«Большое видится на расстоянии»


Глава 8. Черноморская эпопея



страница9/18
Дата17.10.2016
Размер5.17 Mb.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   18
Глава 8.

Черноморская эпопея

В начале августа 1941 года наркому ВМФ Н. Г. Кузнецову пришлось вплотную заняться организацией обороны Одессы. По всем канонам военно-морского искусства флот отвечает за оборону портов и баз с моря. Но война внесла свои поправки. Конкретный анализ военно-стратегической обстановки на южном крыле советско-германского флота показывал, что над Одессой нависла угроза захвата врагом со стороны суши.

Действительно, в планах немецкого верховного командования предполагалось захватить все черноморские приморские города-порты от Одессы до Севастополя с суши. Как только немецкие стратеги убедились, что им не удастся только с суши захватить военно-морские базы и порты на Черном море, они направили в районы сражений около четырехсот военных кораблей, подводных лодок, торпедных катеров и транспортов.

В первые дни войны командование Черноморского флота обязало командира Одесской военно-морской базы контр-адмирала Г. В. Жукова приступить к строительству оборонительных сооружений и готовиться к отражению врага. Строительством оборонительного пояса Одессы руководил генерал-майор инженерных войск А. Ф. Хренов.

Задача захвата Одессы возлагалась на румынскую армию. Их дивизии постоянно пополнялись немецкими войсками, однако Одесса продолжала отбивать все атаки врага, оказывала огромное влияние на весь ход войны. Оборона Одессы — пример тесного взаимодействия различных видов вооруженных сил. «Можно с уверенностью сказать, что приморская армия не удержала бы Одессу столько времени без моряков, — писал позднее в своих мемуарах адмирал Н. Г. Кузнецов, — но и сравнительно малочисленные флотские части тоже не смогли бы заполнить всю линию обороны и долго защищать город».

В начале войны в Одессе было два командования: Приморскую армию, подчиненную Южному фронту, возглавлял генерал-лейтенант Г. П. Софронов, а во главе Одесской военно-морской базы стоял контр-адмирал Г. В. Жуков, подчиненный Черноморскому флоту. Нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов сумел убедить Ставку Верховного главнокомандования об образовании Одесского оборонительного района (OOP), руководимого Военным советом Черноморского флота. Таким образом, все армейские силы подчинялись флотскому командиру. Командующим OOP был назначен контр-адмирал Г. В. Жуков, имевший боевой опыт в Гражданской войне и военных действиях в Испании, членами Военного совета OOP — И. И. Азаров, Ф. Н. Воронин и А. Г. Колыбанов. В начале октября 1941 года генерал И. Е. Петров, командовавший 25-й Чапаевской дивизией, возглавил Приморскую армию.

Из боевых кораблей в обороне города участвовали три крейсера, два лидера, десять эсминцев. Успешно сражались с врагом экипажи крейсера «Красный Крым» (командир А. М. Зубков), лидера «Ташкент» (командир В. Н. Ерошенко) и эсминца «Бойкий» (командир Г. Ф. Годлевский).

В двадцатых числах сентября успешно был высажен морской десант в район Григорьевки. Высадкой десанта командовал контр-адмирал С. Г. Горшков. Враг был застигнут врасплох, и первая группа десанта зацепилась за берег. Спустя час из Одессы подошли корабли отряда высадочных средств и новые волны десантников пошли на штурм вражеских укреплений.

Тем временем в тыл противника на самолете была высажена группа специально подготовленных бойцов-парашютистов. Они разгромили штаб врага, нарушили связь, посеяли панику среди фашистов. Именно о них Михаил Соболев написал рассказ, который вошел в книгу «Морская душа». Эти крылатые слова «морская душа» родились под Одессой, облетели всю страну, вызывая у советских людей уважение к морякам, которые прославились своей дерзостью и отвагой в сухопутных боях. В результате успешной десантной операции плацдарм обороны Одессы был значительно расширен, а порт стал недосягаемым для артиллерии противника.

Враг нацелился на Севастополь. Защитники Одессы получили директиву Ставки об эвакуации в Крым. Нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов направил Военному совету флота срочную телеграмму: «Дайте указание Жукову не затягивать эвакуацию. Вывозить в первую очередь войска и оружие. Весь транспорт подчинить этой задаче». Приказ был получен заблаговременно, на подготовку к эвакуации защитников Одессы отводилось больше двух недель.

Моряки использовали опыт, полученный при прорыве из Таллина. В Одессе операция была спланирована так умело и организованно, что корабли и транспорты с войсками и техникой на борту ушли в Крым практически без потерь.

Враг спохватился, когда город и порт стали пустынными. Из Одессы было вывезено свыше ста тысяч защитников, много техники и других важных грузов. Семьдесят три дня героической обороны Одессы остались позади. Оборона Одессы подтвердила целесообразность новой формы организации обороны. Напомним читателям, что применение аналогичной системы командования частями армии и флота позволило 164 дня защищать Ханко, восемь месяцев — Севастополь, успешно организовывать оборону других военно-морских баз.

Севастополь — главная база Черноморского флота, душа и сердце советских моряков. Севастополь — это ключевая позиция Крыма, а Крым — стратегический плацдарм всего юга нашей страны.

Оборона Севастополя, осажденного противником и удаленного от военно-морских баз Кавказского побережья, стала поистине героической эпопеей.

Севастополь имел мощную береговую оборону: одиннадцать батарей крупного и среднего калибра, сотни дотов и дзотов, окопы. Все это позволяло вести долговременную оборону. Перекопский перешеек, к которому подошел враг, стал первым рубежом обороны Севастополя.

Успешная защита Одессы под руководством Военного совета флота повлияла на решение Ставки назначить командующим войсками Крыма заместителя наркома ВМФ вице-адмирала Г. И. Левченко.

30 октября 1941 года началась двухсотпятидесятидневная героическая оборона Севастополя. В этот день береговая батарея № 54 под командованием старшего лейтенанта И. И. Заики, расположенная в районе деревни Николаевки, начала неравный бой с колонной фашистских танков.

Ценою жизни пять моряков-черноморцев во главе с политруком Николаем Фильченковым остановили фашистские танки под Джанкоем.

Противник временно прекратил движение бронетехники, подтянул свежие силы и возобновил атаки. В сражение вступили и другие защитники Севастополя — части морской пехоты, артиллерия и авиация. Ни днем ни ночью не утихали бои.

Тем временем в Севастополь с боями прорвались войска Приморской армии под командованием генерал-майора И. Е. Петрова. Они понесли немалые потери, имея всего десять танков и закаленных в боях бойцов. Плечом к плечу с воинами-приморцами сражались батальоны 7-й бригады морской пехоты во главе с полковником Е. И. Жидиловым.

7 ноября 1941 года за подписью И. В. Сталина, Б. М. Шапошникова и Н. Г. Кузнецова на имя вице-адмирала Г. И. Левченко пришла телеграмма. В ней говорилось, что, для того чтобы сковать силы противника в Крыму и не допустить его на Кавказ через Таманский полуостров, Ставка Верховного главнокомандования приказывала главной задачей Черноморского флота считать оборону Севастополя и Керченского полуострова. Строго отмечалось: «Севастополя не сдавать ни в коем случае».

Руководство обороны Севастополя возлагалось на командующего Черноморским флотом вице-адмирала Ф. С. Октябрьского с подчинением его вице-адмиралу Г. И. Левченко, которому предписывалось находиться в Керчи. Руководителем обороны Керченского полуострова назначался генерал-лейтенант П. И. Батов.

С 29 октября 1941 года в Севастополе было объявлено осадное положение. 11 ноября начался штурм города-крепости, который продолжался до 21 ноября. Героизм бойцов Приморской армии и моряков Черноморского флота не позволил 11-й немецкой армии с ходу взять город-герой. Враг вынужден был остановиться у его неприступных стен.

Спустя много лет генерал-фельдмаршал Э. Манштейн в своей книге «Утерянные победы» напишет: «Благодаря энергичным мерам советского командования противник сумел остановить продвижение 54-го АК (армейского корпуса) на подступах к крепости… Потребовалось перебросить сюда для поддержки 22-ю пехотную дивизию из состава 30-го АК. В этих условиях командование армии должно было отказаться от своего плана взять Севастополь внезапным ударом с ходу с востока и с юга-востока».

Враг рвался в город Керчь, а войск, чтобы сдерживать его натиск, не хватало. Маршал Г. И. Кулик предложил командующему войсками Крыма вице-адмиралу Г. И. Левченко составить план перехода советских войск на Таманский полуостров. В ночь на 16 ноября гитлеровцы ворвались в Керчь. Весь Крым, кроме Севастополя, оказался в руках противника. И вскоре последовала расплата за катастрофу в Крыму. Маршал Г. И. Кулик был освобожден от должности заместителя наркома обороны, разжалован до звания генерал-майорa и лишен звания Героя Советского Союза. Вице-адмирал Г. И. Левченко был освобожден от должности заместителя наркома ВМФ и разжалован до звания капитана 1-го ранга.

Следует обратить внимание читателя на взаимоотношения наркома ВМФ адмирала Н. Г. Кузнецова с представителями Кремля Г. И. Куликом и Л. 3. Мехлисом. Они часто вмешивались в чисто морские дела, ничего не понимавшие в них и не несшие за них никакой ответственности. Например, Николай Герасимович в своей книге «Накануне» приводит пример, когда названные военачальники рекомендовали Верховному главнокомандующему послать малые подводные лодки типа «Малютка» на задание, куда эти субмарины по своим техническим характеристикам совсем не подходили. «Л. 3. Мехлис был, пожалуй, самым неподходящим человеком для роли представителя центра на фронте, — пишет в своих мемуарах Николай Герасимович. — Все это лишь нервировало и осложняло руководство флотом». Следует заметить, что нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов в резкой форме неоднократно ставил на место этих «горе-полководцев». Продолжим наш рассказ о драматических событиях в районе Керчи.

7 декабря 1941 года Ставка Верховного главнокомандования утвердила разработанный в штабах фронта и флота план Керченско-Феодосийской десантной операции. В это же время 17 декабря немцы начали второй штурм Севастополя. 20 декабря из Новороссийска в Севастополь под флагом командующего Черноморским флотом вице-адмирала Ф. С. Октябрьского вышел отряд боевых кораблей в составе крейсеров «Красный Кавказ», «Красный Крым», лидера «Харьков» и эскадренных миноносцев «Бодрый» и «Незаможник». На их борту находилась 79-я бригада морской пехоты. Вслед за ними вышли два транспорта и тральщика с боеприпасами и продовольствием. Из Туапсе вышли транспорты с бойцами 345-й стрелковой дивизии. Прибывшие войска сразу вступали в бой, а корабли своим огнем поддерживали защитников Севастополя. Предстоящее десантирование проходило в два этапа. 26 декабря советские войска высадились на северное и восточное побережья полуострова и у горы Опук. Действия десантников и экипажей кораблей отличались массовым героизмом. Особенно трудной и смелой была высадка частей 44-й армии в Феодосию, где крейсер «Красный Кавказ» под командованием капитана 1-го ранга А. М. Гущина прокладывал путь к морю огнем своих орудий. Эсминец «Незаможник» под командованием капитан-лейтенанта П. А. Бобровникова ворвался в Феодосийскую гавань и под ожесточенным огнем врага высадил морскую пехоту первого броска прямо на причал. Феодосийским десантникам не уступали бойцы, высаженные в районах Керчи. Особый героизм проявили моряки 83-й морской стрелковой бригады. Бессмертный подвиг проявили моряки у поселка Эльтиген. Там в окружении оказались семнадцать моряков под командованием майора Лопаты. Целый день отважные десантники отражали натиск врага. На следующий день к своим пробились только майор Лопата и матрос Сумцев.

Успешная высадка десанта и решительное наступление бойцов и моряков вынудили командира 42-го немецкого корпуса графа Шпонека покинуть Керчь и Феодосию. Взбешенный Гитлер отдал немецкого командира Шпонека под суд, который приговорил его к расстрелу.

Керченско-Феодосийская операция вошла в историю Великой Отечественной войны не только как образец отваги воинов. Адмирал Н. Г. Кузнецов, участвовавший в разработке и проведении ее, свидетельствовал:

«Это была самая крупная десантная операция нашего флота, хорошо разработанная, несмотря на крайне сжатые сроки ее подготовки. Действия нашего флота мы оцениваем по тому, насколько полезны они были для общего дела борьбы с врагом… Что принесло пользу стране, то и надо признать разумным в действиях флота». В результате успешного десанта в Крыму был создан новый фронт. Противник потерял возможность вторгнуться через Керченский полуостров на Кавказ и был вынужден прекратить наступление под Севастополем, оборона которого продолжалась еще полгода.

В то же время на Черноморском флоте отсутствовали десантные корабли. Это приводило к тому, что пришлось использовать для доставки войск к местам высадки даже крейсеры, а на берег десантников перевозить на корабельных баркасах и шлюпках. Так, крейсер «Красный Кавказ» и «Красный Крым» почти 5 часов находились под огнем противника и получили серьезные повреждения.

Уже в годы войны по специальному распоряжению адмирала Н. Г. Кузнецова начались срочное проектирование и строительство десантных ботов, которые успешно использовали при высадке десантов во второй половине Великой Отечественной…

В начале мая 1942 года адмирал Н. Г. Кузнецов вылетел на Черноморский флот, который с наступлением фашистских войск на керченском направлении вновь оказался в сложном положении. Остались воспоминания об этой поездке капитана 1-го ранга Е. А. Чернощека. Выслушав доклад командира Новороссийской военно-морской базы капитана 1-го ранга Г. Н. Холостякова, он сразу, оценив обстановку, отправился на командный пункт ПВО Новороссийска. Выяснилось, что немецкая авиация, изучив дислокацию зенитных батарей, стала обходить без потерь опасные зоны артогня.

Необходимо было срочно к рассвету незаметно для противника переместить батареи. Начальник ПВО стал доказывать, что эту работу в столь короткие сроки выполнить не сможет. Тогда адмирал Н. Г. Кузнецов твердым голосом приказал: «Если к рассвету зенитные батареи не будут перемещены на указанные мной места, вы будете расстреляны». Молодой читатель может подумать, что это слишком жестокое и невыполнимое приказание. Но шла война не на жизнь, а на смерть. В эти годы советские моряки проявляли чудеса, в которые в мирное время трудно поверить. И в этом случае начальник ПВО Новороссийска доложил, что все батареи установлены на указанные наркомом ВМФ места.

А вот другой пример отношения адмирала к подчиненным. С командиром Новороссийской базы Г. Н. Холостяковым у Н. Г. Кузнецова морские дороги пересеклись еще на Тихоокеанском флоте. Энергичный и деятельный командир 5-й морской бригады подводников, капитан 2-го ранга Г. Н. Холостяков заметно выделялся среди других морских офицеров. Именно он предложил увеличить в два раза автономность подводных лодок, что повысило бы способность их решать задачи на значительном удалении от своих баз и даже во льдах. Однако это новаторство Холостякова в 1938 году было истолковано как вредительство, и он был осужден на 15 лет! Только в 1940 году из Ольгинского лагеря прибыл к наркому ВМФ бывалый подводник. Адмирал Н. Г. Кузнецов направил Г. Н. Холостякова на Черноморский флот командовать третьей бригадой подводных лодок. Вскоре он стал капитаном 1-го ранга и был назначен начальником отдела подводного плавания Черноморского флота. Но война внесла свои коррективы в его службу. Нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов назначил капитана 1-го ранга Г. Н. Холостякова начальником штаба Новороссийской военно-морской базы, а затем и ее командиром…

7 июня 1942 года немцы предприняли третий штурм Севастополя. Предстоящую операцию по захвату Севастополя немецкое командование назвало «Лов осетра». Ловец — генерал Манштейн, осетр — Севастополь. Любили немецкие военачальники подбирать для своих операций романтические названия! Готовясь к штурму, противник сосредоточил 204 тысячи солдат и офицеров, свыше 600 орудий крупного калибра, 650 противотанковых пушек, 450 танков и 600 самолетов.

Защищали Севастополь 107 тысяч бойцов и моряков, на вооружении которых имелось 600 орудий всех калибров, 38 танков и 109 самолетов.

30-я и 35-я дальнобойные батареи были гордостью береговой обороны Черноморского флота. Они с двух сторон прикрывали подходы к Севастополю с моря. По существу, они выполняли роль автономного артиллерийского форта со своими погребами, казематами, электростанцией, центральным постом, рубкой, подводными переходами. Многое здесь напоминало боевой корабль. Командир 30-й батареи капитан Г. А. Александер был виртуозным снайпером по морским целям. Теперь батарея повернула свои стволы в сторону суши. Ее меткий и сокрушительный огонь вызывали страх и панику на переднем крае.

Столь же эффективно действовала и однотипная башенная батарея № 35, находившаяся у мыса Херсонес (командир А. Я. Лещенко). Из-за частой стрельбы на ней с декабря 1941 года по май 1942 года была проведена замена частей орудий.

Весной 1942 года в ходе подготовки к штурму Севастополя германское командование перебросило в Крым сверхмощные орудия. Наиболее крупными были две 42-сантиметровые мортиры «Гамма» и две 60-сантиметровые самоходные установки «Карл». Кроме того, в район Бахчисарая немцы доставили 80-сантиметровую пушку «Густав» на железнодорожной установке. Моряки ее часто именовали «Дора», но этим именем у немцев называлось не орудие, а артиллерийский дивизион. Всего боевое обеспечение и охрану пушки «Густав» обеспечивало свыше четырех тысяч немцев. С 5 по 17 июля 1942 года «Густав» сделал 48 выстрелов по батареям Севастополя. Все эти артиллерийские «махины» так и не смогли сокрушить севастопольские бастионы. Батарея № 35 успешно вела огонь по немецко-фашистским войскам до середины июня 1942 года, пока не закончились снаряды. И все же силы защитников Севастополя были неравны.

Когда положение стало совсем критическим, лидер «Ташкент» под командованием капитана 3-го ранга В. Н. Ерошенко доставил в Севастополь пополнение — бойцов 142-й стрелковой бригады и немного боеприпасов. Это был последний рейс крупного надводного корабля в осажденный город-порт. В гавани практически обстреливался каждый метр водного пространства. За несколько часов была совершена не только выгрузка бойцов, но и принято на борт корабля 2300 женщин, детей и раненых. Кроме этого, моряки сумели погрузить знаменитую панораму «Оборона Севастополя», спасенную матросами буквально из огня.

27 июня «Ташкент» благополучно прибыл в Новороссийск. Это был последний поход боевого корабля. Вскоре он был потоплен немецкой авиацией в гавани Новороссийска. Свое последнее плавание на этом корабле совершил из Севастополя известный писатель Евгений Петров, с которым Н. Г. Кузнецов познакомился еще в предвоенные годы. В 1933 году состоялась их первая встреча во время заграничного плавания на крейсере «Красный Кавказ» в Турцию, Грецию, Италию. В 1938 году состоялась их следующая встреча во Владивостоке, когда Н. Г. Кузнецов командовал Тихоокеанским флотом. Дружеские отношения продолжились впоследствии и в Москве. Евгений Павлович мечтал побывать в Севастополе, и он стал очевидцем последних дней героической обороны. Он звонил адмиралу Н. Г. Кузнецову и обещал написать о героизме защитников Севастополя. К сожалению, нелепая смерть настигла писателя, когда он возвращался на самолете в Москву.

Израненный Севастополь кровоточил, но его защитники упорно и яростно сопротивлялись, отбивая многочисленные вражейсие атаки.

…В кабинете наркома ВМФ зазвонил телефон правительственной связи. Сняв трубку, Николай Герасимович услышал приглушенный голос Верховного главнокомандующего: «Товарищ Кузнецов, я хочу послать приветствие защитникам Севастополя, что скажете вы?» — «Это было бы замечательно, товарищ Сталин. Внимание Ставки для моряков много значит…» И вскоре телеграф начал отстукивать текст правительственной телеграммы: «Вице-адмиралу Октябрьскому, генерал-майору Петрову.

Горячо приветствую доблестных защитников Севастополя — красноармейцев, краснофлотцев, командиров и комиссаров, мужественно отстаивающих каждую пядь советской земли и наносящих удары по немецким захватчикам и их румынским прихвостням.

Самоотверженная борьба севастопольцев служит примером героизма для Красной Армии и советского народа.

Уверен, что славные защитники Севастополя с достоинством и честью выполняют свой долг перед Родиной. Сталин».

Этот текст послания был зачитан в окопах, блиндажах и дотах защитникам города-героя. Понимал Верховный главнокомандующий силу печатного слова…

Немцы с боями продвинулись к последним рубежам севастопольцев на Херсонесе, все водное пространство вокруг стало простреливаться, посылать боевые корабли и транспорты на помощь защитникам стало невозможным.

1 июля 1942 года остатки защитников Севастополя были эвакуированы, часть оставшихся бойцов и моряков пробилась с боем в горы и присоединилась к партизанам. Восемь месяцев сражался Севастополь с врагом. Это была не просто оборона города-порта, а эпопея, оказавшая огромное влияние на весь ход войны.

Гитлер объявил командующему немецкой одиннадцатой армии Э. Манштейну благодарность и присвоил ему звание генерал-фельдмаршала. Однако то, что новоиспеченный фельдмаршал бросил в огненную мясорубку и отправил на тот свет около трехсот тысяч своих солдат и офицеров, фюрера не особенно тревожило. Вот какая цена победы в Севастополе! Это была пиррова победа…

Высокую оценку защитникам Севастополя дал нарком Кузнецов: «История войн знает немало случаев упорной обороны приморских городов и военно-морских баз, но найти что-либо равное обороне Севастополя трудно… Где и когда осажденные были так непоколебимы в решимости держаться до последней возможности? Подвиг Севастополя можно, пожалуй, сравнить с подвигом Ленинграда».

Позднее фельдмаршал Эрих фон Манштейн признал, что длительная оборона советскими войсками Севастополя оказалась возможной благодаря поддержке его защитников силами флота.

Разгром Советской армией немецко-фашистских войск под Сталинградом дал толчок для проведения крупной наступательной операции на Северном Кавказе.

1 января 1943 года Н. Г. Кузнецов направил Военному совету Черноморского флота лаконичную телеграмму. «По имеющимся сведениям, немцы очень заинтересованы в морских перевозках из Румынии в Крым и на Керченский полуостров, и нарушение этих сообщений в данный момент будет большим содействием нашему сухопутному фронту». Вскоре свое предписание адмирал Н. Г. Кузнецов подтвердил директивой и телеграфным распоряжением. За зиму черноморские подводники потопили одиннадцать транспортов общим водоизмещением около сорока шести тысяч тонн, пять десантных барж, две шхуны, повредили два танкера, транспорт и десантную баржу.

Борьбу на морских коммуникациях противника успешно вела 1-я минно-торпедная авиационная дивизия ВВС Черноморского флота. С конца мая 1943 года авиация флота по указанию своего наркома начала ставить мины в северо-западной части Черного моря, на Дунае и Днепре. Эти заграждения не только нарушали судоходство противника, но и нанесли ему значительный урон.

Еще в январе 1943 года нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов поднял в Ставке вопрос о воссоздании Азовской флотилии. Получив согласие Верховного главнокомандующего, моряки приступили к формированию основной базы флотилии в порту Ейск. По железной дороге перебрасывались катера, орудия береговых батарей, корабли и моряки, ранее входившие в состав этого соединения. Возглавил флотилию ее прежний командующий контр-адмирал С. Г. Горшков. По существу, флотилия формировалась в тылу у противника и быстро набирала силы. Сосредоточение боевых кораблей и техники встревожило немцев, и они приступили к бомбардировкам базы с воздуха.

Во второй половине ноября 1942 года, в разгар Сталинградской битвы, наркома ВМФ Н. Г. Кузнецова вызвали в Ставку. И. В. Сталин сообщил, что Генеральный штаб разрабатывает наступательную операцию на юге. Через несколько дней адмирал Н. Г. Кузнецов был ознакомлен с приказом Верховного главнокомандующего по освобождению Новороссийска. Морякам поручалось провести десантную операцию в районе селения Южная Озерейка и вспомогательную высадку черноморцев в Станичках. Нарком ВМФ передал Черноморской группе войск 255-ю Краснознаменную бригаду, 323, 324-й и 327-й батальоны морской пехоты. Днем и ночью проводились тренировки, учения десантных войск и кораблей, отрабатывалось взаимодействие между всеми участвующими в операции силами.

27 января 1943 года началось наступление советских войск, но прорвать оборону к востоку от Новороссийска не удалось. В ночь на 4 февраля в районе Южной Озерейки был высажен десант. Однако десант не удался. Враг сумел сосредоточить на берегу большие силы. Уже начавшаяся высадка десантников была прекращена. Помешала также штормовая погода. Тем бойцам и матросам, которые уже оказались на берегу, было приказано пробиваться сквозь вражеское кольцо в район Станички. Неудачный десант в Южную Озерейку закончился снятием с должности командующего Черноморским флотом Ф. С. Октябрьского, который решением Ставки был направлен для продолжения службы на Амурскую военную флотилию. Нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов предложил Ставке назначить на освободившуюся должность вице-адмирала Л. А. Владимирского, командующего эскадрой боевых кораблей и зарекомендовавшего себя решительным и вдумчивым флотоводцем.

В марте 1944 года Ф. С. Октябрьский вновь стал командовать Черноморским флотом. Это был единственный случай смещения командующего флотом и то ненадолго. Так же смело и решительно нарком ВМФ отстоял доброе имя командира Керченской военно-морской базы контр-адмирала А. С. Фролова в тяжелейшем 1942 году. Адмирал Н. Г. Кузнецов ценил морские кадры, часто вступался за них перед Верховным главнокомандующим, не боясь навлечь на себя гнев И. В. Сталина.

Позднее контр-адмирал в отставке В. Т. Проценко, активный участник боев в Новороссийске, отметил характерную черту адмирала Н. Г. Кузнецова: «Никогда не слышал, чтобы Николай Герасимович повышал голос, „разносил“ кого-либо. Он никогда не подставлял под удар своих подчиненных, даже если ошибки и просчеты, а порой и вина были бесспорны. Всегда следовал древнему флотскому правилу — командир отвечает за все».

Более успешной была высадка первого эшелона вспомогательного десанта у Станички. Корабли подошли здесь к берегу неожиданно для противника, десант поддержала береговая артиллерия. К тому же внимание фашистов в это время было отвлечено отражением ударов с суши и десанта в Южной Озерейке.

Благодаря внезапности и героизму морской пехоты под командованием майора Ц. Л. Куникова десанту удалось укрепиться на небольшом плацдарме. В последующих ожесточенных боях плацдарм был не только сохранен, но и значительно расширен. Он вошел в историю под названием Малая Земля. С 4 по 9 февраля в этот район было высажено 15 400 бойцов и моряков с артиллерией и танками, а всего к 10 сентября 1943 года на этот плацдарм флот перевез в сложных условиях более 78 тысяч бойцов и офицеров с артиллерией, танками, автомашинами, боеприпасами.

Семь месяцев на плацдарме от Мысхако до Станички площадью в тридцать квадратных километров сражались с врагом защитники Малой Земли. Их жизнь и борьба во многом зависели от морской дороги вдоль берега, занятого врагом. И семь месяцев моряки-черноморцы на малых кораблях совершали героические рейсы в Мысхако, доставляя десантникам боеприпасы, пополнение, провиант.

Малая Земля отвлекла на себя значительные силы врага, полностью лишила противника пользоваться Новороссийским портом и оказала большую помощь советским войскам в заключительных боях под Новороссийском.

В ходе войны советское военно-морское стратегическое планирование и оперативно-тактическое искусство постоянно совершенствовались и улучшались. План десанта в Новороссийский порт, по словам Н. Г. Кузнецова, «был рассчитан по минутам и секундам, всесторонне обдумывалась каждая деталь».

8 ночь на 10 сентября 1943 года в порт и город Новороссийск был высажен десант. Из шести тысяч десантников две трети — четыре тысячи бойцов — моряки.

9 сентября 1943 года советские войска начали Новороссийско-Таманскую наступательную операцию, которая по праву может быть отнесена к числу поучительных совместных сил армии и флота. Взятие Новороссийска явилось началом крушения всей «Голубой линии». Войска 18-й армии (командующий генерал-лейтенант К. Н. Леселидзе) начали развивать наступление во фланг и тыл группировки противника, оборонявшегося на Таманском полуострове. Войска 56-й армии (командующий генерал-лейтенант А. А. Гречко) и 9-й армии (командующий генерал-майор А. А. Гречкин) перешли в наступление на центральном и северном участках таманского плацдарма. Всей операцией руководил командующий Северо-Кавказским фронтом генерал И. Е. Петров, который имел двух основных заместителей: по сухопутной части генерал-лейтенанта К. Н. Леселидзе, а по морской — командующего Черноморским флотом вице-адмирала Л. А. Владимирского.

В период Новороссийско-Таманской операции корабли и авиация Черноморского флота потопили около 90 кораблей и судов противника. Только летчики-черноморцы в период с 20 по 28 сентября отправили на дно 50 барж, три сторожевых катера, несколько транспортов, сбили 56 вражеских самолетов.

В честь освобождения Новороссийска, имевшего «очень важное значение в битве за Кавказ», в Москве был произведен салют, который наблюдал из Кремля нарком ВМФ адмирал Н. Г. Кузнецов.

Следующей в Крыму стала Керченско-Эльтигенская десантная операция, которая началась 1 ноября 1943 года.

Нарком придавал большое значение подготовке к проведению десантных операций. Вот что он написал о керченско-эльтигенской высадке моряков: «Десанты высаживать всегда трудно, но особенно трудно там и тогда, где и когда противник их ждет. У нас не было возможности скрыть свои приготовления: мы находились слишком близко от противника. И, разумеется, он понимал, что, не располагая большим количеством крупных десантных средств, мы будем наносить удар через сравнительно узкий Керченский пролив. Другого решения и другого пути у нас не было. И дело не только в нехватке десантных средств — именно здесь можно было действеннее поддержать десант огнем артиллерии с нашего берега». Высадка в Эльтигене прошла успешно. Пять тысяч семьсот пятьдесят солдат и офицеров 18-й армии с оружием и боеприпасами прибыли к месту боев. Передовым отрядом шел 386-й отдельный батальон морской пехоты под командованием капитана Н. А. Белякова. Десантники действовали дерзко и решительно. До 1 декабря десант под командованием Героя Советского Союза В. Ф. Гладкова успешно отражал атаки неприятеля на занятых рубежах. Десантники-эльтигенцы выполнили свою основную задачу обеспечения высадки 56-й армии на главном направлении. Командующий операцией приказал десанту эвакуироваться с плацдарма. Однако кораблям не удалось подойти к пунктам посадки десантников. Тогда черноморцы прорвали вражеский заслон и двинулись на соединение с главными силами по суше. 7 декабря они вошли в Керчь. Появление советских войск в Керчи ошеломило гитлеровцев. Опомнившись, они повели наступление на гору Митридат, где закрепились десантники.

Наращивание сил на Керченском плацдарме проходило в сложной обстановке. К 4 декабря Азовская военная флотилия доставила на Еникальский полуостров 75 тысяч бойцов и офицеров, 128 танков, 764 автомашины, около трех тысяч лошадей, свыше 1300 орудий, свыше семи тысяч тонн боеприпасов. «Нельзя не сказать о тех героях, которые перевозили десанты в шторм и под огнем неприятеля, — писал в своих воспоминаниях адмирал Н. Г. Кузнецов. — Вот почему мне хочется назвать хотя бы некоторых людей Азовской военной флотилии: Героев Советского Союза лейтенанта В. Н. Денисова, младшего лейтенанта Н. П. Кириллова и старшего лейтенанта К. И. Воробьева. Однако героизм был настолько массовым, что нет возможности перечислить всех отличившихся. Следует отметить и усилия инженерных частей сухопутных войск, которые совместно с моряками иногда, казалось, чудом грузили и выгружали тяжелые орудия и танки. Противнику не удалось сорвать наши перевозки».

Нашим бойцам пришлось отойти в порт и занять оборону у причалов. Упорные бои за Керчь продолжались еще несколько дней. Десанты в ходе Керченско-Эльтигенской операции нанесли противнику большой урон. В боях с 1 ноября по 12 декабря 1943 года неприятель потерял солдат свыше дивизии, более ста самолетов, пятьдесят танков. Керченско-Эльтигенская операция стала одной из крупнейших по размаху: она осуществлялась войсками целого фронта с участием Черноморского флота и Азовской военной флотилии. Операция еще раз засвидетельствовала, как важно взаимодействие армии и флота.

После захвата плацдарма на Керченском полуострове Генеральный штаб приступил к разработке операции по освобождению Крыма. Замысел операции заключался в одновременном наступлении на Симферополь и Севастополь со стороны Перекопа и с Керченского полуострова. Черноморский флот и Азовская военная флотилия содействовали наступлению Отдельной Приморской армии на первом этапе борьбы и всему фронту — на последнем. В основу директивы Генштаба по освобождению Крыма вошли все предложения, разработанные Главным морским штабом под руководством адмирала Н. Г. Кузнецова.

В преддверии этой важной операции была освобождена Одесса — один из важнейших черноморских портов. Одесская операция началась с того, что в Николаеве высадился небольшой десант, в который входили 56 моряков из батальона морской пехоты и 12 бойцов сухопутных войск. Командовал десантом старший лейтенант К. Ф. Ольшанский. В течение двух суток десантники отбили 18 ожесточенных атак, уничтожили около 700 фашистских солдат, два танка. Правительство высоко оценило подвиг десантников — все 68 человек получили звание Героя Советского Союза.

Сражение за Крым началось утром 8 апреля 1944 года наступлением войск 4-го Украинского фронта (командующий — генерал армии Ф. И. Толбухин). Враг отчаянно сопротивлялся, но задержать победное шествие наших войск не смог. Не менее успешно развернулось наступление Отдельной Приморской армии (командующий — генерал армии А. И. Еременко). Большую помощь в перевозке войск этой армии через Керченский пролив оказала Азовская военная флотилия.

10 апреля 1944 года была освобождена Одесса. В тот день вместе с Москвой салютовала одержанной победе и эскадра Черноморского флота.

Штурм севастопольской крепости осуществлялся одновременными ударами с трех направлений. Сжать кольцо блокады с моря и воздуха возлагалось на Черноморский флот.

9 мая 1944 года Севастополь был освобожден. При штурме Севастополя фашисты потеряли убитыми более двадцати тысяч солдат и офицеров. Свыше двадцати четырех тысяч солдат и офицеров сдались в плен. Всего же за время боев в Крыму противник потерял убитыми и пленными, не считая погибших на кораблях, свыше 111 тысяч человек. В Крымской операции участвовало свыше четырехсот самолетов морской авиации. Они наносили удары по транспортам противника в море, бомбили немцев в приморских портах. В воздушных схватках противник потерял свыше 80 самолетов. На дно морское ушло 68 кораблей и судов противника.

Активно действовали торпедные катера. В своих мемуарах адмирал Н. Г. Кузнецов вспоминает, что несколько катеров были вооружены реактивными установками. Реактивные снаряды на флоте появились еще перед войной. Они использовались под руководством А. Н. Туполева, создателя первых торпедных катеров.

Конечно, эти установки были мало похожи на грозные «катюши». В годы войны реактивные установки нашли широкое применение на флотах; сначала на бронекатерах, а позднее и на торпедных катерах. Энтузиастом этого дела стал флотский артиллерист, капитан 1-го ранга Герой Советского Союза Г. В. Терновский. Первая реактивная была установлена на тральщике «Скумбрия» и применена при высадке десанта на Малую Землю. Теперь катера атаковали вражеские конвои с двух сторон и не только торпедами, но и реактивными снарядами. Шестеро офицеров-катерников, отличившихся в Крымской операции, были удостоены звания Героя Советского Союза.

Искусно действовали подводники. Только за один поход подводная лодка Щ-201 под командованием капитан-лейтенанта П. П. Парамошкина одержала три победы — потопила транспорт «Гейзерикс» и тральщик, а также вывела из строя десантное судно. А Герой Советского Союза капитан-лейтенант М. И. Хомяков, командир подводной лодки М-111, сумел одновременно атаковать сразу две цели и обе пустил на дно.

Потери противника в результате действий различных сил Черноморского флота были значительными. Это обстоятельство вынуждены признать и немецкие флотские начальники. Адмирал Ф. Руге в книге «Война на море. 1939–1945» писал, что «при эвакуации погибло пятьдесят судов, в том числе много небольших, частично в крепости, большая же часть в результате воздушных атак». Это «скромное» признание уточняет адмирал Н. Г. Кузнецов: «В действительности были уничтожены семьдесят восемь боевых кораблей и транспортных судов. А гибель транспортов „Тотила“ и „Тейя“, на которых находилось свыше четырех тысяч гитлеровцев, была особо ощутимой…»

Черноморский флот, после изгнания противника из Крыма и Одессы, силами авиации и подводных лодок продолжал активные действия на вражеских коммуникациях, защищал морские перевозки и побережье, постепенно перебазируя свои силы в порты и базы Крыма. В июне 1944 года в Очаков и Одессу вошли основные силы Дунайской флотилии. Читателю сообщим, что Дунайская военная флотилия была создана приказом наркома ВМФ Н. Г. Кузнецова на базе расформированной Азовской флотилии и предназначалась главным образом для ведения совместных действий с сухопутными войсками на юге. В соответствии с директивой Ставки Верховного главнокомандования от 2 августа 1944 года войсками 2-го и 3-го Украинских фронтов предписывалось подготовить и провести операцию с целью разгрома ясско-кишиневской группировки противника. На Черноморский флот возлагались задачи содействовать войскам 3-го Украинского флота на приморском направлении высадкой тактических десантов, а с выходом Дунайской военной флотилии на Дунай содействовать сухопутным войскам в форсировании водной преграды. Одновременно с этим флот должен был наносить удары по кораблям и транспортам в море и по военно-морским базам Констанца и Сулина.

В соответствии с планом Ясско-Кишиневской операции авиация Черноморского флота обрушила свой первый удар по кораблям, находящимся в военно-морских базах Констанца и Сулина. В массированных налетах, продолжавшихся до 25 августа, участвовали торпедоносцы, бомбардировщики, штурмовики и истребители. В результате этих атак было потоплено и повреждено более 50 кораблей и судов. Часть кораблей, получивших сильные повреждения, по приказу немецкого командования были выведены на рейд и затоплены своими же экипажами.

Констанца как главная база флота и важнейший узел морских коммуникаций прекратила свое существование.

Противник был вынужден вывести свои уцелевшие корабли и суда из Сулины, что означало отказ от планов их использования на Дунае. «Вследствие атак советской авиации, — писал позднее западногерманский историк Ю. Мейстер, — произошло совершенно противоположное тому, что планировалось. Уходом германских кораблей из Сулины Дунай отдавался русским».

20 августа войска 3-го Украинского фронта перешли в наступление и создали условия для изоляции 6-й немецкой и 3-й румынской армий и окружения кишиневской группировки.

Форсирование лимана началось 22 августа. Под покровом темной южной ночи десант численностью 8100 человек, имевший 10 танков, 122 орудия и миномета, неуклонно приближался к вражескому берегу. В него входили 3-й мотоциклетный полк 46-й армии и части Новороссийского укрепленного района, а также батальон амфибий, 83-я и 255-я бригады морской пехоты. С ходу, высадившись на берег, десантники устремились в глубину вражеской обороны.

Чтобы завершить окружение приморской группировки врага, необходимо было перерезать пути возможного отхода через Кундукскую косу к Дунаю. Эта задача выполнялась силами Дунайской флотилии и высадкой очередного десанта. Вечером 23 августа корабли вышли из Одессы и на рассвете следующего дня подошли к Жебриянам. Десант стремительно высадился на берег, сломил сопротивление врага и через три часа занял город. После продолжительных и упорных боев находившаяся здесь вражеская группировка капитулировала.

Во время боя за Жебрияны десантники, корабельная артиллерия и авиация Черноморского флота уничтожили до 1500, взяли в плен 4400 вражеских солдат и офицеров. Наш десант потерял 28 человек убитыми и ранеными.

Десантные действия флота обогатили теорию подготовки и высадки десантов с целью захвата портов и военно-морских баз противника в условиях быстрого продвижения наших войск на приморском направлении.

За годы войны было высажено 113 десантов, общей численностью равной тридцати дивизиям. Десанты, проведенные сухопутными войсками и Военно-морским флотом, как правило, были успешными и внесли существенный вклад в Победу. В то же время, как отмечал адмирал Н. Г. Кузнецов: «Нельзя считать случайностью или просчетом немецкого командования, что Советская Армия не только в начале войны, но и позже не имела у себя в тылу ни одного десанта, высаженного с моря». Добавим от себя, что в течение всей войны ни одна военно-морская база не была взята врагом с моря.

Наступление войск 3-го Украинского фронта успешно продолжалось до 27 августа. После полуторадневных боев они во взаимодействии с Дунайской флотилией овладели городом Галац, на следующий день взят Браилов. К исходу 29 августа 1944 года задачи, поставленные Ставкой Верховного главнокомандования в Ясско-Кишиневской операции, были полностью выполнены.

Ясско-Кишиневская операция — одна из крупнейших операций Великой Отечественной войны, в которой совместные действия войск 3-го Украинского фронта и Черноморского флота послужили важнейшим фактором, ускорившим достижение целей операции в кратчайшие сроки.

Действия Черноморского флота в Ясско-Кишиневской операции отличались активностью и разнообразием выполнявшихся задач. Опыт его в этой операции способствовал формированию новых взглядов на оперативно-стратегическое использование флота в современной войне. Огромную работу в годы Великой Отечественной войны провели моряки-черноморцы по перевозке советских войск, военной техники, продовольствия и других народно-хозяйственных грузов.

Об интенсивных перевозках Черноморского флота красноречиво говорят следующие цифры: за второе полугодие 1942 года перевезено 200 тысяч бойцов гражданского населения, более 500 орудий, 86 танков. Каспийская флотилия перевезла более 400 тысяч человек, 8 тысяч орудий, 200 самолетов, 700 танков. В 1943 году между черноморскими портами Кавказа перевезено 330 тысяч бойцов и офицеров, более полумиллиона тонн воинских и народно-хозяйственных грузов.

«Опыт Великой Отечественной войны, — написал позднее Маршал Советского Союза А. А. Гречко, — еще раз подтвердил правильность основного положения нашей военной доктрины — победу над сильным противником можно одержать только общими усилиями всех видов Вооруженных Сил в их тесном взаимодействии. Война показала также, что в борьбе даже с континентальным противником важная роль принадлежит Военно-Морскому Флоту».

Черноморскими твердынями вошли в историю Великой Отечественной войны города и военно-морские базы — Одесса, Севастополь, Новороссийск и Керчь. Все они стали городами-героями, а на их знаменах засверкали Золотые Звезды…






Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   18


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2019
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал