Градостроительное право – новая отрасль в системе российского права



Скачать 304,44 Kb.
Дата27.10.2016
Размер304,44 Kb.




А.П. Анисимов,

доктор юридических наук

Н.Г. Юшкова,

кандидат архитектуры, доцент


Градостроительное право – новая отрасль в системе

российского права
Активное проведение правовой реформы в последние годы обусловило принятие десятков нормативно-правовых актов и появление новых правовых способов и средств государственного воздействия на поведение участников общественных отношений. Отраслевая принадлежность некоторых таких правовых инструментов обусловливает многочисленные дискуссии, разворачивающиеся на страницах юридических научных изданий и касающиеся как общих вопросов поиска новых критериев построения системы российского права, так и обсуждения предложений ряда авторов, доказывающих (или отрицающих) формирование новых отраслей права и законодательства.1 Не претендуя на полный охват всех существующих в данной сфере правовой жизни проблем, остановимся на довольно частном, но в тоже время дискуссионном вопросе, связанном с обоснованностью признания новой отрасли в системе российского права - градостроительного права.

Главным «камнем преткновения» в современных дискуссиях о системе российского права, на наш взгляд, является вопрос о системе критериев, позволяющих отграничивать одну отрасль права от другой. Как известно, классическая постановка вопроса о таком разграничении по критерию предмета и метода правового регулирования осуществилась еще после первой и второй дискуссий о системе права в 40-50-х годах прошлого века.

В результате, например, С.С. Алексеев в составе системы совет­ского права различал три группы отраслей права. Это профилирующие (фундаментальные) отрасли (государственное, административное, гражданское, уголов­ное право, процессуальные отрасли), другие основные отрасли (трудовое, земельное, колхозное, семейное, финансовое право, право социального обеспечения) и вторичные комплексные образования, именуемые комплексными отраслями права (морское, банков­ское, хозяйственное, страховое, природоохранительное право).2 Появление комплексных отраслей объяснялось новыми реалиями социально-экономической жизни и характеризовалось рядом принципиальных отличий от «фундаментальных» и «основных» отраслей. Например, в последние не входили нормы других отраслей права, а комплекксная отрасль как раз непосредственно из них и состояла. Не предусматривалось для комплексной отрасли права и собственного метода правового регулирования. Выделялись и другие отличия.

Усложнение правового регулирования общественных отношений во второй половине прошлого века потребовало выявления новых государственно-правовых закономерностей взаимодействия правовых норм и институтов, о чем в научной юридической литературе было высказано множество разнообразных предложений. Так, одни авторы полагали, что для «формирования самостоятельной отрасли права особо значимы четыре критерия - своеобразие и качественная однородность тех или иных общественных отношений (иными словами, наличие своего предмета правового регулирования), распространенность (удельный вес) общественных отношений данного типа, необходимость использования специальных правовых средств (методов) их регулирования и наличие правовых норм (достаточно обширного законодательства). Непременным условием совершенствования правового регулирования должно стать уточнение предмета и методов правового регулирования, которые лежат в основе деления права на отрасли и институты, выступают системообразующими факторами».3

По мнению других авторов, основными критериями самостоятельности отрасли права являются: комплекс общественных отношений (предмет), обладающий качественным своеобразием и единством; отраслевой режим правового регулирования отдельных общественных отношений, включающий метод и механизм правового регулирования, пронизанный едиными принципами, неприменимый к отношениям, регулируемым другим отраслями права; многоуровневая структура отрасли (наличие подотраслей, институтов, норм права); наличие отраслевых дефиниций, конструкций, принципов; установившиеся связи с другими отраслями системы права; особенности в правовом статусе участников данных общественных отношений; наличие активной правотворческой деятельности, возможно принятие кодифицированного акта. Субъективным фактором выделения правового материала в самостоятельную отрасль права является наличие у стоящих у власти и в обществе интереса в самостоятельном регулировании данного комплекса отношений.4

Третья группа авторов отмечала, что следует выделять три группы системообразующих факторов внутреннего содержания права: 1) предмет правового регулирования; 2) метод правового регулирования; 3) функции права, его отдельных подразделений.5

Результатом данных теоретических суждений и выводов стало появление в научной юридической литературе публикаций, авторы которых предлагали расширить перечень как «традиционных» (фундаментальных и основных), так и «комплексных» отраслей российского права. Так, доказывается формирование медицинского права,6 образовательного права,7 налогового права,8 земельного и экологического права как самостоятельных отраслей в системе российского права.

Начался и продолжается процесс дифференциации современного правового массива и выделение таких отраслей права как му­ниципальное, предпринимательское, информационное, административно-процессуальное, конституционно-процессуальное.9 Не утихают дискуссии о правовой природе муниципального права - подотрасли конституционного права10, комплексной отраслью права11 или самостоятельной отрасли в системе российского права.12

Убедительно обосновывается существование транспортного, банковского и аграрного права как комплексных отраслей системы российского права. Так, по мнению Н.Ю. Ерпылевой, комплексная отрасль права содержит в себе предметное ядро, т.е. такие общественные отношения, которые хотя и регулируются нормами основных (первичных) отраслей права, но не принадлежат однозначно первичным отраслям, а обладают консолидирующим началом предметного свойства. Примером комплексных правоотношений двойственной природы являются банковские правоотношения. Нормы, регулирующие эти правоотношения, принадлежат различным отраслям права и наряду с этим объединяются в новую правовую общность - банковское право, которое не является механическим объединителем разнопорядковых норм, а приобретает внутреннюю взаимосогласованность, системность и качество.13

М.И. Козырь писал, что аграрное право представляет собой комплексную специализированную отрасль права, «связанную внутренним единством систему правовых норм, регулирующих аграрные (земельные, имущественные, трудовые, организационно-управленческие) общественные отношения в сфере сельскохозяйственной производственной и связанной с ней иной деятельности».14 При этом в юридической науке существуют и весьма критические высказывания, отрицающие существование комплексных отраслей права и законодательства в принципе. Не пытаясь перечислить все существующие научные предложения, остановимся на обосновании нашей точки зрения о необходимости дополнения системы права новой отраслью.

Исследуя методологические основы градостроительного права необходимо предложить решение довольно сложного вопроса об определении его места в системе российского права. Для этого следует ответить на весьма непростой вопрос: градостроительное право – это комплексное правовое образование, производное от фундаментальных и основных отраслей права, либо же данная правовая общность является самостоятельной отраслью права?

Отвечая на этот вопрос, заметим, что каждая отрасль права представлена отраслью законодательства, но не каждая отрасль законодательства непременно является формой отрасли права. Предмет отрасли законодательства может входить в предмет правового регулирования от­расли права (или совпадать с ним) либо регулиро­ваться нормами различных отраслей права, объе­диненных в целях эффективности в нескольких взаимосвязанных нормативных актах или даже систематизированных в одном акте. В комплексной отрасли законодательства «нет ничего, что не могло бы быть поглощено отрас­лями законодательства, выделенными по отрасли права». Несмотря на это, единые начала право­вого регулирования отношений определенного рода, возникающих в различных сферах деятель­ности, всегда устанавливаются в отрасли законодательства, соответствующей определенной от­расли права.15

Действительно, далеко не каждой отрасли законодательства соответствует одноименная отрасль права. Так, невозможно отрицать существование санитарного законодательства, представленного, например, Федеральным законом от 30 марта 1999 г. «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», однако санитарного права при этом не сформировалось. Безусловно, в Градостроительном кодексе РФ и ином градостроительном законодательстве присутствуют нормы различной отраслевой принадлежности, например, посвященные вопросам возмещения вреда (гражданско-правовые нормы). Однако, на наш взгляд, от этого качественная специфика градостроительных норм никак не нарушается, что мы и покажем далее.

В порядке гипотезы нами уже предлагалось ранее сформировать примерный перечень основных критериев, которые позволили бы решить на ближайшую перспективу проблему формирования новых отраслей в системе российского права. На обсуждение юридической общественности был предложен следующий вывод: если существует определенная сфера общественной жизни, достаточно обширная, обладающая ярко выраженной качественной спецификой и социальной значимостью, причем в данной сфере действует достаточно большое число правовых норм, в основном не вписывающихся ни в одну из традиционных отраслей права, но составляющих единую систему со своей внутренней структурой, собственными источниками, принципами и правовым режимом – то есть все основания ставить вопрос о формировании новой отрасли права.16 Рассмотрим данные признаки самостоятельности отрасли права применительно к градостроительному праву.

1) Наличие определенной сферы общественной жизни (сферы жизнедеятельности), достаточно обширной и обладающей ярко выраженной качественной спецификой и социальной значимостью. Данный критерий является дальнейшим развитием критерия предмета правового регулирования.

В качестве такой сферы жизнедеятельности выступает градостроительная деятельность, то есть деятельность по развитию территорий, в том числе городов и иных населенных пунктов, осуществляемая в виде территориального планирования, градостроительного зонирования, планировки территорий, архитектурно-строительного проектирования, строительства, капитального ремонта, реконструкции объектов капитального строительства.17

Данная сфера жизнедеятельности подвластна правовому регулированию, объективно требует этого, что закрепляется в Градостроительном кодексе РФ от 29 декабря 2004 г. (далее – ГрадК РФ) и иных актах градостроительного законодательства Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, а также муниципальных правовых актах.

Характерной чертой норм градостроительного права является тесное переплетение публично-правового регулирования, обусловленного необходимостью реализации государственного и общественного интереса в оптимальной модели землепользования и застройки, и частно-правового регулирования, связанного с учетом интересов конкретного правообладателя земельного участка и объекта недвижимости. Формирование современного частно-публичного подхода к регулированию градостроительных отношений имело многолетнюю историю и в настоящий момент развивается под сильным воздействием процессов глобализации. Новый ГрадК РФ, разработанный под сильным воздействием опыта градорегулирования развитых стран Европы и США, должен способствовать вступлению России в ВТО и интеграции в мировое экономическое пространство.

Из этого обстоятельства вытекает одна из актуальнейших проблем современного градостроительного права, связанная с тем, что предусмотренные ГрадК РФ формы и методы регулирования градостроительных отношений, заимствованные в более развитых правопорядках, для России значительно опережают свое время. Право, будучи элементом надстройки, попыталось из самых лучших соображений улучшить базис и поставить задачи, к которой ни экономика, ни органы публичной власти, ни общество, ни правообладатели земельных участков оказались не готовы.

Общественные отношения, регулируемые нормами градостроительного права, представляют собой сложную систему экономических, финансовых, архитектурно-градостроительных и организационно-управленческих отношений и являются способом стратегического управления недвижимостью. При этом, в отличие от многих других отраслей российского права, градостроительное право обладает теснейшей взаимосвязью с техническими нормами и требованиями, вырабатываемыми в рамках архитектурно-градостроительной науки и практики. Действительно, юридическая наука не в состоянии выработать (причем такой цели и не ставится) конкретное содержание градостроительных регламентов, определяющих параметры и виды разрешенного использования земельных участков в пределах той или иной территориальной зоны. Равным образом, юридическая наука не может определить методику и критерии градостроительного зонирования территории муниципального образования. Однако именно градостроительное право регулирует внешние формы закрепления таких правил и требований посредством принятия муниципального правового акта – Правил землепользования и застройки. Будучи формально закрепленными в нормативных актах, данные требования становятся юридически обязательными, и в случае их нарушения могут защищаться в судебном порядке.

Именно поэтому данная сфера общественных отношений находится в сфере правового регулирования, воздействуя на внешние, социально значимые для общества и государства виды деятельности субъектов градостроительных отношений. При этом наряду с императивными требованиями, предусмотрен и диспозитивный блок регулирования общественных градостроительных отношений. Например, выбор предусмотренных градостроительными регламентами параметров и видов разрешенного использования земельных участков и расположенных на них объектов недвижимости их правообладатели осуществляют самостоятельно. Следовательно, в данной сфере правовой жизни есть существенный объем правового регулирования, отличающийся качественной самобытностью и являющийся материалом для конструирования самостоятельной отрасли права.

2) Правовые нормы, регулирующие отношения в данной сфере, должны в основной своей массе не принадлежать к уже существующим отраслям права; иначе нет оснований учреждать новую отрасль, так как предмет регулирования (сфера жизнедеятельности) полностью покрывается имеющимися отраслями права и представляет собой лишь внутриотраслевой или межотраслевой правовой институт. Указанная специфика должна отображаться и через свой понятийный аппарат. Наличие последнего позволяет «осуществить содержа­тельный анализ предмета исследования на его собственном языке. Понятийный аппарат, то есть система понятий, достоверно отражающая правовую действительность, объективную ло­гику ее функционирования и развития - это основа теории. Понятийный инструментарий теории позволяет выразить специфические за­кономерности возникновения, функционирова­ния и развития явления».18 Вопросы понятийно-категориального аппарата градостроительного права (в отличии, например, от экологического) пока малоисследованны. Не имея возможности рассмотреть их в рамках настоящей статьи, отметим лишь, что специфическая градостроительно-правовая терминология отображена в ст.1 ГрадК РФ, и вопросы ее соотношения с иными понятийно-категориальными отраслевыми системами представляют большой научный интерес.19

Применительно же к первой позиции о качественном своеобразии норм права, объединяемых в отрасль, заметим, что, например, нет оснований выделять в качестве самостоятельной отрасли права «право собственности», несмотря на большую социальную значимость и даже значительный объем регулирования. «Право собственности» было и остается межотраслевым институтом, основной массив которого представлен нормами гражданского права.

Качественное своеобразие (специфика) сферы общественных отношений, урегулированных нормами ГрадК РФ заключается в том, что вопросы территориального планирования, градостроительного зонирования, планировки территории и т.д. не регулируются больше никакими отраслями законодательства. Текстуальный анализ норм главы XV ЗК РФ, определяющих правовой режим категории земель населенных пунктов, и норм главы IV ГрадК РФ, определяющей порядок проведения градостроительного зонирования, позволяет прийти, на наш взгляд, к однозначному выводу, что в ЗК РФ воспроизведены нормы градостроительного законодательства из Градостроительного кодекса РФ 1998 г. (причем в этой части они не вступают в противоречие с нормами нового ГрадК РФ, являясь их кратким пересказом).

Существует достаточно доказательств и сформированности собственной системы источников градостроительного права. В сфере градостроительной деятельности действуют Конституция РФ, федеральные и региональные законы и иные нормативно-правовые акты, муниципальные правовые акты. Специально следует выделить международно-правовой уровень регулирования градостроительной деятельности, а именно Градостроительную хартию Содружества Независимых Государств (Минск, 4 июня 1999 г.), вступившую в силу для России 4 декабря 2000 г.

Конституция РФ не относит градостроительное законодательство ни к предмету федерального, ни совместного ведения, что имеет, на наш взгляд, определенные причины. На момент подготовки текста Конституции (1993 г.) градостроительное законодательство в современном его понимании как способ стратегического управления недвижимостью находилось в самом начале своего формирования. Незадолго до рассматриваемых событий был принят Федеральный закон от 14 июля 1992 г. № 3295-I «Об основах градостроительства в Российской Федерации», сделавший лишь самые первые шаги по изменению законодательного подхода к сфере действия градостроительного законодательства, и до конца еще не отвечавший потребностям рыночной экономики. Осмысление указанного аспекта правового регулирования градостроительной деятельности привело в дальнейшем к принятию Градостроительного кодекса РФ от 7 мая 1998 г., основанного уже на совсем иных концептуальных принципах (можно даже сказать иной правовой идеологии).

Таким образом, при подготовке текста Конституции, по всей видимости, предполагалось, что градостроительное законодательство является подотраслью административного законодательства, поскольку, являясь со всей очевидностью предметом совместного ведения Российской Федерации и субъектов РФ, не упоминается в Конституции России. Понимая причины такого подхода в то время, сегодня с ним не возможно согласиться.

Представляется, что административное законодательство регулирует различные сферы государственного управления, включая, например, и отношения по управлению охраной окружающей среды. Однако от этого экологическое право не становится подотраслью административного права. Кроме того, в Конституции России вообще не упоминается аграрное законодательство, но между тем отношения по регулированию животноводства, семеноводства, пчеловодства и т.д. в этой связи тоже административными не становятся. Отсюда нам представляется очевидным, что отсутствие в ст.71 и ст.72 Конституции России упоминания градостроительного законодательства не говорит об отсутствии его самостоятельности, а лишь ставит вопрос о внесении дополнения о «градостроительном законодательстве» в ст.72 Конституции России. Данное предложение, неоднократно нами высказываемое,20 получило поддержку в юридической науке.21

Не менее важной, чем упоминание в Конституции, предпосылкой для формирования и поступательного развития самостоятельной отрасли права является наличие кодифицированного законодательного акта. В качестве последнего выступает ГрадК РФ, что является отражением весьма распространенной правовой традиции в России, когда во главе большинства отраслей российского законодательства стоят именно кодексы (ЗК РФ, ГК РФ, УК РФ, ТК РФ и т.д.). Выбор именно этой формы обусловлен тем, что кодекс - наилучший вариант обобщения и систематизации законодательства в определенной сфере общественных отношений, оптимальное средство ликвидации множественности нормативно-правовых актов по одному и тому же вопросу. ГрадК РФ содержит, наряду с нормами-дефинициями и нормами-принципами, нормы прямого действия, подлежащие непосредственному применению и не требующие установления федеральными органами исполнительной власти или субъектами РФ дополнительных условий их действия.

Помимо головного акта, должен присутствовать и ряд специальных по отношению к нему источников права – законов или подзаконных актов, регулирующих более локальные вопросы в данной области правовой жизни. Например, по отдельным институтам градостроительного права приняты законы, дополняющие и конкретизирующие соответствующие нормы. В числе таковых следует выделить Федеральный закон от 17 ноября 1995 г. № 169-ФЗ «Об архитектурной деятельности в Российской Федерации». Кроме того, действуют десятки постановлений Правительства РФ, например, Постановление Правительства РФ от 13 ноября 2006 г. «О составе схем территориального планирования Российской Федерации» или Постановление Правительства РФ от 9 июня 2006 г. «Об информационном обеспечении градостроительной деятельности» и т.д.

Система градостроительного законодательства, как это и предписано ГрадК РФ, включает в себя законы и иные нормативные правовые акты субъектов РФ. На момент написания данной статьи принято несколько десятков нормативно-правовых актов субъектов РФ, регулирующих градостроительные отношения, которые могут быть классифицированы в следующие группы. Во-первых, это базовые градостроительные законы субъектов РФ, например, Закон Оренбургской области от 16 марта 2007 г. № 1037/233-IV-ОЗ «О градостроительной деятельности на территории Оренбургской области»; Закон Пензенской области от 14 ноября 2006 г. № 1164-ЗПО «Градостроительный устав Пензенской области»; Закон Архангельской области от 1 марта 2006 г. «Градостроительный кодекс Архангельской области» и т.д.

Во-вторых, приняты десятки законов субъектов РФ по отдельным вопросам в сфере градорегулирования, например, Закон Томской области от 11 января 2007 г. № 7-ОЗ «О региональных нормативах градостроительного проектирования Томской области»; Закон Краснодарского края от 2 июня 2006 г. № 1028-КЗ «Об органах архитектуры и градостроительства Краснодарского края»; Закон Новгородской области от 13 октября 2006 г. № 733-ОЗ «О разграничении полномочий областной Думы и Администрации области в области градостроительной деятельности»; Закон Ярославской области от 4 декабря 2006 г. № 89-з «Об утверждении областной целевой программы «Обеспечение территорий муниципальных образований Ярославской области градостроительной документацией и правилами землепользования и застройки» на 2007-2009 годы»; Закон Санкт-Петербурга от 20 июля 2006 г. № 400-61 «О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге»; Закон г. Москвы от 27 апреля 2005 г. № 14 «О Генеральном плане города Москвы (основные направления градостроительного развития города Москвы)» и т.д.

Не менее внушительно и количество подзаконных актов, принятых в субъектах РФ во исполнение положений федерального и регионального градостроительного законодательства. В качестве примера можно привести Постановление Главы Администрации Волгоградской области от 29 июля 2005 г. № 763 «О государственном строительном надзоре Волгоградской области»

Анализ источников градостроительного права позволяет сформулировать вывод о том, что весьма значительное место среди них занимают муниципальные правовые акты, непосредственно определяющие параметры и виды использования территории в частных (для конкретных правообладателей земельных участков и объектов недвижимости) и публичных интересах (определяя границы красных линий, наличие или отсутствие объектов инженерной и транспортной инфраструктур, наличие объектов, необходимых для обеспечения жизнедеятельности населения муниципальных образований, местные нормативы градостроительного проектирования и т.д.). Поэтому основная специфика градорегулирования проявляется на муниципальном уровне. На момент написания данной статьи уже приняты десятки Правил землепользования и застройки (муниципальных правовых актов) в муниципальных образованиях различных субъектов РФ, и неизбежно до 1 января 2010 г. будут приняты во всех остальных.

3) Данная совокупность норм должна обладать чертами системности, а также в ней должны выдерживаться единые принципы, собственное сочетание методов правового регулирования, создающие особый правовой режим.

Под системой отрасли права понимается научно обоснованная последовательность расположения правовых институтов и норм в зависимости от их значимости, роли и содержания, обусловленная характе­ром регулируемых общественных отношений. Несмотря на то, что в ГрадК РФ трудно выделить общую и особенную части, наличие в градостроительном праве системы взаимосвязанных и взаимообусловленных правовых институтов не вызывает сомнений. Сама последовательность регулирования градостроительной деятельности, предусмотренная кодексом (от территориального планирования до архитектурно-строительного проектирования), подтверждает данный вывод. Поэтому в числе таких градостроительно-правовых институтов мы предлагаем выделить следующие: управления градостроительной деятельностью; территориального планирования; градостроительного зонирования; планировки территории; архитектурно-строительного проектирования; информационного обеспечения градостроительной деятельности; ответственности за нарушение законодательства о градостроительной деятельности.

Отдельного рассмотрения заслуживает вопрос о принципах и методах градостроительного права и законодательства. Принципы права – это его основные начала, руководящие идеи и положения, определяющие общую направленность и конкретное содержание правового регулирования в данной сфере. Принципы распространяют свое действие на более обширную область общественной жизни, нежели правовые нормы. Как правило, один принцип находит свое отражение и воплощение в целом ряде отдельных норм. Например, принцип осуществления строительства на основе документов территориального планирования и правил землепользования и застройки (ст.2 ГрадК РФ) раскрывается в нормах главы 3,4 ГрадК РФ, определяющих порядок проведения территориального планирования и градостроительного зонирования. Не менее важным является реализация в градостроительном праве традиционной классификации принципов права на группы в зависимости от того, распространяются ли они на всю систему права (общеправовые принципы), несколько отраслей (межотраслевые), на одну отрасль права (отраслевые принципы), на один правовой институт (внутриотраслевые принципы).

Анализ принципов, предусмотренных в ст.2 ГрадК РФ позволяет сделать вывод о том, что одни из них носят отраслевой, а другие межотраслевой или общеправовой характер. Типичным примером последних является принцип ответственности за нарушение законодательства о градостроительной деятельности (локализация общеправового принципа) или принцип осуществления градостроительной деятельности с соблюдением требований охраны окружающей среды и экологической безопасности (межотраслевой принцип градостроительного и экологического права). Примечательно, что в отличии от принципов земельного законодательства, устанавливаемых только федеральными законами (п.2 ст.1 ЗК РФ), градостроительные принципы могут предусматриваться как в самом ГрадК РФ, так и в законах субъектов РФ.

Градостроительный кодекс Российской Федерации регулирует отношения субъектов градостроительной деятельности посредством разработки документов территориального планирования, градостроительного зонирования и планировки территории. Несмотря на простоту и ясность данной процедуры, возникают проблемы, связанные с реализацией градостроительных решений на уровне субъекта РФ и на уровне муниципального образования.

Примеры из реальной градостроительной практики подтверждают тот факт, что даже большое количество разнообразных документов и в то же время отсутствие правовых механизмов их реализации не становится стимулом рационального пространственного развития территории. В подтверждение этого можно привести пример недавней (2006 г.) разработки положений о территориальном планировании в составе проекта генерального плана городского округа города-героя Волгограда.

Мы полагаем, что в силу комплексного характера градостроительной деятельности нужна корректировка положений градостроительного законодательства в части регулирования самой деятельности. Это необходимо по крайней мере для того, чтобы сделать реальным процесс обеспечения благоприятных условий жизнедеятельности человека (ст.1 ГрадК РФ). В общих чертах этот посыл следует понимать как конкретизацию объекта градостроительного права – он должен быть комплексным. Из этого следует, что установив то, что регулирование отношений участников градостроительной деятельности осуществляется на уровне Российской Федерации, решение вопросов по регулированию содержания самой деятельности целесообразно осуществлять на уровне субъекта РФ. Уточнение объекта градостроительного права позволяет не только вернуть градостроительству как отрасли народного хозяйства утраченные в настоящее время отличительные признаки, а вслед за этим и весь перечень градостроительных категорий, а прежде всего указать на реальные результаты градостроительной деятельности.

В ранее действовавшем Градостроительном кодексе РФ 1998 г. такие категории, как системы расселения населения, ландшафтная организация, планировочная структура территории, городские ансамбли присутствовали. Именно они и делали общедоступными положения градостроительного законодательства не только для профессионалов, но и для населения. В прогрессивном на первый взгляд ГрадК РФ 2004 г. эти крайне необходимые для получения результатов градостроительной деятельности, классические категории утрачены полностью. Он ограничивается наличием определенных документов и фиксацией зон размещения объектов капитального строительства. Это, в свою очередь, приводит к разрушению среды жизнедеятельности, право на которую гарантировано ГрадК РФ. В этих условиях субъекту РФ не остается ничего иного, как продолжить детализировать положения, установленные в ГрадК РФ, либо отказываться от формирования системы градостроительного законодательства субъекта РФ.

В связи с этим представляется целесообразным отображение в Градостроительных кодексах субъектов РФ дополнительных принципов, например, «единства государственной и муниципальной градостроительной политики и управления градостроительной деятельностью на территории субъекта РФ, формируемой и осуществляемой путем взаимодействия органов государственной власти и органов местного самоуправления», «осуществление градостроительной деятельности с учетом социально-экономических, природно-ландшафтных и градостроительных особенностей территории субъекта РФ и муниципальных образований в его составе» и т.д.

Практическим результатом совершенствования градостроительного права в данном направлении станет то, что правила землепользования и застройки будут не только регулировать внешние формы градостроительной деятельности, но и решать конкретные вопросы пространственной организации среды жизнедеятельности, право на которую закреплено целым комплексом нормативных правовых актов РФ, субъектов РФ и местного уровня.

Своеобразие методов правового регулирования градостроительных отношений заключается в следующем. Мы разделяем позицию о том, что необходимо отказаться от теоретической конструкции единого метода (отрицающей наличие отраслевых методов), а также концепции существования у каждой отрасли своего «самостоятельного» метода в пользу выделения двух основных методов правового регулирования для всего массива права - публично-правового и частно-правового. Частно-правовой метод рассматривается как основанный на дозволениях как первичных приемах юридического воздействия; такой способ правового регулирования общественных отношений характеризуется диспозитивностью, наделением субъектов автономией воли и правовой инициативой и обеспечивает построение правоотношений на основе юридического равенства. Публично-правовой метод формулируется как основанный на позитивных обязываниях и запретах как первичных приемах юридического воздействия; такой способ правового регулирования общественных отношений характеризуется императивностью, наделением одного из субъектов специальными полномочиями - компетенцией и обеспечивает построение правоотношений по схеме «власть - подчинение».22 Следовательно, нельзя говорить о существовании для любой отрасли права одного метода регулирования. Даже для гражданского права диспозитивный метод правового регулирования не является единственным, поскольку ряд общественных отношений регулируется на императивных началах. Не является здесь исключением и градостроительное право.

Императивный метод в градостроительном праве характеризуется спецификой возникновения, изменения и прекращения градостроительных правоотношений. В большинстве случаев вступление в данные правоотношения происходит в результате издания административного акта органом публичной власти. В результате издания таких актов субъекты приобретают особое правовое положение и специфический набор прав и обязанностей, реализуемых в формах, предусмотренных градостроительными нормативными правовыми актами. Кроме того, предусмотрена система специальных органов, осуществляющих градостроительный строительный надзор за соблюдением градостроительного законодательства со специальными полномочиями и специфическим набором средств воздействия на нарушителя.

Императивный метод применяется к отношениям, затрагивающим общественные интересы, и создает необходимые гарантии прав населения, а также правообладателей земельных участков и объектов недвижимости. Императивными методами регулируется центральный вопрос градорегулирования – обеспечение благоприятной среды жизнедеятельности населения. Для этого органы публичной власти обязаны принять региональные и местные нормативы градостроительного проектирования, проводить публичные слушания (например, перед принятием генерального плана поселения или городского округа), разработать градостроительную документацию (документы территориального планирования и градостроительного зонирования, планировки территории), отсутствие которой влечет для органов публичной власти неблагоприятные правовые последствия и т.д. Правообладатели земельных участков обязаны получать разрешение на строительство, осуществлять архитектурно-строительное проектирование, представлять проектную документацию на государственную экспертизу и т.д.

Диспозитивным методом регулируются градостроительные отношения на уровне отдельных правообладателей земельных участков и объектов недвижимости, которые по своему усмотрению могут выбирать варианты разрешенного использования земельных участков и объектов недвижимости из предусмотренных градостроительным регламентом параметров строительства (реконструкции) объектов недвижимости; осуществлять деление земельного участка (если он является делимым) в порядке ч.4 ст.41 ГрадК РФ; принимать (или не принимать) участие в публичных слушаниях, проводимых по вопросам, затрагивающим интересы населения, принимать участие в аукционе и заключать договор о развитии застроенной территории с органом местного самоуправления и т.д. Для органов публичной власти диспозитивные начала заключаются, например, в возможности совместной подготовки проектов документов территориального планирования (ст.27 ГрадК РФ). В этом и проявляется сочетание императивных и диспозитивных начал правового регулирования градостроительных отношений.

В совокупности все вышерассмотренные признаки образуют особый правовой режим регулирования градостроительных правоотношений. Будучи тесно связанным с правовым режимом земель, рассматриваемый режим предполагает, что в части определения «условий и порядка пользования и владения» земельными участками всех категорий (но в первую очередь все же категории земель населенных пунктов) надлежит руководствоваться градостроительным законодательством, а в части «распоряжения» - земельным и гражданским законодательством. Другими словами, градостроительное законодательство определяет посредством территориального планирования и градостроительного зонирования перечень территориальных зон муниципального образования, для которых градостроительными регламентами определено как можно использовать земельный участок, из каких имеющихся параметров и видов использования собственник (пользователь, арендатор) может выбрать устраивающий его вариант. Земельное законодательство устанавливает оборотоспособность земельных участков всех категорий, порядок проведения торгов, приватизации участков и т.д. Гражданское законодательство определяет форму сделок с землей и условия их действительности, обязательность государственной регистрации (а в ряде случаев и нотариального удостоверения) и т.д. Из вышеизложенного становится ясно, почему нельзя согласиться с позицией некоторых авторов, рассматривающих градостроительное право как подотрасль земельного права.23

В качестве факультативного признака отрасли права допустимо считать наличие у той или иной отрасли самостоятельного вида юридической ответственности. Подобные предложения уже неоднократно высказывались в юридической литературе. Так, В.Г. Беляев полагал, что «отрасль права можно более строго, чем по критериям предмета и метода, различать по более глубокому признаку - наличию или отсутствию института собственной отраслевой ответственности. Институт ответственности, ее режим являются исходными, родоначальными по отношению к своему производному, вторичному - соответствующей отрасли законодательства (права)».24 Не разделяя столь радикальные причинно-следственные связи все же заметим, что наличие отраслевой юридической ответственности может рассматриваться как факультативный критерий; ее отсутствие само по себе ничего не доказывает.

До недавнего времени большинство исследователей выделяло только «традиционные» виды юридической ответственности (уголовная, гражданско-правовая, административная, материальная и дисциплинарная).25 При этом, в ряде работ подчеркивалась бесперспективность выделения специальной ответственности в пределах каждой отрасли права. Такую позицию объясняли тем, что категории правонарушения и ответственности носят межотраслевой характер и используются во всех отраслях законодательства.26

По мнению других ученых, кроме традиционных видов отраслевой ответственности (уголовной, гражданско-правовой, административной, дисциплинарной и международно-правовой, а также материальной) следует признать сущест­вование конституционной, уголовно-процессуальной, гражданско-процессуальной, арбитражно-процессуальной, экологической ответственности, а также налоговой, таможенной, семейно-правовой и


некоторых других (с опорой на критерии допустимости выделения
самостоятельного вида юридической ответственности).27

Как отмечал Д.А. Липинский, «определяющим в разграничении системы юридической ответствен­ности на виды являются специфические свойства предмета и метода право­вого регулирования, которые позволяют определить систему юридической ответственности, ее связь с системой права, отраслевую принадлежность определенного вида юридической ответственности, взаимопроникновение и точки пересечения различных видов юридической ответственности. В пользу этого критерия говорит и факт признания самостоятельной юридической ответственности в качестве одного из признаков, характеризующих само­стоятельность отрасли права. Отраслевой критерий классификации юри­дической ответственности позволяет рассматривать ее в качестве части системы отечественного права, не нарушая единого классифицирующего критерия. Классифицирующим критерием юридической ответственности выступает ее отраслевая принадлежность» 28.

Следовательно, выявление специфики градостроительно-правовой ответственности будет иметь значение и как доказательство самостоятельной отраслевой принадлежности градостроительного права как отрасли права России. В градостроительном законодательстве нет официального определения градостроительного правонарушения. Представляется, что градостроительным правонарушением является виновное, противоправное, действие (бездействие) органов публичной власти, граждан и юридических лиц, нарушающее требования по реализации градостроительной документации и нарушающее право человека на благоприятные условия жизнедеятельности.

Согласно ст.58 ГрадК РФ, за нарушение законодательства о градостроительной деятельности предусматриваются дисциплинарная, административная, имущественная, уголовная ответственность, т.е. речь идет о традиционных видах юридической ответственности, предусмотренных за нарушение норм градостроительного законодательства.

Если же говорить о градостроительной ответственности не в собирательном, а в более узком смысле, то соответствующей санкцией в ее рамках выступает, в частности, запрет органам местного самоуправления предоставлять земельные участки из государственной или муниципальной собственности для строительства с предварительным согласованием мест размещения объектов в случае отсутствия правил землепользования и застройки с 1 января 2010 г., а также запрет на принятие органами государственной власти, органами местного самоуправления решений о резервировании земель, об изъятии, в том числе путем выкупа, земельных участков для государственных или муниципальных нужд, о переводе земель из одной категории в другую при отсутствии документов территориального планирования, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами, с 1 января 2010 г.

Таким образом, в случае, если орган местного самоуправления не произвел разработку и утверждение необходимой градостроительной документации, он лишается возможности по резервированию земельных участков для муниципальных нужд, реализации части своих функций собственника муниципальных земельных участков, претерпевая от этого неблагоприятные имущественные последствия в части сокращения поступлений средств в соответствующий местный бюджет. В свою очередь, опосредованно, снижение расходной части бюджета может повлечь меры конституционной ответственности депутатов и глав администраций за неисполнение социально-экономических обязанностей перед населением соответствующих муниципальных образований посредством, например, досрочного прекращения полномочий депутатов или иных должностных лиц.

Таким образом, в настоящий момент актуальна теоретическая и практическая разработка проблемы юридической ответственности за нарушение законодательства о градостроительной деятельности. Представляется, что наряду с традиционными видами юридической ответственности за градостроительные правонарушения, необходима дальнейшая разработка и теоретическое обсуждение проблемы признания отраслевых видов юридической ответственности, включая градостроительно-правовую. Достаточным основанием для постановки этого вопроса является наличие особых санкций, предусматриваемых нормами градостроительного законодательства и не вписывающихся ни в один из классических видов юридической ответственности.

Подводя итоги вышеизложенному отметим, что градостроительное право является новой самостоятельной отраслью российского права по следующим критериям: градостроительная сфера общественной жизни является достаточно обширной, обладающей ярко выраженной качественной спецификой и социальной значимостью; наличие специфического сочетания методов правового регулирования; существование специальных принципов и источников градостроительного права; наличие градостроительно-правовых институтов, образующих стройную систему; наличие факультативных признаков (специфических понятий и категорий, присущих градостроительному праву и мер градостроительно-правовой ответственности).


Право и политика. 2008. № 9. С. 2105-2113.

1 См.: Байтин М.И., Петров Д.Е. Система права: к продолжению дискуссии // Государство и право. – 2003. - № 1. – С. 25-34; Киримова С.А. О системообразующих критериях современного российского права // Правоведение. – 2002. - № 5. – С. 151-165; Разуваев Н.В. Правовая система и критерии отраслевой дифференциации права // Правоведение. – 2002. - № 3. – С.31-56; Мозолин В.П. Система российского права (доклад на Всероссийской конференции 14 ноября 2001 г.) // Государство и право. – 2003. - № 1. – С. 107-113 и т.д.

2 Алексеев С.С. Общая теория права. Т I. – М., 1981. - С.247-259.

3 Яценко Е.Ю. Современные взгляды на предмет и метод медицинского права. Научные труды II Всероссийского съезда (Национального конгресса) по медицинскому праву. Россия, Москва, 13-15 апреля 2005 г. // Справочная правовая система «Гарант». Версия от 3 февраля 2007 г.

4 Макеева Е.М. Система права Российской Федерации (вопросы теории и практики). Автореф. дис. … канд. юрид. наук. – М., 2006. - С.10.

5 Бастрыкина О.А. Системообразующие связи внутреннего содержания права. Автореф. дис. … канд. юрид. наук. – Волгоград, 2006. - С.17.

6 Анисимов А.П., Ветютнев Ю.Ю., Мохов А.А., Рыженков А.Я., Черноморец А.Е. Обновление отраслевой структуры российского права // Новая правовая мысль. – 2005. - № 2. – С. 8.

7 См., например: Сырых В.М. Образовательное право как отрасль российского права. – М., 2000. – С.9-10

8 Винницкий Д.В. Предмет российского налогового права // Журнал российского права. 2002. № 10. С. 81.

9 Лукашев М.А. Предмет правового регулирования как категория теории государства и права. Автореф. дис. … канд. юрид. наук. – Краснодар, 2006. - С.4.

10 Васильев В.И. О предмете муниципального права // Журнал российского права. – 2006. - № 5. – С.23-35.

11 Шугрина Е.С. Муниципальное право – комплексная отрасль права // Тезисы выступлений участников парламентских слушаний, г.Черкесск, 19-20 июля 1996. – С. 40.

12 Аламов И.Л. Формирование муниципального права Российской Федерации: проблемы и перспективы. Автореф. дис. … канд. юрид. наук. – Волгоград, 2002. - С.8.

13 Ерпылева Н.Ю. Предмет и метод международного банковского права // Адвокат. - 2003. - № 9. – С.67.

14 Козырь М.И. Аграрное право России: проблемы становления и развития. – М.: Право и государство, 2003. - С.56.

15 Байтин М.И., Петров Д.Е. Система права: к продолжению дискуссии // Государство и право. – 2003. - № 1. – С. 33.

16 См. подробнее: Анисимов А.П., Ветютнев Ю.Ю., Мохов А.А., Рыженков А.Я., Черноморец А.Е. Обновление отраслевой структуры российского права // Новая правовая мысль. – 2005. - № 2. – С. 8.

17 См. подробнее об этих видах деятельности: Анисимов А.П. Теоретические основы правового режима земель поселений // Аграрное и земельное право. – 2006. - № 5. – С. 68-80.

18 Витрук Н.В. Основы теории правового положения личности в социалистическом обществе. М., 1979. С. 9.

19 Некоторые шаги в этом направлении уже предприняты. См.: Чолтян Л.Н. О правовом регулировании охраны окружающей среды населенных пунктов // Аграрное и земельное право. – 2007. - № 4. – С. 88-92.

20 Анисимов А.П. Теоретические основы правового режима земель поселений в Российской Федерации. Дис. … доктора юрид. наук. – Саратов, 2004. - С.15; Анисимов А.П., Донцов Д.Г., Юшкова Н.Г. Градостроительный кодекс Российской Федерации. Постатейный научно-практический комментарий. – М., 2005. – С.29.

21 Андреев С.В. Земельный правопорядок в области градостроительства (с использованием законодательства города Москвы). Автореф. дис. … канд. юрид. наук. – М., 2007. – С.10.

22 Маштаков К.М. Теоретические вопросы разграничения публичного и частного права. Автореф. дис. … канд. юрид. наук. – Волгоград, 2001. – С. 7.

23 Ждан-Пушкина Д.А. Земельное право в схемах и определениях: Учебное пособие. – М., 2007. - С.5.

24 Цит. по: Киримова С.А. О системообразующих критериях современного российского права // Правоведение. – 2002. - № 5. – С. 159.

25 Проблемы общей теории права и государства. Учебник для юридических вузов / Под общей редакцией доктора юридических наук В.С. Нерсесянца. - М., 1999. - С. 495 и т.д.

26 Лившиц Р.З. Теория права: Учебник. - М., 2001. - С. 149.

27 Сунцова Е.А. Нетрадиционные виды юридической ответственности. Автореф. дис. … канд. юрид. наук. – М., 2005. - С.10.

28 Липинский Д.А. О системе права и видах юридической ответственности // Правоведение. 2003. № 2. С.35.


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница