Иммиграция в австралию: тенденции и подходы к регулированию



Скачать 472,27 Kb.
страница1/3
Дата25.10.2016
Размер472,27 Kb.
  1   2   3


На правах рукописи

НЕКРАСОВ НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ


ИММИГРАЦИЯ В АВСТРАЛИЮ:

ТЕНДЕНЦИИ И ПОДХОДЫ К РЕГУЛИРОВАНИЮ

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата экономических наук
08.00.05 – Экономика и управление народным хозяйством

(Экономика народонаселения и демография)





















Москва, 2009

Работа выполнена в Учреждении Российской академии наук Институте социально-политических исследований РАН




Научный руководитель

доктор экономических наук, профессор

Рязанцев Сергей Васильевич




Официальные оппоненты

доктор экономических наук, профессор

Воробьева Ольга Дмитриевна


кандидат экономических наук

Артемов Сергей Викторович


Ведущая организация


Российский университет дружбы народов




Защита состоится «__21__ » января 2010 года в 14-00 часов на заседании диссертационного Совета Д.002.088.02 при Учреждении Российской академии наук Институте социально-политических исследований РАН.


С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Учреждения Российской академии наук Институте социально-политических исследований РАН по адресу: 117218, г. Москва, ул. Кржижановского 24/35, корп. 5.
Автореферат разослан « 20 » декабря 2009 года.
Ученый секретарь Совета,

кандидат экономических наук Л.В. Макарова



ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. В настоящее время Австралия является одной из самых привлекательных в иммиграционном отношении стран. Она наряду с Канадой и Норвегией занимает лидирующие позиции в мире по уровню жизни населе­ния. По итогам 2005 г. в стране проживали около 20,4 млн. человек, в том числе 4,7 млн. человек были иммигрантами в первом поколении, т.е. родились за пределами Австралии. Таким образом, каждый пятый житель Австралии был в своем недалеком прошлом иммигрантом.

Австралия активно привлекает иммигрантов на протяжении нескольких десятилетий, используя иммиграцию в интересах своего социально-экономического и демографического развития. За это время в стране сформировалась четкая иммиграционная политика, основанная на селективном отборе молодых и высококвалифицированных иммигрантов, необходимых для страны. Современная иммиграционная политика Австра­лии направлена на достижение следующих целей: привлечение мигрантов, чьи квалификационные характеристики и профессиональный опыт соответствуют потребностям экономики страны; противодействие нелегальной иммиграции; развитие принципов мультикультурного общества.

Существует две правительственные программы, разрабатываемые в целях содействия желающим пе­реехать в Австралию. Первая программа - переселение на постоянное место жительства, включающая три ос­новных потока: экономическая иммиграция; семейная иммиграция; программа возвращения бывших граждан Австралии и миграция граждан Новой Зеландии. Вторая программа - гуманитарная, разработана в целях приема беженцев и лиц, ищущих убежище.

Некоторые положения иммиграционной политики Австралии могут быть применены с соответствующей адаптацией к России. В частности, перед Россией остро стоит проблема привлечения высококвалифицированных специалистов и заселения пустующих территорий. Кроме того, интересна политика Австралии в отношении регулирования трудовой и учебной иммиграции. В настоящей работе рассматривается опыт иммиграционной политики России применительно к возможностям его использования в России.



Объектом исследования является иммиграция и иммиграционная политика Австралии. Предмет исследования – особенности интеграции иммигрантов в принимающем обществе и подходы к регулированию иммиграции в Австралии.

Цель исследования – выявить особенности интеграции иммигрантов различных этнических групп в австралийском обществе и подходы к ее регулированию иммиграции. На основе накопленного опыта регулирования иммиграции в Австралии разработать рекомендации по усовершенствованию миграционной политики России.

Задачи исследования:

- установить причины, динамику и исторические особенности формирования иммиграционные потоков в Австралию на протяжении XVII-XX веков;

- определить масштабы, тенденции и социально-демографическую структуру современных иммиграционных потоков в Австралию на рубеже XX-XXI веков;

- выявить особенности и составные части австралийской модели интеграции иммигрантов различных этнических групп в принимающем обществе;

- определить исторические и современные особенности развития русскоязычной общины в Австралии, а также роль иммиграции в ее формировании;

- установить социально-демографическую структуру и особенности интеграции в австралийское общество различных частей русскоязычной общины;

- выделить этапы формирования и инструменты реализации иммиграционной политики Австралии на современном этапе;

- разработать рекомендации по совершенствованию миграционной политики России в области привлечения и интеграции иммигрантов с учетом опыта Австралии.

Методологическую и теоретическую базу исследования составили труды российских и зарубежных ученых по демографии, истории, экономике, социологии, международному праву, а также российские и австралийские нормативно-правовые акты, регулирующие миграционные процессы. Данное диссертационное исследование основывается на научных трудах выдающих отечественных и зарубежных ученых. Среди российских ученых необходимо выделить работы: Воробьевой О.Д., Ивахнюк И.В., Ионцева В.А, Красинец Е.С., Орловой И.Б., Рыбаковского Л.Л., Рязанцева С.В., Топилина А.В., Юдиной Т.Н. Среди зарубежных авторов следует отметить: J.Hjarnoe, W.Bohning, T.Hammar, Y.Lithman, F.Bovenkerk, M.J.I.Gras, D.Ramsoedh, D.Schnapper, P.Koppinger, A.Martin, P.Stalker, F.Schnorrenberg, H.Uihlein, H.Werner, R.Zegers de Beijl. Методология исследования основана на комплексном подходе к анализу влияния иммиграции на демографическое и социально-экономическое развитие Австралии, а также возможность применения австралийского опыта регулирования иммиграции для совершенствования миграционной политики России.

Методы исследования: аналитический метод (анализ научных трудов и нормативных документов в области регулирования иммиграции и стимулирования интеграции иммигрантов в австралийское общество); статистический метод (использование данных текущего учета и переписей населения относительно численности населения, естественного движения, миграции, социально-демографической и этнолингвистической структуры населения Австралии); социологический метод (проведение интервью с экспертами о проблемах интеграции представителей русскоязычной общины и контент-анализ русскоязычной прессы в Австралии).

Источниками информации послужили статистические данные Департамента иммиграции и межэтнических отношений Австралии, Департамента по проблемам туземного населения Австралии, Департамента иммиграции, местного самоуправления и межэтнических отношений Австралии, Трибунала по рассмотрению миграционных апелляций, других министерств и ведомств страны (Министерства иностранных дел, министерства труда, пограничной службы), Федеральной службы государственной статистики РФ, международных организаций (секретариат Организации Объединенных Наций, Всемирный банк, Международная организация по миграции, Международная организация труда).

Научная новизна исследования состоит в следующем:

- выделены основные этапы иммиграционных потоков в Австралию на протяжении XX-XXI веков на основе данных статистики по абсолютным и структурным признакам миграции; а также установлено, что миграционные потоки изменялись под влиянием иммиграционной политики страны и внешних факторов;

- выявлена роль иммиграции в демографическом и социально-экономическом развитии Австралии: на миграционный прирост приходится до 50% прироста населения страны, иммиграционные процессы привели к формированию новой этнической и расовой структуры населения, миграция стала важным источником пополнения рабочей силы, она способствует повышению квалификации местных работников, а дополнительное производство и потребление материальных благ и услуг способствует увеличению ВВП страны;

- предложена классификация способов интеграции иммигрантов в принимающем обществе, в том числе выделены модели с политикой ассимиляции (Франция, Германия, США, Швейцария) и взаимного сосуществования культур (Австралия, Великобритания, Канада, Нидерланды, Бельгия, Дания, Финляндия, Швеция); а также обоснованы составные части интеграции (гражданская, экономическая, социально-психологическая, культурная, религиозная, экологическая) и факторы, стимулирующие и затрудняющие характер интеграции иммигрантов в принимающем обществе;

- уточнено понятие «русскоязычная община» применительно к людям, имеющим русское происхождение в Австралии, установлена примерная численность русскоязычного населения в стране (примерно 60-70 тыс. человек), а также выделены этапы формирования, роль иммиграции и составные части русскоязычной общины в Австралии;

- разработана методика оценки степени интеграции иммигрантов в принимающее общество на основе обобщения экспертных оценок по шести критериям интеграции, дана оценка степени интеграции трех групп русскоязычных иммигрантов в Австралии, установлено, что в наибольшей степени интегрированными в австралийское общество являются представители «новой русской эмиграции», приехавшие в Австралию в 1990-2000-е гг.;

- высказаны концептуальные положения по совершенствованию миграционной политики России с учетом опыта иммиграционной политики Австралии, суть которых заключается в необходимости привлечения учебных и высококвалифицированных мигрантов, активном стимулировании иммиграции высококвалифицированных кадров (научных работников и лиц, имеющих высшее образование), молодежи и инвесторов, готовых вкладывать средства в экономику России;

- разработаны концептуальные предложения по формированию политики интеграции иммигрантов в российское общество с учетом австралийского опыта, который заключается в развитии идеи мультикультурного общества на основе развития межнационального диалога между представителями коренного населения и иммигрантами различных этнических групп через развитие общих социально-экономических и культурных проектов.



Практическая значимость работы состоит в том, что отдельные результаты исследования могут быть использованы для совершенствования миграционной политики России в вопросах привлечения и интеграции иммигрантов в принимающем обществе, а также в рамках учебных курсов «Демография» и «Международная миграция» для студентов вузов.

Апробация работы. Основные положения исследования докладывались на пяти научно-практических конференциях и семинарах: международной научно-практической конференции «Настоящее и будущее демографии России через призму переписей населения» (Москва, 20 апреля 2007 г.), международной научно-практической конференции «Миграция между Россией и Вьетнамом» (Москва, 29 ноября 2007 г.), международной научно-практической конференции «Демографическое будущее России: проблемы и пути решения» (Москва, 19-21 сентября 2008 г.), всероссийском социологическом конгрессе «Социология и общество: пути взаимодействия» (Москва, 21-24 октября 2008 г.), международном научно-практическом семинаре «Социально-демографические проблемы молодежи в условиях кризиса» (Москва, 23-24 ноября 2009 г.).

Структура диссертации. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка литературы.
ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ДИССЕРТАЦИИ

1. На основе миграционной статистики Австралии, которая доступна с начала XX века, можно выделить этапы в развитии иммиграционных процессов. Первый этап – 1901-1906 гг. – миграционный прирост имел отрицательное значение, страну покидало больше эмигрантов, чем прибывало в нее иммигрантов. С 1901 по 1906 гг. общий прирост населения страны формировался за счет естественного прироста, а миграция, напротив, отнимала у Австралии незначительную часть населения (рис. 1.1.1). В это время в истории страны происходит ряд знаменательных событий, оказавших влияние на иммиграцию. В 1900-1901 гг. английская королева Виктория, как монарх Австралии, подписывает национальную Конституцию. Федерация из шести штатов (Новый Южный Уэльс, Виктория, Южная Австралия, Квинсленд, Тасмания, Западная Австралия) переименовываются в Австралийское Содружество, столицей которого в 1990 г. становится Канберра. В 1901 г. парламент представляет законопроект, известный как «Политика Белой Австралии» (White Australia Policy), целью которого было поставить препоны на пути азиатской иммиграции в страну и сохранить неизменным этнический состав населения. Данная политика привела к тому, значительная часть иммигрантов прибывала в Австралию из европейских стран. В 1902-1905 гг. 80,4% иммигрантов в Австралию прибыли из Великобритании, 3,2% - из Франции, 2,1% - из Германии, 1,9% - из Италии и только 2,4% - из Китая. В 1906-1910 гг. география прибытия иммигрантов изменилась незначительно: 84,7% составляли граждане Великобритании, 2,5% - Германии, 2% - Франции, 1,3% - Скандинавских стран и только 2,1% приходилось на иммигрантов из Китая.1 В оба периода китайские иммигранты занимали третье место среди иммигрантов в Австралии.

Началом второго этапа иммиграции в Австралию можно считать 1906 г., когда миграционный прирост стал положительным. С этого момента начинается стабильный рост миграционного прироста за счет увеличения числа иммигрантов. Роль миграционного прироста в формировании общего прироста населения существенно росла вплоть до 1913 г. Причем за 1910-1911 гг. и 1911-1912 гг. миграционный прирост даже превысил естественный прирост населения Австралии. Однако, это было единственным исключением из правил, все остальные годы новейшей истории Австралии миграционный прирост не был больше естественного прироста. Как свидетельствуют австралийские источники между 1906 г. и 1914 г. страна приняла 393,1 тыс. иммигрантов. Население Австралии между 1890 г. и 1920 г. увеличилось в 2 раза с 2,25 млн. до 5 млн. человек, причем на 12% этот рост был обеспечен иммиграционным приростом.2

Третий этап в развитии иммиграционных процессов в Австралии приходится на 1913-1917 гг., когда миграционный прирост снова стал отрицательным. Страна теряла за счет эмиграции больше мигрантов, чем приобретала за счет иммиграции. За 1915-1916 гг. миграционная убыль населения Австралии достигла 128,7 тыс. человек. Это был абсолютный рекорд за все годы ведения статистического учета миграции. В структуре прибывших иммигрантов в 1911-1915 гг. доминировали по-прежнему подданные Великобритании – 87,6%. За данный период времени в страну иммигрировали около 546,8 тыс. британских граждан. Далее следовали выходцы из Германии – 12,6 тыс. человек (или 2%), Скандинавских стран – 6,7 тыс. человек (1%). Выходцы из Китая занимали третье место – 10,8 тыс. человек (или 1,7% всех иммигрантов).3

С 1917 г. начинается значительный рост иммиграционных процессов в Австралии, который продолжался вплоть до 1929 г. Максимальный объем миграционного прироста был зафиксирован в 1918-1919 гг. и составил 166,3 тыс. человек. На протяжении этого периода времени Австралия стала активно принимать мигрантов из стран «новой эмиграции» - Италии, Испании, Португалии, России, Австро-Венгрии, Греции, Балканских стран. Это отразилось на географической структуре потока иммигрантов, которая существенно трансформировалась. В 1916-1920 гг. выходцы с Британских островов сохранили за собой первенство в иммиграционном потоке – их прибыло 261,7 тыс. человек (или 87,5% всего потока), на второе место вышли китайцы – 9,3 тыс. (3%), далее следовали выходцы из США и Канады – 5,5 тыс. человек (1,8%), Франции – 3,4 тыс. человек (1,1%), а также Японии – 3,3 тыс. человек (1%). В 1921-1925 гг. на третье место вышла Италия, а на пятое место – Греция. В 1926-1930 гг. иммигранты из Италии заняли второе место, а выходцы из Югославии – пятое место по числу иммигрантов в Австралию. Эти тенденции свидетельствовали о нарастании тенденции миграции из стран «новой эмиграции».

Следующий этап продолжался с 1930 г. по 1946 г., он характеризовался либо отрицательным миграционным приростом, либо очень незначительным положительным миграционным приростом для Австралии. В это время страна приняла значительное количество беженцев из Европы и ряды других регионов мира. Например, многие евреи бежали от нацистского режима в Германии и других странах Европы в Австралию. В годы Второй мировой войны поток иммигрантов из всех стран сократился в абсолютном объеме. Все эти годы доминировали выходцы из Великобритании, доля которых в структуре иммиграционных потоков составляла 66,9-83,5% в разные годы за период с 1931 по 1945 гг. В числе пяти ведущих иммиграционных держав появляются также США, Индонезия, Нидерланды. Китай несколько утрачивает свои позиции, «опускаясь» на четвертое-пятое места.

Началом следующего этапа развития иммиграции можно считать конец 1940-х гг., когда показатели иммиграционного прироста резко пошли вверх. Во время и после второй мировой войны Австралия предоставила убежище почти 2 млн. человек, в том числе 120 тыс. беженцам из Индокитая. В этот период времени освоению территории страны способствовало открытие месторождений полезных ископаемых в отдаленных районах, которое привело к переориентации части мигрантов на внутренние регионы. Приток мигрантов и рабочих способствовал социально-экономическому развитию данных регионов. В 1946-1950 гг. значительную долю иммигрантов составляли выходцы из стран Южной и Восточной Европы, которые сильно пострадали во время Второй мировой войны: на иммигрантов из Великобритании приходилось 62,4%, из Польши – 9,5%, из Латвии – 7%, из Италии – 3,8%, из Югославии – 2,9%. В 1950-е гг. в иммиграционном потоке возросла доля мигрантов из США, Германии, Нидерландов, Греции и Италии.

С конца 1950-х – начала 1960 гг. в Австралии начинается экономический бум, который сопровождался притоком капиталов, открытием шахт и предприятий, обустройством и ростом городов и новых поселений. Иммиграция становится важным компонентов социально-экономического и демографического развития страны. В это время Австралия достигает одного из самых высоких уровней жизни в мире. В это же время правительство страны осознает выгоды своего транспортно-географического положения и «поворачивается» к своим ближайшим соседям в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Иммиграция становится более разнообразной, страна теперь более активно привлекает мигрантов не только из Европы, но и других регионов мира. В 1961-1965 гг. в Австралию прибывают 304 тыс. человек из Великобритании и Ирландии (42,5%), 93 тыс. итальянцев (13%), 71 тыс. греков (9,9%), 35 тыс. немцев (4,9%), 34 тыс. югославов (4,7%), 28 тыс. голландцев (3,9%).4

В 1966-1970 гг. заметное место в иммиграционных потоках начинает занимать Новая Зеландия. В это время в Австралию прибыли около 23 тыс. человек, или 2,8% всех иммигрантов. Новая Зеландия заняла четвертое место в списке ведущих иммиграционных доноров Австралии. В 1971-1975 гг. она занимала шестое место, а в 1976-1980 гг. впервые выходит на второе место после Великобритании. Причем иммиграция из Новой Зеландии растет и в абсолютных цифрах: в 1976-1980 гг. – 39,8 тыс., в 1981-1985 гг. – 50,7 тыс., в 1986-1990 гг. – 82,5 тыс. человек. Страна стабильно занимает второе место в перечне ведущих поставщиков иммигрантов для Австралии. В это время значительно расширяется география иммиграции за счет появления в лидерах таких стран как Вьетнам, Ливан, Южная Африка, Филиппины, Гонконг, Малайзия. Иммиграция становится более разнообразной. В некоторые годы роль миграционного прироста составляла до 50% формирования численности населения страны.

Таким образом, иммиграционные процессы сыграли решающую роль в формировании населения Австралии, а также ее социально-экономическом развитии. Иммиграционные потоки изменялись в своих масштабах и в структуре по причины трансформации иммиграционной политики страны и под влиянием внешних факторов. Иммиграция привела к формированию новой этнической и расовой структуры населения страны. Влияние иммиграции нельзя назвать однозначно положительным с точки зрения этно-демографических изменений (поскольку было уничтожено аборигенное население), но, несомненно, миграция сыграла важную роль в социально-экономическом развитии страны.

2. На протяжении последних пятидесяти лет Австралия остается одной из самых привлекательных в миграционном отношении стран мира. С 1945 г. по 1990 г. в страну прибыло более 5,7 млн. человек.5 Данные международной статистики свидетельствуют, что миграционный прирост еще в 1960-1965 гг. и 1965-1970 гг. достиг своего максимума, составив 3,8% и 3,6% соответственно. Эти показатели значительно превышали данные в среднем по миру в 4-4,3 раза. В 1970-1975 гг. миграционный прирост в Австралии был выше среднемирового показателя, но затем стал меньше, хотя сохранял относительную стабильность. В 1975-1990-гг. показатель миграционного прироста в Австралии колебался в незначительных пределах от 0,9 до 1,7%. Прогноз показывает, что в 2005-2010 гг. миграционный прирост в Австралии составит 1,7%, что будет немногим менее среднемирового показателя – 1,8%.

В первой половине 1990-х гг. миграционный прирост населения в Австралии составлял от 81 до 35 тыс. человек. Во второй половине 1990-х гг. масштабы миграции возросли, колеблясь вокруг цифры 100 тыс. человек в год. Столь стабильные масштабы иммиграции в страну вызваны особенностью национальной иммиграционной политики, которая установила достаточно четкие критерии отбора мигрантов и масштабы предельной миграции в страну. Однако, в отличие от предыдущих исторических этапов география иммиграции оказалась существенно диверсифицированной. В 1990-1995 гг. первое место сохраняли иммигранты из Великобритании - 64,3 тыс. человек (13,9% всех иммигрантов). В десятку ведущих иммиграционных доноров Австралии входили следующие страны: Гонконг (40,3 тыс.), Новая Зеландия (39,7 тыс.), Вьетнам (39 тыс.), Филиппины (24,3 тыс.), Индия (20,8 тыс.), бывшая Югославия (20,1 тыс.) и Китай (16,1 тыс. человек).

В 1995-2000 гг. поменялся лидер в иммиграционных потоках. Впервые за 100 лет на первое место вышла Новая Зеландия, которая опередила Великобританию. Данные изменения были связаны со сменой приоритетов иммиграционной политики Австралии. В указанный период Австралия приняла 80,6 тыс. жителей Новой Зеландии, на них пришлось 18,4% всего иммиграционного потока. В то же самое время из Великобритании прибыли 48,1 тыс. иммигрантов, или 11% их общей численности. Далее в списке лидеров следовали: Китай (36,3 тыс.), бывшая Югославия (28,3 тыс.), ЮАР (21,4 тыс.), Индия (16,4 тыс. человек). По нашим расчетам за период 1990-2000 гг. население Австралии за счет иммиграции увеличилось в общей сложности на 926 тыс. человек.

На протяжении 2001-2005 гг. миграционный прирост был стабильно выше 110 тыс. человек в год. В общей сложности Австралия за указанный период получила за счет миграции 590 тыс. человек. В 2003 г. иммиграция даже превысила показатель естественного прироста населения: 116,5 тыс. против 114,3 тыс. человек. Новая Зеландия сохранила первое место в структуре иммиграционного притока населения – около 85 тыс. человек или 16,2% всего иммиграционного прироста. На втором месте – Великобритания – 66,8 тыс. или 12,7%. Далее следовали Китай – 42 тыс., Индия – 34,8 тыс. и ЮАР – 26,5 тыс. человек. В 2006 г. миграционный прирост составил 132 тыс. человек. В 2000-2001 гг. в страну мигрировали 136 тыс. человек, из которых 86 тыс. человек приехали на постоянное место жительства, а 13,8 тыс. человек получили статус беженцев. Эта цифра не включает 93 тыс. человек с долгосрочными рабочими визами.



Рис. 1. Вклад естественного и миграционного прироста в общий прирост населения Австралии в 1990-2005 гг., человек


3. Численность населения Австралии стабильно растет на протяжении 100 лет. Не было зафиксировано ни одного года, когда бы население страны сокращалось. По итогам 2005 г. в стране проживали около 20,4 млн. человек, в том числе 4,7 млн. человек были иммигрантами в первом поколении, т.е. родились за пределами Австралии. Таким образом, каждый пятый житель Австралии был в своем недалеком прошлом иммигрантом (рис. 2). В мире Австралия стала одной из самых «иммиграционноемких» стран мира, наряду с Люксембургом и Швейцарией в Европе и ОАЭ, Кувейтом и Бахрейном на Ближнем Востоке. Причем согласно прогнозам, доля иммигрантов будет увеличиваться и дальше и в 2010 г. достигнет 22% населения Австралии. Основными странами происхождения иммигрантов, которые проживают в настоящее время на территории Австралии, является Великобритания. Английское происхождение имеют порядка 1,19 млн. человек, что составляет примерно 6% населения страны (данные 2004 г.). На территории Новой Зеландии родились 442 тыс. австралийцев, или 2% населения Австралии. На территории Австралии также живут порядка 228 тыс. людей, родившихся в Италии; 182 тыс. – в Китае, 177 тыс. – во Вьетнаме, по 129 тыс. – в Греции и Индии, 125 тыс. – на Филиппинах, 116 тыс. – в Германии, 109 тыс. – в ЮАР. Численность других групп иммигрантов не превышает 100 тыс. человек.

Рис. 2. Численность населения и иммигрантов в Австралии в 1990-2010 гг., человек 6


4. Можно выделить шесть волн русскоязычной миграции в Австралию. Первые русские переселенцы появились в Австралии еще в середине XIX века, когда «золотая лихорадка» привлекла на местные прииски искателей удачи со всего мира. Согласно историческим источникам, русские были даже среди высланных в Австралию каторжан. По данным переписи населения 1891 г. в Австралии проживали около выходцев 2,9 тыс. выходцев из России, в том числе 2,5 тыс. из них приходилось на мужчин. В дальнейшем русскоязычная община пополнялась за счет новых миграционных волн и частично в результате процесса воспроизводства. Однако, до русской революции 1917 г. русскоязычная миграция на «зеленый континент» носила эпизодический характер.

Второй волной стала «белоэмигрантская» миграция на протяжении 1920-1940-х гг., которая, преимущественно, состояла из людей, не принявших изменения, произошедшие в России после революции 1917 г. и выехавшие за ее пределы. Некоторая часть из них прибыла в Австралию непосредственно, либо через «третьи» страны (например, США, Бразилию, Канаду и др.). Одними из первых русских в Австралии стали казаки, приехавшие в 1920-е гг., после поражения Белой армии и расселившиеся в южном штате Квинсленд. Австралийские власти выделили им земли в районе Голд Кост («Золотое побережье»), где они занялись выращиванием тропических фруктов. Сейчас многие их потомки также являются фермерами.

С 1914 по 1917 гг. около одной тысячи россиян покинули Австралию и вернулись на родину, ведомые, главным образом, как считает Р.Эванс, патриотическими чувствами. Часть из них решили сражаться на фронте, многие политэмигранты организованно репатриировались после Февральской революции с финансовой помощью Временного правительства, некоторые уехали самостоятельно. В связи с выходом Советской России из первой мировой войны австралийские власти даже наложили запрет на выезд россиян, но в 1919 г. этот запрет был снят. В 1920-е гг. представители российской иммиграции, которые с симпатией отнеслись к Октябрьской революции, продолжали покидать пятый континент, чтобы принять участие в созидании новой жизни и получить землю. Так, в 1924 г. большая группа реэмигрантов приехала из Австралии в первую сельскохозяйственную коммуну в Тамбовской губернии во главе с Ф.М. Баскаковым, ставшим вскоре ее председателем. Перепись населения 1921 г. показала, что русская община в Австралии насчитывала 4138 человек, из которых в Новом Южном Уэльсе проживали 1444, в Квинсленде – 1139, в Виктории – 943, в Южной Австралии – 170, в Западной Австралии – 412, в Северной Территории – 9, на Тасмании – 21 человек.

Третья волна русскоязычной миграции в Австралию состоялась после второй мировой войны, в 1947-1952 гг. Она состояла из беженцев и перемещенных лиц, в том числе бывших военнопленных и гражданских лиц, угнанных в Германию. Некоторая часть из них не вернулась в СССР после освобождения из фашистского плена, выехала в различные страны, в том числе в Австралию. Также были представители «белой» эмиграции, не прижившиеся в других странах. Происхождение, уровень образования и социальный статус мигрантов данной волны сильно различался. Серьезные расхождения были в политических взглядах и убеждениях представителей каждой из этих групп. Жизненные условия в Австралии у русскоязычных мигрантов были одинаковыми. Немногие знали английский язык, работали на самых грязных и не престижных работах - на фабриках, стройплощадках и на тростниковых плантациях на севере страны. Объединяющим фактором для всех и стержнем жизни русской общины была Русская православная зарубежная церковь. Жизнь русскоязычной общины в Сиднее, Мельбурне и других крупных городах проходила вокруг церкви, в которую ходили все, вне зависимости от существующих разногласий.

Четвертая волна, продолжавшаяся с середины 1950 гг. и до 1970-х гг., была представлена «харбинцами». Это русские, родители которых строили и затем служили на Восточно-Китайской железной дороге (КВЖД), некоторые были участниками «белого» движения. Центром русской эмиграции в Китае был город Харбин в Маньчжурии. Во второй половине 1950-х гг. обострились отношения между председателем Мао и Никитой Хрущевым, в Китае началась «культурная революция». У «харбинцев» был небольшой выбор: получить китайское гражданство, вернуться в Советский Союз или эмигрировать в любую страну, готовую их принять. Большинство избрали третий вариант и под эгидой Всемирного совета церквей переселились в Австралию. Русские расселились главным образом в крупных городах – Сиднее, Аделаиде, Мельбурне и др. В большинстве своем они были представителями интеллигенции, имели высокий уровень образования, но зачастую не могли найти работу по своей профессии. Вместе с тем, они внесли значительный вклад в развитие культуры и искусства. Между русскими мигрантами из Харбина и представителями предыдущих волн русской эмиграции возникли некоторые противоречия на культурно-бытовой почве. Однако, постепенно эти трения сгладились, и все на равных правах стали участвовать в проведении мероприятий и общественной жизни.

Пятая волна русскоязычной миграции была представлена еврейским населением, которое активно выезжало из СССР в эпоху «холодной» войны (1970-1980 гг.). Однако, она не была значительной по своей численности, в отличие от эмиграции евреев в США и Израиль. Австралия в советское время была достаточно далекой страной и непопулярной для эмиграции из СССР. Эксперты свидетельствуют о том, что еврейская волна русскоязычной эмиграции была встречена мигрантами первых волн в Австралии с подозрением и настороженностью. И хотя большинство из вновь прибывших иммигрантов не подчеркивали свое еврейское происхождение, лишь немногие посещали синагогу, у «русских австралийцев» они вызывали определенное отторжение. Причиной тому была «культурная дистанция»: еврейские иммигранты были далеки от русской православной церкви, русской культурой, они продолжали оставаться людьми с советским менталитетом. Представители этой волны иммиграции расселились в основном в Мельбурне, в районе Сан-Кильда, который сейчас местами напоминает прославленный Брайтон-бич.

Шестая миграционная волна началась с 1990-х гг., сразу после распада СССР, так называемая волна «новой русскоязычной миграции». Среди причин миграции в это время стали доминировать экономические мотивы. Большинство мигрантов из России в это время поехали искать лучшей жизни, более высокооплачиваемой работы, стремились реализовать свой потенциал и возможности. В Австралию поехали специалисты с высоким уровнем квалификации и образования, которые проходили по критериям независимой профессиональной миграции, или как члены семей ранее выехавших в Австралию мигрантов. В 2008 г. Австралия занимала шестое место в перечне стран «дальнего зарубежья» по численности эмигрантов из России, уступая Германии, США, Израилю, Финляндии и Канаде (рис. 3).

Рис. 3. Динамика миграции из России в различные страны мира в 2008 гг., человек (российские данные) 7


Масштабы эмиграции из России в Австралию, хотя и были не столь велики по сравнению со странами «классической» («традиционной») эмиграции (Германией, Израилем и США), все же имели тенденцию к росту. Прямое сопоставление российских и австралийских данных об одних и тех же миграционных потоках затруднительно в силу того, что российская статистика ведется за календарный год (с 1 января по 31 декабря), а австралийская за финансовый год (начинается в 1 июля и заканчивается 30 июня). Тем не менее, мы сопоставили сведения о численности эмигрантов из России в Австралию на постоянное место жительства с данными по иммигрантам, прибывшим в Австралию из России на постоянное место жительства (рис. 4).

Рис. 4. Динамика миграции из России в Австралию на основе разных источников данных в 1998-2008 гг., человек 8


В результате исследования было выявлено, что до 2003 г. (включительно) наблюдалось превышение российских данных об эмиграции над австралийскими данными об иммиграции. Начиная с 2004 г. наблюдается обратная тенденция – австралийские данные об иммиграции в среднем в 2-2,3 раза превышают российские данные об эмиграции из России в Австралию. На наш взгляд, это обусловлено существенным недоучетом эмиграции в России, поскольку можно выехать из России на постоянное место жительства и не сняться с учета по месту жительства.

К сожалению, в российской статистике также нет четкого учета причин эмиграции, в том числе в Австралию. Если обратиться к данным Росстата, то 78% эмигрантов сделали это по причинам «личного или семейного характера». Эта формулировка настолько широка, что «вбирает в себя» практически все причины миграции. Трудовые мотивы в «чистом виде» были свойствен только 8% эмигрантам, хотя наверняка, значительная часть таких эмигрантов скрыта в первой позиции.

Уровень образования эмигрантов в Австралию по данным российской статистики достаточно высок. Например, среди выехавших в 2008 г. более 54% имели высшее образование, 14% - среднее и 10% среднее профессиональное образование. Это закономерный результат селективной миграционной политики Австралии, в первую очередь «дает зеленый свет» и которая привлекает высококвалифицированных специалистов. Молодые и образованные специалисты, как правило, прибывают в Австралию по индивидуальным приглашениям крупных австралийских фирм, либо же набрали достаточное количество баллов для миграции по линии высококвалифицированных специалистов. Некоторым знаменитостям австралийские власти даже предоставили гражданство в упрощенном порядке.

Рис. 5. Уровень образования эмигрантов из России на постоянное место жительства в Австралию в 2008 г., % (российские данные) 9


Примерно 70% всех эмигрантов из России на постоянное место жительства в Австралию – люди трудоспособного возраста. Только 14% - дети и подростки и 16% - пенсионеры. Возрастная структура постоянной эмиграции в Австралию практически полностью совпадает с общей структурой эмиграции из России. Однако, спецификой Австралии можно считать то, что страна привлекает не просто трудоспособных работников, а работников высокой квалификации и нужных профессий. Например, российские программисты находят работу в Австралии достаточно быстро. В эмиграционные процессы в Австралию из России вовлечены молодые, образованные, квалифицированные, активные люди. Примерно 87% эмигрантов уже имели опыт миграции внутри России или за рубеж. Данный факт подтверждает идею, высказываемую ранее многими исследоваители о том, что «миграция – это сито, через которое проходят наиболее образованные, подготовленные и активные люди». В случае Австралии, в качестве данного «сита» выступает бальная система отбора иммигрантов, позволяющая обеспечить страну необходимыми трудовыми ресурсами и специалистами.

Рис. 6. Возрастная структура эмигрантов из России на постоянное место жительства в Австралию в 2008 г., % (российские данные) 10


Временная трудовая миграция из России в Австралию вовсе мизерна. Согласно данным Федеральной миграционной службы в 2004 г. на работу в Австралию выехали всего 15 человек, в 2005 г. – 22 человека, в 2006 г. – 7 человек.11 По данным австралийской статистики в 2006 г в стране работали около 5,4 тыс. российских граждан. Эти расхождения вполне объяснимы: они вызваны несовершенством российской статистики в области учета временной трудовой эмиграции. ФМС России фиксирует в своей отчетности только тех трудовых эмигрантов, которые были трудоустроены за рубежом фирмами, имеющими лицензию на осуществление подобной деятельности или непосредственно через ФМС. Значительная часть российских трудовых мигрантов находит работу самостоятельно, не информируя об этом власти. Некоторые выезжают не по рабочей визе, а по туристической или другой визе, а затем находят работу. И хотя последний канал в меньшей степени касается Австралии, исследования показывают, что весьма распространено самостоятельное трудоустройство российских граждан.

Российские временные трудовые мигранты, как правило, представлены специалистами в области судоходства, наладки оборудования, холодильных установок, компьютерных технологий, тренерами, спортсменами и пр. По данным ФМС России в 2005 г. более 82% временных трудовых мигрантов из России, выехавших на работу в Австралию имели высшее образование.12 В большинстве своем, контракты были непродолжительными: 50% - до 6 месяцев и 36% от полугода до года.13

Более детальный анализ данных австралийской статистики показывает, что масштабы эмиграции из стран СНГ и Балтии в Австралию на протяжении 1997-2008 гг. составляли более 6,2 тыс. человек, в том числе из России – 2,4 тыс. человек (табл. 1). Заметные потоки мигрантов также происходили из Украины, Казахстана, Узбекистана и некоторых других государств бывшего СССР. Все эти мигранты, несмотря на разную этническую и гражданскую принадлежность, владеют русским языком и объединяются в Австралии термином «русскоязычное население».

Таблица 1.




Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница