». Нам необходимо использовать не только возможности внутреннего потребления, вновь завоевывая и отстаивая рынки России, но и настойчиво проводить целенаправленную политику по продвижению российской продукции на ряд мировых рынков100.

До недавнего времени это решалось государством, прежде всего, применительно к поставкам российской продукции военного назначения, где были достигнуты значительные результаты, позволившие выжить и продвинуться вперед ряду сегментов отечественного оборонно-промышленного комплекса.

Особого внимания требует развитие национального информационно-технологического комплекса101, а также развитие определенного спектра биотехнологий*.

Усиление роли государства в экономике России, в том числе за счет увеличения государственной доли в стратегически важных отраслях экономики, – это естественный процесс для данного этапа развития России, исключительно важный для обеспечения нашей национальной конкурентоспособности102.

Наша страна по характеру развития рыночной экономики находится в условиях в чем-то аналогичных тем, которые были в 1950-е годы у западноевропейских государств – не только у Франции и Италии, но и у Великобритании, Нидерландов и других западноевропейских государств103.

Во Франции, например, такая роль государства отнюдь не была позицией левых партий: наиболее ярко они проявились у де Голля и голлистов, занимавших преимущественно правоцентристские и правоконсервативные позиции. Благодаря такой политике Франции удалось в тяжелейших конкурентных условиях сохранить национальную авиационную промышленность, автопром, создать ядерную энергетику, собственную электронную промышленность, наукоемкую ракетно-космическую промышленность, которые обеспечили Франции высокие темпы экономического роста вплоть до 1990-х годов и дали возможность Франции вернуться в число великих держав.

Создание мощных национальных компаний, способных обеспечивать конкурентоспособность нации – на европейском, азиатском, на глобальном рынках – это актуальнейшая задача дня для России в условиях глобализации. Далеко не все частные предприниматели без активной и мощной поддержки государства способны создавать такие «локомотивы национального успеха».

Весьма важна роль государства и в выстраивании транснациональных компаний на постсоветском пространстве ради общих интересов конкурентоспособности России и ее друзей и партнеров. При создании таких транснациональных компаний надо предельно бережно и внимательно относится к интересам и мнениям вовлеченных в этот процесс представителей стран СНГ.

Возрастание роли государства в экономике не должно выливаться в прямое управление бизнесом из кабинетов правительственных ведомств.

Государственные компании призваны действовать как реальные автономные субъекты рыночной экономики, по рыночным законам, заботясь о прибыльности, эффективности своих предприятий; преимуществом таких компаний может и должно быть то, что они свою прибыльность определяли бы на долговременной основе, проявляя заботу в перспективе, о создании соответствующих научно-технических заделов, постоянно совершенствующие и свою технологическую базу и систему управления. Для этого необходимы адекватные контрольные механизмы за деятельностью госкомпании как в исполнительной, так и в законодательной власти, в том числе на уровне субъектов Федерации.

Обеспечить эффективность национального бизнеса возможно лишь на мощной интеллектуальной основе, глубокой комплексной, многомерной проработки вопросов развития всех основных сегментов мировых и региональных рынков.

Такой интеллектуальный задел (создаваемый и правительственными и негосударственными исследовательскими центрами при активной и осознанной поддержке со стороны и «политического класса» и деловой элиты) был и остается одним из важнейших условий обеспечения успеха в обеспечении национальной конкурентоспособности. Так было в целом ряде европейских стран (особенно в 1950-1960 годы)104, в Японии (вплоть до начала 1990-х годов)105, в Сингапуре, на Тайване, в Южной Корее106.

Все активнее такого рода разработки проводятся различными исследовательскими центрами в Китайской народной республике, а также в Индии.

В отечественном деловом сообществе и в «политическом классе» России наличие подобного интеллектуального поиска, обоснования принятия стратегических решений (весьма непростого по используемым методикам, объектам данных, с многопрочной проверкой их достоверности, трудозатратного, требующего солидной общественно-научной базы, экономической, эконометрической, социологической, социально-психологической, политологической и пр.) явно все еще, к сожалению, недооценивается. Соответственно не стимулируются должным образом сложные, затратные исследования междисциплинарного характера, постоянный обмен идеями, мнениями, результатами исследований и т.п. между академическим сообществом и различными ветвями власти, бизнесом.



Можно вполне согласиться с мнением В.А.Фадеева о том, что отсутствие стратегического видения у государства, отсутствие стратегических проектов серьезно затрудняет планирование развития любого бизнеса в нашей стране, ибо российские компании, сопоставляя свои ресурсы с ресурсами ведущих западных компаний, видят их малость, незначительность107. Очевидно, что опора на ресурсы государства могла бы многократно умножить ресурсы, «боевую устойчивость» российских компаний перед лицом их грозных конкурентов.
В долгосрочной перспективе именно реализация конкурентных преимуществ научно-промышленного потенциала может позволить России добиться стабильного экономического роста. Опора на торговлю сырьем, даже при том, что почти 30% его мировых запасов – в наших руках, приемлемого подъема экономики не даст. Однако этот мощный потенциал природных ресурсов должен быть оптимальным образом использован для других направлений развития российской экономики108.

В последние годы зависимость России от экспорта сырья достигла критического уровня, что представляет собой угрозу для национальной безопасности и суверенитета страны. Серьезную угрозу в этом плане для интересов России представляет радикальное снижение мировых цен на энергоносители, вызванное теми или иными причинами.

Не снижая (а в ряде случаев и увеличивая) объемы поставок сырья, следует целенаправленно, год за годом, изменять структуру российского экспорта в пользу промышленных товаров и услуг, прежде всего в пользу наукоемкой продукции. Одновременно необходимо добиваться большей степени переработки сырья, улучшать структуру топливного баланса. Политику отдельных энергетических компаний следует во все большей степени субординировать относительно общегосударственных интересов, общенационального курса на обеспечение реального суверенитета109.

В рамках собственно энергетической политики важно увеличить производство электроэнергии на атомных электростанциях, развивая прежде всего наиболее безопасную ядерную энергетику на основе реакторов на быстрых нейтронах110.



В ходе своей пресс-конференции 31 января 2006 г. Президент России В.В.Путин обозначил задачу увеличения доли атомной энергетики в электрогенерации в России с 16-17% в 2005 г. до 25% в 2030 г.111
Сами энергетические кампании должны превратиться в «глобальных игроков», обеспечивая во многих случаях решение не только экономических, но и политических задач, обеспечивая общие национальные интересы России в мирополитической системе.

Энергетические кампании должны быть среди локомотивов национальной экономики, «вытягивающей» развитие целого ряда направлений отечественного машиностроения – на основе как технологий среднего уровня, так и высоких технологий112.

Есть уже несколько примеров тому, что заказы на соответствующее оборудование со стороны «Газпрома» ряда нефтегазовых кампаний помогли диверсифицироваться десяткам предприятий оборонно-промышленного комплекса, сохранить по крайней мере часть их научно-технического потенциала.

Экономическое развитие 2004-2005 гг. убедительно показало, что Россия выходит на новый уровень влияния, возможностей в мировой энергетике, превращаясь, как отмечал Президент России В.В.Путин на заседании Совета Безопасности РФ 22 декабря 2005 г., в этой важнейшей сфере в лидирующую силу.

Особенность положения России в деле обеспечения международной энергетической безопасности состоит в том, что она является и членом «восьмерки» (где обсуждаются проблемы мировой энергетики вместе с наиболее развитыми странами, являющимися нетто-импортерами энергетических ресурсов), и одновременно входит в группу ведущих нетто-экспортеров энергетических ресурсов, заинтересованных в обеспечении стабильных поступлений средств от экспорта энергоносителей по справедливым ценам. России удалось обеспечить устойчивые конструктивные отношения как с западными нетто-импортерами углеводородов (США, страны ЕС), так и восточными (КНР, Индия, Япония, Республика Корея и др.)*.

Если Россия в ближайшие десять лет на мировом рынке высокотехнологичных товаров сумеет увеличить свою долю с 0,3% хотя бы до 3%, это превысит потенциальный объем нашего нефтегазового экспорта113.



Одно из национальных достояний России – способность разрабатывать и вводить в действие крупные сверхсложные технические системы, основанные на достижениях точных наук. Речь идет о гражданских и боевых ракетно-космических комплексах, атомных электростанциях, крупных надводных и подводных боевых кораблях, гражданских и боевых самолетах, системах боевого управления стратегическими ядерными силами, системах предупреждения о ракетном нападении, установках термоядерного синтеза и пр. В настоящее время российские предприятия демонстрируют способность освоить производство платформ для добычи природного газа и нефти на шельфе, судов для транспортировки сжиженного газа и т.п. Имеется значительный потенциал в производстве сложной электронно-вычислительной техники (суперкомпьютеров) с соответствующим программным обеспечением и др.
Эта национальная особенность России не нашла еще должного признания ни в российском бизнесе, ни в российском политическом классе. Эта особенность должны быть в полной мере учтена и при развитии, модернизации системы российского образования114.

Способность осуществлять фронтальные фундаментальные исследования есть, помимо России и США, еще у 2–3 стран в мире. Так что развивающаяся широким фронтом по всем основным направлениям фундаментальная наука – гораздо более редкий феномен, чем это принято считать. Это наше достояние необходимо сохранять и преумножать, причем достижения в военно-технической сфере требуется во все большей мере ориентировать на применение в гражданской экономике. Нельзя забывать один из важнейших и в основном усвоенных уроков истории Советского Союза –независимая оборонная промышленность не может долго и без чрезмерных затрат существовать в виде обособленного анклава, не являясь органичной частью высокотехнологической промышленности в целом (с преобладанием высоко прибыльного гражданского компонента).

Важнейшая задача по сохранению и наращиванию нашего научного потенциала заключается в том, чтобы наука была востребована за счет развития наукоемких отраслей промышленности. Решение этой задачи -требует повышенного внимания и приоритетного финансирования со стороны государства и частного бизнеса. Тесный симбиоз фундаментальной и прикладной науки, промышленности и отлаженной системы образования – это одно из наиболее важных средств поддержания конкурентоспособности России в мировом политико-экономическом и технологическом соревновании, обеспечения нашей национальной безопасности и достойного качества жизни наших сограждан115.

Наибольшую ценность в современных условиях приобретают именно научные знания и особенно способность к созданию нового научного знания. Сегодня технологии, благодаря которым разрабатываются наиболее прибыльные продукты, создаются в первую очередь на основе новых научных знаний, выявления новых физических, химических, биологических и прочих закономерностей. В силу этого особую важность представляет интеграция образования и науки, включенность в процесс профессионального научного творчества и обучающих (профессорско-преподавательский состав) и обучаемых (студенты, аспиранты).

К сожалению, за прошедшие годы реформ фундаментальная и прикладная наука оказалась в тяжелейшем положении, в первую очередь, как правило, из-за резкого сокращения ассигнований на нее, падения престижа научно-исследовательской деятельности в нашей стране, снижения востребованности достижений науки бизнесом и государством. Объемы финансирования фундаментальной науки в России долгое время оставались меньшими, чем в США и других развитых странах, не в разы (что соответствовало бы разнице в размерах ВВП), а на несколько порядков. Только в последнее время наметилась тенденция к изменению положения в этой сфере в лучшую сторону. Следствием этого стал значительный отток многочисленных квалифицированных научных кадров, причем в самые развитые государства, в наиболее престижные университетские и научные центры США, Великобритании, Германии и других стран, что лишний раз говорит о высоком уровне развития и авторитете советской и российской науки. По некоторым данным, сегодня в США до 30% математиков высшего класса и около 50% физиков-теоретиков – выходцы из СНГ; в абсолютном и относительном выражении увеличивается число молекулярных биологов – выходцев из России, работающих в ведущих американских лабораториях. Причем российская система образования и российская фундаментальная и прикладная наука во многом работают не только на наиболее развитые страны Запада, но в последнее время и на Китай и на некоторые страны Юго-Восточной Азии. А вместе с тем отечественная наука и образование во все большей степени зависят от иностранных доноров. По некоторым оценкам, уже до 75–80% результаты ценнейших исследований российских ученых (в т.ч. нескольких потенциальных нобелевских лауреатов) все чаще в качестве интеллектуальной собственности начинают принадлежать зарубежным компаниям, фондам, университетам, что в перспективе обернется потерями для российской экономики в миллиарды долларов. Часто это происходит потому, что у российских исследовательских центров, конструкторских бюро отсутствуют собственные средства, а адекватная поддержка государства в защите их интеллектуальной собственности во внешнем мире им пока не предоставляется.

Исчезновение фундаментальной науки, которое может произойти в ближайшие годы по большинству направлений, обернется для нас даже более тяжелыми последствиями, чем исчезновение ряда производств. История учит, что в отличие от многих видов промышленности фундаментальная наука, будучи утрачена, может быть восстановлена – даже при выделении достаточных ресурсов – усилиями лишь нескольких поколений или останется вообще не восстановленной.

Исключительно важным для обеспечения экономического могущества нашей страны, ее реального суверенитета был бы решительный поворот к созданию современного сельского хозяйства. Одним из основных преимуществ России перед всеми другими государствами на долгосрочную перспективу являются гигантские площади плодородных земель. Как отмечает профессор В.В.Наумкин, наиболее дальновидные стратегические аналитики КНР и Индии понимают, что эти государства в перспективе совсем не столь отдаленной не смогут кормить себя и отводят в этом плане ресурсам России ключевую роль.

Краеугольным камнем национальной обороны, обеспечивающей реальный суверенитет страны, должны оставаться независимые национальные силы и средства ядерного сдерживания, дополненные системой «предъядерного сдерживания»116.

Ядерное оружие сегодня для нашей страны играет особую политическую и оборонную роль. Сейчас и на обозримую перспективу оно является едва ли не единственным видимым фактором, обеспечивающим для нашего государства статус великой державы. При этом нужно учитывать, что значение ядерного фактора в иерархии мировой политики начинает вновь возрастать (хотя во многом и в иных формах нежели это было в первые десятилетия после Второй мировой войны) – прежде всего, в результате появления двух новых ядерных государств – Индии и Пакистана, стран с населением, численность которого в совокупности значительно превышает миллиард человек117.

Оценивая статусную роль ядерного оружия для нашей страны, необходимо иметь в виду и экономику ядерного сдерживания. Россия сохраняет соизмеримый с США ядерный арсенал, другие элементы системы ядерного сдерживания при валовом внутреннем продукте в 10–12 раз меньшем, по ряду авторитетных оценок, чем у Соединенных Штатов. В несколько раз больше, чем у России, валовой внутренний продукт у каждой из трех других ядерных держав – членов Совета Безопасности ООН: Великобритании, Франции, КНР. При этом их ядерные арсеналы существенно меньше, чем российский ядерный арсенал. Очевидно, что без мощного рывка в экономике Россия уже в ближайшие годы не сможет обеспечивать и свой ядерный потенциал, а значит, и статус в тех же масштабах, в каких это имеет место в настоящее время.

В этих условиях необходимым является повышение политико-военной и военно-стратегической эффективности ядерного сдерживания, обеспечение высокого уровня его интегральности и возможности многовариантных действий (и особенно действий асимметричного характера) для высшего государственного руководства в кризисных условиях118.

Нельзя забывать и о том, что российские ядерные силы – не только средство обеспечения национальной безопасности нашего Отечества, но и один из ключевых элементов глобальной стратегической стабильности. Этот вывод основан как на уроках полувековой истории, так и на прогнозе развития мировой политики на период, по крайней мере, до 2025–2030 гг.119.

Вместе с тем следует иметь в виду, что ядерное сдерживание не дает возможности парировать все военные угрозы безопасности России. Мировой и отечественный опыт говорит о том, что ядерное оружие оказывается малоэффективным политическим средством для сдерживания или успешного ведения разного рода ограниченных войн и вооруженных конфликтов, особенно – конфликтов низкой интенсивности. А именно такого рода конфликты рассматриваются большинством экспертов как наиболее вероятные в перечне потенциальных угроз военной безопасности России.

России необходимы достойные, современные, хорошо оснащенные, компактные силы общего назначения, способные к проведению операций прежде всего на евразийском пространстве, в том числе операций по обеспечению безопасности наших друзей и союзников. Такого рода действия могут оказаться необходимыми и для спасения жизни, здоровья наших соотечественников, проживающих в тех или иных зарубежных странах.

В этих целях важно наращивание как стратегической (оперативно-стратегической), так и тактической мобильности соответствующих компонентов сил общего назначения, всей системы информационно-аналитического обеспечения их действий. Особое внимание необходимо уделить отработке действий с применением сетевых систем управления, которые интегрируют разведку и обработку данных, целеуказания, передачу команд и контроль за их исполнением, управление высокоточным оружием.

Нашей стране необходима достойная военно-морская мощь, обеспечивающая политические, оборонные и экономические интересы нашей страны в различных районах мира, в ряде акваторий Мирового океана, (надо иметь в виду, что Военно-Морской Флот был и есть один из наиболее гибких многоцелевых военных инструментов политики государства)120.

Одной из важнейших задач должно стать ускоренное качественное перевооружение российских Вооруженных сил, других силовых структур121. Это среди прочего явится также одной из мер по сохранению и развитию отечественной наукоемкой промышленности в целом.

Развитие Вооруженных сил, других компонентов военной мощи необходимо осуществлять на основе глубокого понимания закономерностей, особенностей нынешней «революции в военном деле»* (не первой в мировой истории). Она имеет как ряд общих характеристик, так и специфические черты для конкретных государств, развивающих свою оборонную мощь в рамках политики обеспечения реального суверенитета122.

Военная мощь может служить также защите экономических интересов, и именно по этой причине в современных условиях ее необходимо рассматривать и как средство повышения капитализации национальной экономики.

Российская политическая и деловая элита, академическое сообщество обязаны работать на долгосрочную перспективу: то, что не дает отдачу сегодня или завтра, окажется востребованным послезавтра123. Необходимо вкладывать большие интеллектуальные и организационные усилия в образование, в том числе высшее. В обществе не может быть «слишком много образованных людей». Чем выше уровень образования населения, тем больше шансов у страны достичь больших успехов в экономике124.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница