Междвухмиро в



страница8/14
Дата02.06.2018
Размер6,19 Mb.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   14

ОТЧЕГО ГРУСТЯТ МАДОННЫ

Католическая церковь с давних пор прилагала максимум усилий, чтобы провести непреодолимую грань между явлениями, которые мы называем сегодня паранормальными, и мистическими откровениями религиозного толка. Медиумизм, таким образом, всегда толковался священнослужителями как происки дьявола, а «чудеса», творившиеся святыми, считались проявлением высшей божественной воли. Разумеется, оба эти ряда явлений совершенно идентичны: всё зависит от точки зрения, с какой их рассматривают, но... Чудо – оно и есть чудо: в объяснении не нуждается. Воплощение божественной воли – не предмет для обсуждения.

Пропасть между богословием и парапсихологией всегда казалась непреодолимой, и любая попытка сделать шаг к примирению изначально была обречена на провал. Но так продолжалось лишь до ноября 1960 года, когда ежемесячник «Информация» (выходящий с подзаголовком: «Католическая церковь в американской жизни») опубликовал пространную и прекрасно иллюстрированную статью Т.Ф.Джеймса «Отчего плачут Мадонны», в которой – о, чудо! – обильно цитировались наши с доктором Пьерро Кассолли (известным парапсихологом из Болоньи) публичные выступления.

Поводом для последних явилось обильное истечение самых настоящих слёз из глаз Девы Марии – точнее, образа её, запечатлённого на металлической гравюре, которая находилась на чердаке дома 22-летней Пагоны Кацолиус в доме номер 41 на Норфолк-стрит, в нью-йоркском Айленд-парке.

Впервые Мадонна разрыдалась вечером 16 марта 1960 года. Хозяйка дома и её муж Пагорнитис Кацолиус тут же вызвали своего пастора Георга Парадеаса из православной греческой церкви Св.Павла, и тот признал, что стал свидетелем самого настоящего чуда Господня.

«К моменту моего прибытия слеза под левым глазом уже начала подсыхать, – рассказывал отец Парадеас, – но перед самым окончанием молитвы я поднял взгляд и увидел, как там же наливается новая капля. На моих глазах в углублении между веками образовался шарик жидкости и скатился вниз по щеке».

Весть о плачущей Мадонне распространилась по Нью-Йорку мгновенно. В течение только первой недели более 4 тысяч человек посетили квартиру Кацолиусов с тем, чтобы помолиться перед литографией и увидеть скатывающиеся одна за другой слезинки.

Репортёры приходили и уходили, а образ на картине продолжал плакать. Истечение слёз прекратилось лишь после того, как отец Парадеас освятил дом благословением. 23 марта литографию перевезли в церковь Св.Павла и установили на алтаре, украсив лилиями и папоротником. Около 3,5 тысяч человек ежедневно приходили в церковь, чтобы помолиться перед литографией. Не успел отец Парадеас оправиться от первого потрясения, как ему пришлось перенести второе. На этот раз звонили из дома номер 41 в Ошеаник-парке. Похоже, тайну свою плачущие Мадонны решили навсегда сохранить в единственной семье: оказалось, что позвонившая 40-летняя женщина Антония Коулас – родная тётя Пагоны Кацолиус. В сравнении с первым «чудом» тут наблюдался явный прогресс: слёзы из глаз Мадонны текли не переставая.

Архиепископ Иаковос, глава греческой православной церкви в Северной и Южной Америке, тут же объявил феномен чудом Господним. В присутствии репортёров отец Парадеас снял с картины рамку, и те получили возможность осмотреть насквозь промокшую заднюю стенку. Химический анализ, однако, показал, что выделившаяся жидкость к человеческим слезам не имеет ни малейшего отношения. Между тем каких-либо следов мошенничества обнаружено не было. Более того, когда 7 мая того же года архиепископ заменил картину в доме Коуласов, новая Мадонна немедленно разрыдалась и продолжала лить слёзы ещё три недели – теперь уже в церкви, куда была перенесена.

Доктор Кассоли, проведший специальное исследование этого феномена в Италии (здесь Мадонны плачут в среднем раз в два года), обратил особое внимание на случай, происшедший в Сиракузах с Антонеттой Джакуццо. 29 августа 1953 года в её доме на протяжении 4 дней плакала статуэтка Непорочной Девы Марии. Однако в данном случае проведённый химический анализ подтвердил: гипс действительно выделяет самые настоящие человеческие слёзы. Следует заметить, что у 20-летней беременной Антонетты наблюдались симптомы общей интоксикации, судороги, приступы слепоты и немоты, а также полное нервное истощение.

Статуэтка продолжала плакать и будучи запертой в ящик, и в руках наблюдателей (среди которых был и местный комиссар полиции), и на стене дома на Виа дельи Орти (в «Дьявольском квартале», прозванном так из-за вони и крайне низкого морального уровня населения), куда она была вывешена для всеобщего обозрения. В праздник, который называют здесь День Лакримацьоне, девушка вдруг чудесным образом выздоровела.

«Чудо» в Сиракузах вызвало своего рода слёзную эпидемию. Как сообщает доктор Кассоли, 15 декабря того же года кровавые слёзы стали вдруг истекать из глаз Мадонны, изображённой на картинке размером с почтовую открытку, принадлежавшей Кончите Мессиано из Калабре. 3 апреля 1954 года Инесса Ботацци из Меццоломбардо заметила, что по щекам «газетной» Мадонны, вырезка с изображением которой была помещена за стекло буфета, текут струйки жидкости. В мае 1954 года картинка сиракузской Мадонны в одном из домов Анджи плакала, лёжа на кухонном шкафу, 8 дней и 8 ночей. Тщетно сердобольные хозяева пытались помочь ей, выставляя на солнце!

15 марта 1955 года Марта Комерале из Казапулы заметила слезинки на глазах своей фарфоровой статуэтки. 27 апреля 1957 года в Порсеа Карнета на протяжении нескольких дней лила слёзы фигурка из папье-маше. Правда, доктор Кассоли, заметив под глазами Девы Марии желтоватые разводы, заподозрил, что сюда заранее было нанесено вещество, конденсирующее влагу. В остальных случаях никаких намёков на возможное мошенничество обнаружено не было.

В статье Т.Ф.Джеймса мы с доктором Кассоли толкуем феномен с точки зрения медиумизма – в категориях подсознательного «проецирования» и материализации. «Молящийся человек столь близко ассоциирует себя с изображением на картине или статуэткой, и чувства его при этом настолько сильны, что объект поклонения материализует на себе его слёзы», – так выглядит здесь моё объяснение происходящего. Между тем, цитата эта не совсем точна. Объяснить суть феномена всего лишь материализацией подсознательного образа было бы слишком рискованно: в других случаях жизни ничего подобного мы вроде бы не наблюдаем. Я предпочёл выделить все эти случаи в особый класс паранормальных явлений и назвал этот феномен «единением» или мистическим союзом. Молящаяся домохозяйка, впадая в религиозный экстаз, не «материализует» слёзы: она почти в буквальном смысле слова превращается в Мадонну, и две сущности на какое-то время становятся едины. Материя и пространство, разъединявшие их, в этот момент исчезают, и Мадонна исходит слезами, принадлежащими на самом деле миссис Кацолиус или миссис Джануццо, – слезами жалости к себе. Подобно йогу, фиксирующему взгляд на одной точке до тех пор, пока он не сливается с ней воедино, Антонетта и Дева Мария становятся одним целым. Что же касается случая с миссис Коулас, то он более сложен: тут, я полагаю, мы имеем дело с феноменом телепатии «à trois», когда к эмоциональной «цепи» посредством сложного механизма идентификации подключается третье лицо. «Плач» прекратился, как только исчез повод для самооплакивания: после получения пасторского благословения и выздоровления. Необходимость в мистическом «единении» отпала, и женщины обрели свою прежнюю индивидуальность.

Тот факт, что движущей силой феномена служит религиозное чувство высочайшего накала, подтверждается и исследованиями известного медиума миссис Инжег-Игнат. Однажды «Нона», женщина-дух, утверждавшая, что ни разу не была инкарнирована на земле, предложила семерым участникам сеанса подойти к репродукции Сикстинской Мадонны и начать страстно молиться. Несколько минут спустя – о Боже! – в уголках глаз последней появились слёзы и стали струйками стекать по лицу.

Миссис Инжег-Игнат прославилась именно виртуозными материализациями, так что медиумический аспект феномена сомнений вызвать не может. Аналогичный механизм действует и в некоторых случаях полтергейста – впрочем, последний материализует обычно не слёзы, а воду или другие виды жидкости.

В книге «Правдивый отчёт о чудесном происшествии с Мэри Джобсон» (1841) доктор Рид Клэнни рассказывает о том, что в комнате, где находилась Мэри, страдавшая от каких-то странных конвульсий, на протяжении 11 лет постоянно появлялась вода. Миссис Джобсон то и дело теряла зрение, слух и дар речи. Приходя в чувство, она утверждала, что слышала голоса Девы Марии, апостолов и разного рода мучеников. Необъяснимая болезнь продолжалась 8 месяцев, после чего наступило неожиданное выздоровление.

30 августа 1919 года появились сообщения о том, что из стен Свентон-Новерс-Ректори – дома священника неподалёку от Мелтон-Констебл в Норфолке, Англия, – сочится масло. Сначала там пошёл «дождь» из смеси бензина и керосина, затем на жильцов обрушился поток воды, метилового спирта и сандалового масла, коего собрано было в различные ёмкости более 50 галлонов. Дело дошло до того, что преподобный Хью Гай, местный викарий, вынужден был покинуть своё жилище. Во всём обвинили 15-летнюю девочку-служанку, и, кажется, не без оснований: впервые поток жидкости излился из «ниоткуда» именно в её комнате. Прибывший сюда для «разоблачений» маг и фокусник Масклайн не сумел объяснить происходящего. 10 сентября «Дэйли мэйл" привела его слова о том, что в доме, пока он проводил свои наблюдения, появились откуда-то десятки литров жидкости.

Ещё один случай полтергейста с религиозным оттенком описан Чарльзом Фортом.

«21 августа 1920 года, в субботу, все религиозные статуи и картины в доме Томаса Дуана из Темплмора, Типперари, начали кровоточить. Ответственность за происходящее была возложена на очень набожного молодого человека – 16-летнего Джеймса Уолша. В земляном полу комнаты образовалось углубление величиной в чашечку; тысячи посетителей собрали отсюда огромное количество воды – а она всё продолжала прибывать».

Тот факт, что в присутствии юноши невидимая сила помимо всего прочего ещё и передвигала предметы, явно указывает на проделки полтергейста. В общем, изливает ли «шумный дух», порождённый психикой подростка, потоки воды на жильцов, или Мадонна источает слёзы и кровь в доме счастливцев, способных впадать в религиозный экстаз, суть остаётся прежней.

Есть, конечно, отличие: полтергейст не приносит добра – он вообще ничего не даёт своей жертве, кроме шанса быть обвинённым в мошенничестве. Религиозно-мистический феномен же не только безвреден, но и исцеляет – подчас не только молящегося индивидуума, но и целые толпы.




ЛИЦО НА СТЕНЕ

В прежние времена верующие молили Господа о чудесах. Сегодня чудеса эти почему-то не вызывают у них особой радости. Стоит только в церкви случиться чему-то чуточку экстраординарному, как служители её тут же преисполняются душевным смятением и пытаются изо всех сил спрятать концы в воду. Очень уж это неприятно – видеть чудо, ну прямо перед собой. Самое правильное при этом, конечно же, затаиться и умолкнуть. А тут – парапсихолог со своим блокнотиком... В общем, ясно, почему церковь не очень нас жалует.

За годы пребывания в Англии мне случилось расследовать два таких «нежелательных» чуда: одно – в оксфордском соборе Крайстчёрч, другое – в Лландаффе, Кардифф. Случаи эти были абсолютно идентичны: оба раза на побелённой стене таинственным образом проявлялось лицо покойного отца-настоятеля. Оксфордское чудо получило широкую огласку, в Лландаффе, однако, мне пришлось докапываться до истины самостоятельно.

Настоятель Джон Лидделл, человек в Оксфорде достаточно знаменитый, умер в 1898 году. 26 лет спустя в лондонской прессе появились первые сообщения о том, что в соборе Крайстчёрч рядом с лидделловской мемориальной доской стало формироваться пятно, всё более напоминавшее лицо покойного настоятеля. Впечатление было такое, будто в минеральных составляющих штукатурки (вспомним соли серебра, которыми покрыта фотографическая пластина) стали происходить странные химические изменения.

В отсутствие прочих атрибутов фотографического процесса – линз, объективов, фотоаппарата и, главное, непосредственного «героя» снимка – белая стена церкви воспроизвела каким-то образом удивительно точный портрет покойного.

В том, чьё именно лицо глядело на присутствующих со стены, сомнений не возникало. Как бы для того, чтобы рассеять их окончательно, на протяжении последующих нескольких лет рядом возникла аналогичная «фотография» покойной миссис Лидделл.

Церковному руководству и одного чуда хватило бы с лихвой – а тут сразу два! Посетители и пресса, заметив персонажей странной настенной галереи, стали задавать священникам не слишком удобные для них вопросы.

«Поразительное сходство изображения с лицом покойного отца Лидделла, – писала 11 сентября 1926 года газета «Cassell’s Weekly», – не вызывает ни малейших сомнений: чтобы признать это, вовсе не требуется богатого воображения. Если бы это был портрет, мы могли бы назвать художника гением. Но это не художественное произведение: со стены на нас глядит совершенно живое лицо, увидеть которое может каждый желающий».

В 1931 году призрачный «портрет» всё ещё был виден на стене достаточно отчётливо. Приехав сюда в 1932 году, я обнаружил как раз перед этой стеной новый алтарь. Никакого более или менее правдоподобного объяснения происшедшему никем предложено не было, но мне удалось узнать одну любопытную деталь, укрывшуюся от всеобщего внимания. Я выяснил, в частности, что «портрет» покойного Джона Лидделла возник на стене сразу же после одного весьма знаменательного события: примирения и воссоединения двух ранее враждовавших ветвей рода – Лидделлов и Рэйвенвортов – с последовавшей затем счастливой церемонией бракосочетания. Кому-то моя гипотеза может показаться излишне поэтичной, и всё же... Что если в этой новой атмосфере любви и терпимости дух покойного изыскал энергию, которая помогла ему запечатлеть собственный улыбающийся образ – как бы в знак высшего одобрения заключённому браку?

Похожий фокус проделал после своей смерти и настоятель Лландаффского собора в Уэльсе. Чарльз Джон Воэн скончался в 1897 году. Через две недели после этого на западной стене церкви стал проявляться его портрет. У собора, дабы поглазеть на чудо, стали собираться толпы людей. «Доставляемые зеваками хлопоты были таковы, – читаем мы в церковном отчёте, – что местная хартия священнослужителей вынуждена была исследовать природу явления и выяснить со всей определённостью, что причиной оптической иллюзии явилось сырое пятно, проступившее на каменной поверхности».

Это удивительное «открытие» местных светил церковной науки вряд ли сможет объяснить факт появления инициалов «J.V», весьма изощрённо вписанных невидимой рукой в контекст композиции.

Мне удалось приобрести оригинал единственного фотоснимка призрачного портрета, принадлежавшего мистеру У.Шарпу из Кардиффа. Инициалы «J.V.» были не просто видны здесь совершенно отчётливо, но и исполнены как часть общей картины. Подлинность снимка была подтверждена экспертизой. Буквы появились на стене одновременно с лицом, как бы заранее отметая всякие сомнения относительно того, кому может принадлежать загадочным образом исполненный образ. Мистер Шарп сохранил у себя негатив снимка исключительно смеха ради. В письме он признался мне, что не испытывает интереса к парапсихологии. Кроме того, он сообщил следующее:

«Декан Воэн был связан с Лландаффским собором узами всей своей жизни. Вскоре после его кончины в октябре 1897 года на стене слева от главного входа в собор возникло влажное пятно. Оно темнело, расширялось и наконец приняло поразительное подобие лика покойного Воэна. Одновременно чуть сбоку на стене возникли его инициалы: «J.V.» Всё это вызвало в округе нежелательные разговоры, в результате чего некоторое время спустя на месте «портрета" появилась мемориальная доска, так что происходит ли под ней что-либо необычное, или нет, сейчас неизвестно».

«Я сделал этот снимок вечером при ярком освещении самым обычным фотоаппаратом с диафрагмой Ф.16, – продолжал мистер Шарп в следующем письме, отвечая на мой соответствующий запрос. – Проявитель использовался самый обычный. Снимок оказался единственным и, думаю, уникальным. Заявляю со всей ответственностью, что ни со стеной собора, ни с фотопластиной не производил никаких искусственных манипуляций».

Последнее подтвердил и Леон М.Айзакс, профессиональный фотограф с 20-летним стажем из Международного Института психических исследований.

В данном случае «семейный» мотив, обнаружившийся в случае с «портретом» декана Лидделла, как будто бы, отсутствовал. Проводить же подробное расследование было уже слишком поздно. Впрочем, подобные происшествия, оказывается, не редкость и в Новом Свете.

16 января 1929 года нью-йоркская газета «Sun» сообщила о том, что на дубовой двери римской католической церкви Св.Анны в Кинсбурге, штат Нью-Джерси, возникло сияющее изображение женщины в белой мантии, свидетелями чего стали сотни очевидцев.

«Я не верю в сверхъестественную природу происшедшего, – сказал в интервью пастор Томас А.Кирни, – но могу подтвердить: на двери действительно появился испускающий свет контур женщины в длинном белом платье. Изображение, правда, напоминает не столько живое существо, сколько передержанный фотографический негатив с тонкими и необычайно контрастными деталями. В том, что изображение это действительно существует, нет никакого сомнения».

Куда более впечатляющими выглядят сообщения сразу нескольких нью-йоркских газет о появлении 23 февраля 1932 года чётко очерченной фигуры Христа на светло-коричневой мраморной стене святилища церкви Св.Варфоломея, что находится между Парк-авеню и 50-й улицей в Нью-Йорке.

«Заканчивая проповедь, – сказал в интервью «New York Times» местный проповедник доктор Роберт Норвуд, – я случайно бросил взгляд на стену святилища и с изумлением увидел проявившуюся на мраморе чудесную фигуру Христа. Ничего подобного там никогда не было. Истолковав это как своего рода иллюстрацию к моей проповеди («И тело его воссияло во славе!..»), я счёл явление весьма знаменательным. У меня возникла странная мысль: что если доминанта разума в тот момент сумела каким-то образом перейти на камень? Может быть, и мрамор способен иногда воспринимать человеческие мысли и образы?»

Опубликовав статью с фотографией призрачного «портрета» на стене собора Лландафф, я получил письмо от мистера Уильяма Прагнелла из Фулхэма, Лондон. Он рассказал, что на стене ванной комнаты в его доме возникло и расплылось подобное же «фигурное» пятно, в котором члены семьи очень скоро узнали черты его покойной жены. Я попросил Прагнелла сфотографировать пятно и переслать снимок мне. Качество фотографии оставляло желать лучшего, но силуэт женского лица просматривался на ней совершенно отчётливо. Установить сходство «настенного портрета» с обликом покойной женщины (чью фотографию респондент также вложил в конверт) мне было достаточно трудно – оставалось только положиться на слово мистера Прагнелла, который в этом смысле имел перед кем бы то ни было неоспоримое преимущество.

Несколько лет спустя судьба познакомила меня с ещё одним случаем того же типа. Местом загадочных событий оказался на этот раз дом в Челмсфорде, хозяева которого, мистер и миссис Киэр, вынуждены были даже покинуть своё жилище. А всё из-за того, что зеркала, находившиеся в разных комнатах дома, то и дело отражали в себе одно и то же, незнакомое хозяевам лицо. Миссис Киэр затратила немало усилий, пытаясь смыть таинственный образ, но он каждый раз возникал на прежнем месте вновь, а в конце концов влажным пятном «отпечатался» и на кухонной стене. Хозяева соскоблили мел до самого камня, но стереть лицо не смогли.

Я нанёс визит в Челмсфорд, но настенный портрет меня разочаровал: лицо к тому времени превратилось в какие-то бесцветные разводы, которые и фотографировать-то было совершенно бессмысленно. Что же касается образов, возникавших на зеркалах, то мистер и миссис Киэр выдержали тщательный перекрёстный допрос, который мы устроили им с Эриком Кадденом, адвокатом и членом Совета Международного института психических исследований. В том, что феномен этот к галлюцинациям не имел отношения, вскоре стало для нас совершенно ясно. По словам миссис Киэр, «отражение» цеплялось за поверхность зеркал физически: это был влажный налет, оставлявший после себя жирное пятно.

Лицо незнакомца, видимое совершенно отчётливо, но лишь под определённым углом, было повёрнуто чуть влево и выражение его было всегда одинаковым. Время от времени, однако, фигура мужчины появлялась в полный рост. Однажды хозяева увидели его лежащим на кровати, в другом случае – у двери, в костюме, выдававшем в нём бизнесмена.

Видение явно имело скрытый смысл, и миссис Киэр, кажется, сумела его разгадать. Человек, построивший этот дом, умер в нём, после чего вдова тут же съехала. Судя по всему, призрак требовал её срочного возвращения, желая, чтобы дом вновь перешёл к ней во владение. Видение в зеркалах являлось нескольким людям одновременно. Однажды оно высветилось на дверце гардероба сразу в двух проекциях.

Пятна эти никогда не удавалось стереть полностью, хотя миссис Киэр старалась изо всех сил. Кстати, она заявила, что поклонницей спиритизма не является и что о паранормальных явлениях такого рода ей ничего неизвестно. Выяснилось, что вдова также видела образ своего покойного мужа – отчего расстроилась так, что тут же покинула дом.

Просматривая архивы в поисках сообщений о подобного рода явлениях, я наткнулся на выступление Анны Блэквелл перед Диалектическим обществом (созданным, напомню, с целью обсуждения спиритического феномена), в котором она утверждала, что однажды на окне дома напротив появился облик горячо любимого ею родственника. Изображение появлялось и растворялось несколько раз. Сначала на стекле возникало радужное свечение, потом из него выплывало знакомое лицо. Каждая такая «вспышка» длилась около восьми секунд и была чуть слабее предыдущей.

Анна Блэквелл, кроме того, рассказала о происшествии с некой М.Дж., у которой на рукоятке нового летнего зонтика возник вдруг фотографический образ умершего незадолго до этого Чарльза Диккенса. Изображение было мелким, но необычайно отчётливым; в то время, как М.Дж. глядела на него в изумлении, глаза покойного писателя задвигались и рот растянулся в улыбку.

Подобные образы появляются обычно на отполированных поверхностях и некоторое время спустя исчезают. Во втором томе сборника «Phantasms Of The Living», опубликованного лондонским Обществом психических исследований, рассказывается о подобном же появлении призрака некоего капитана Томаса. Через шесть недель после смерти этого человека на отполированной поверхности платяного шкафа появилось его лицо, свидетелями чему стали восемь человек.

Несомненно, сияющая поверхность особенно благоприятствует восприятию видений такого рода, поскольку добавляет сюда ещё и некоторый гипнотический эффект. Однако само по себе это не объясняет сути феномена. Призраки-изображения ведут себя подчас настолько странно, что, кажется, так и просятся в сюжет какого-то фантастического триллера!




ЖАННА Д’АРК

И ЕЁ ПРИЗРАЧНЫЕ СВЯЩЕННИКИ

Если верить легенде, подвиги Жанны д’Арк за много веков были предсказаны Мерлином, великим магом короля Артура. Впрочем, Британская энциклопедия (т.15) утверждает, что «она (Жанна) ничего об этом не знала, а значит, действовала исключительно по собственному вдохновению».

Один из лучших памятников национальной героине Франции – базилика в Домреми; часовню её украшают флаги многих стран, каждая из которых таким образом отдала должное величию Орлеанской девы. На протяжении десятилетий, однако, бросалось в глаза отсутствие тут английского флага. В 1925 году эта историческая несправедливость усилиями леди Палмер, супруги лорда Палмера (1858-1948, – это был первый британец, удостоенный рыцарского титула за вклад в развитие музыкального искусства), была устранена. Тут-то и случилось странное происшествие, о котором пойдёт у нас речь. Широкая общественность впервые узнала о нём благодаря фотографии, которую британская Армия Спасения принялась предлагать всем желающим за скромную цену в 2 шиллинга в качестве неоспоримого доказательства божественного участия в наших с вами земных делах.

На снимке мы видим леди Палмер и двух священников с изображениями лилий на рясах (напомним, именно этот цветок Жанна д’Арк выбрала в качестве эмблемы). Что же тут, спросите вы, удивительного? Да всего лишь, что в момент съёмки никаких священников поблизости не было и в помине! Впрочем, предоставим слово анонимному репортёру Армии Спасения, чьи пояснения приведены на обороте открытки:

«Посетив базилику в Домреми, возведённую в честь Жанны д’Арк, леди Палмер обратила внимание на то, что среди множества национальных флагов, там вывешенных, отсутствует английский. Решив, что Британии надлежит и здесь занять достойное место в ряду славных народов мира, она по крупицам собрала необходимую сумму денег и позаботилась, чтобы в базилику доставили флаг нашей страны с подписями фельдмаршала Хейга и маршала Фоша. Флаг этот установил в часовне 9 июня 1925 года пребендарий Карлайл.*
* Пребендарий – церковный служащий, несущий ответственность за пребенду (лат.), т.е. имущество и доходы, предоставляемые наиболее привилегированной части католического и англиканского духовенства при условии исполнения обязанностей, связанных с занимаемой должностью. (Прим.перев.)

В октябре того же года, дабы взглянуть на дело рук своих, леди Палмер вернулась в Домреми. Сопровождавшая её леди Таунсхед сделала снимок: в тот момент кроме двух женщин в часовне не было ни души. Однако на фотографии рядом с леди Палмер мы видим двух священников: на каждом из них – стихарь с геральдической лилией, эмблемой Орлеанской девы. Исследовавший снимок королевский фотограф установил его подлинность».

На заседании Международного института психических исследований в Лондоне я продемонстрировал специально заказанный для этой цели слайд и зачитал письмо леди Палмер. Вот что она мне написала: «На этом снимке вы видите меня стоящей под британским флагом в военной часовне базилики Домреми. Сфотографироваться здесь я решила для подруги, которая не смогла сопровождать меня из-за болезни. Мисс Таунсхед щёлкнула меня своим маленьким фотоаппаратом; кстати, сама она никогда не верила в существование духов. Вернувшись в Лондон, я написала ей письмо, в котором поинтересовалась, почему мне до сих пор не переслали фотографию. Получив снимок, я вынуждена была отправить ей новый запрос: «Кто эти священники? Рядом со мной никого не было». «Именно поэтому я и не решилась отправить вам её сразу», – последовал ответ.

Я показала снимок сэру Артуру Конан-Дойлю. Он заявил, что видит перед собой лучшую спиритическую фотографию всех времён, и попросил изготовить слайд. Демонстрация на большом экране в Куинз-холле, где я присутствовала, удостоилась в тот вечер бурной овации. Одна представительница римской католической церкви также попросила у меня копию слайда. «Ваше руководство, кажется, относится к подобным вещам неодобрительно», – заметила я. «Ну, что вы, это же чудо, – возразила она. – Рядом с вами – священники тех времён. На них – старинные рясы с эмблемой Жанны».

Увеличенный экземпляр снимка получил от меня и Кардинал Бурн. Пребендарий Карлайл также с тех пор не расстаётся с фотографией».

Мне, по правде говоря, изображения лилий на стихарях не показались настолько отчётливыми, чтобы их можно было считать достойным доказательством принадлежности фигур эпохе Жанны д’Арк. Но призраки с мнением своих будущих критиков не считаются, так что остаётся довольствоваться уже хотя бы их появлением.

Задача парапсихолога, однако, состоит в том, чтобы всё подвергать сомнению, поэтому должен уточнить: между моментом проявления фотографии и её «официальным» появлением на свет прошло подозрительно много времени. Действительно ли с негативами не производилось никаких манипуляций? Леди Палмер в этом убеждена: её уверенность разделяет и королевский фотограф. Вообще-то искусственно «наложить» призраков на фотографический снимок не так уж трудно. Другое дело – геральдические знаки: за такое мог бы взяться разве что мошенник экстра-класса. Но каковыми могли быть мотивы такого рода подделки? Ни на финансовые, ни на какие-либо другие выгоды автору рассчитывать не приходилось. Мисс Таунсхед – всего лишь фотограф-любитель – была подругой леди Палмер и пользовалась её полнейшим доверием.

Может быть, при фотографировании случайно произошла двойная экспозиция? Эксперт тотчас бы это установил. Что ж, поскольку, никаких разоблачений не последовало, придётся и этот случай отнести к числу неразрешённых загадок нашего времени.




ПУТЬ ЧЕРЕЗ БЕЗДНУ

Каждый из нас рано или поздно встречает на своём жизненном пути два типа препятствий, требующих преодоления: горный барьер и бездну. О символическом смысле Горы всем хорошо известно. Не куда-нибудь, а в горы унёс Моисей свои каменные скрижали; на возвышенностях возводились церкви, ибо «...горы и земли, к ним прилегающие, особенно святы», – так утверждал Иезекииль.

Понятие Бездны ассоциируется у нас с Преисподней и изгнанием из Рая. Однако классики магии не разделяют ортодоксальных взглядов на бездну как символ Зла.

Я хотел бы предложить вниманию читателя рассказ о серии удивительных сновидений, в основе которых – символическая попытка родиться заново и таким образом достигнуть Всевышнего. Автор его пусть останется безымянным: скажу только, что он – ученик легендарного чернокнижника Алистера Кроули, человека очень странных способностей, который в 20-30-х годах нашего века приобрёл себе поистине дьявольскую репутацию. Итак, внимание:

«Я находился среди египтян, отправившихся в переход на верблюдах. Каждый из них был одет в зелёный жакет. Верблюды под нами были низкорослые и совсем ещё молодые; мне же казалось, будто я передвигаюсь на ходулях.

Наша группа отправилась в путь с каким-то заданием. Я ехал последним. Проезжая мимо сидящего друга, я бросил ему две газеты: «Сан» и «Пост» – с тем, чтобы он присмотрел за ними. Мы доехали до развилки. Все повернули направо, я – налево. Вскоре передо мной появилось большое строение. Здесь меня встретили какие-то женщины и мужчины. Я спросил, можно ли отсюда выехать на другую дорогу, а затем, не сходя с верблюда, минул длинный коридор и оказался на огороженном проволокой пустыре, прилегавшем к задней стене строения, в котором, судя по всему, располагалась гостиница. Передо мной появился мальчик. Я о чём-то спросил его, и он охотно распахнул передо мной дверь в проволочном заграждении. Верблюда со мной больше не было. Похоже, я оказался пленником, и двое мальчиков теперь стали моими тюремщиками».

Действительно ли мой собеседник ехал во сне на верблюде? Упоминание о ходулях отнюдь не случайно: это ведь символ детства (потому-то и верблюды оказались «молодыми»). Что же касается Египта... Вот что сам он вспомнил некоторое время спустя:

«В поздних работах Кроули есть немало загадочных пассажей. Помню, особенно странное впечатление произвела на меня фраза: «Я, как и ты, – душа пустыни, и тебе суждено вновь повстречать меня в этом бескрайнем море песка».

Тот, кого Кроули в своих книгах именовал «Я, как и ты», был его высшим гением: под морем песка разумелась египетская пустыня. Вспоминается мне кое-что из «Book Of Lies» – книги Кроули, в которой парадоксальные афоризмы пронумерованы от 1 до 91.

Кроули воссоздал магическую систему Золотого Рассвета. В ней действовала система градаций, высшая ступень которой описывалось уравнением «7 = 4» с Семёркой – кабаллической Shepirah of Hessed. По Кроули, этот уровень принадлежит миру человеческого разума. Следующий же, описываемый уравнением «8 = 3», относится к иному, духовному миру, отделённому от нас великой пропастью, именуемой Бездной.

Для того, чтобы пересечь Бездну, личность распадается на элементы, а затем возрождается вновь в теле Великой Матери – Бины (Binah). Так возникает новая сущность: Кроули называет её Дитя Бездны.

«Книга обманов» адресована Детям Бездны. Каждая её страница обрамлена чёрной рамкой, символизирующей всеобъемлющую идею смерти. Именно тут говорится о том, что для достижения градации высшего уровня необходимо пересечь гигантскую бездну смерти (или песчаную пустыню). У Кроули есть и такая фраза: «Взгляните на пять верблюжьих следов: VVVVV...» Дело в том, что пять букв «V» он считал магическим символом, равнозначным градации высшего уровня. Не исключено, что моё путешествие во сне имеет какое-то отношение к этим пяти следам: может быть, оно олицетворяет мой собственный переход через Бездну. Очевидно, я оставил свой след, чтобы кто-то затем мог проследить мой путь».

Итак, ясно: наш герой идёт во сне по следам Кроули, чтобы превозмочь смерть и сделаться Младенцем Бездны. О «зелёном жакете» сам он говорит следующее:

«Зелёное означает молодость, надежду, устремление к высшему. Кроме того, это цвет Венеры – богини любви: она прямо связана с Великой Матерью, через познание тела которой пролегает наш путь в Град Пирамид, принадлежащий уровню «8 = 3», где и живут Младенцы Бездны. Кстати, смысл этого уравнения легко понять так: отсчитывая уровни от основания Древа жизни, мы находим «восьмёрку». Тот же отсчёт сверху даёт «тройку».

Поскольку автор сна ассоциирует Великую Мать с Венерой, очевидно, один из мотивов сюжета – младенческая тяга к инцесту. Мой собеседник забывает также упомянуть о том, что зелёный цвет – цвет Пророка. Ещё я отметил для себя, что смысл «задания», на которое идут путники, есть не что иное, как стремление к власти, что в свою очередь символизируется жаждой возвращения в материнское лоно. Судя по всему, пациент догадался об этом и сам, поскольку тут же заговорил о семье:

«Нас было семеро детей: я – младший. По пробуждении у меня возникло ощущение, что остальные участники группы как раз и были членами моей семьи; должен заметить, что я вообще связан с ними прочными узами. «Последний станет первым, первый – последним». Я всегда стремился в семье к лидерству.

Солнце («Sun») знаменует Золотой Рассвет: так называется магическая система, воссозданная Кроули. Я вышел из неё, но всегда знал, что мне ещё предстоит к ней вернуться. В понятии «Post» заложена идея связи с будущим и преодоления Бездны. Египет – страна солнца. Гелиополис – город солнца. Египетских жрецов называли «детьми Солнца». Я, как младший адепт, принадлежу уровню «5 = 6»: Солнце также входит в пределы этого уровня.

В ходе магического ритуала инициации новообращённого привязывают к деревянному кресту, на котором он клянётся сохранить верность тайному учению и посвятить жизнь обретению «высшего Я». Таким образом, крест и распятие – это также символы солнца.

Бездна находится слева от древа жизни. Я воспоминаю, что слева на заднем дворе у нас стояла проволочная клетка, где мама держала кур».

Становится ясно, что Бездна в этом сне – символ материнской матки. Я расспросил его о верблюдах и получил новые подтверждения своим догадкам.

«Я слышал, шотландцы произносят фамилию Кэмпбелл чуть сокрашенно: «Кэмл» (camel – верблюд). Именно так представлялась моя школьная учительница. Есть старая шотландская песня: «Мой парень – жокей, и какой! Днём шпорит коня, а ночью – меня". Учительница, мисс Кэмпбелл, возможно, символизирует мою мать, а коридор в здании, через который я вышел на новый путь, есть не что иное, как влагалище».

Однако тяга к кровосмесительному акту – не главный мотив сна моего пациента. Дело в том, что во всех языческих верованиях считается, что бессмертие – следствие второго рождения материального тела. Гостиница, в которой удовлетворяются все нужды временного постояльца – такой же символ матки, как и проволочная клетка, принимающяя нашего героя в критический момент его перехода. Матку символизирует и Бездна сама по себе.

«В мистическом ритуале Золотого Рассвета, – продолжал мой собеседник, – присутствует комната с семью стенами: ещё один символ женского лона. Две колонны по бокам – её бедра. Смысл ритуала – проникновение в дверь Венеры. Не исключено, что два мальчика, пленником которых я оказался, – адепты, проводившие ритуальную церемонию».

Затем мой пациент вспомнил о путешествии, которое учитель совершил в пустыне вместе с одним из своих последователей.

«Сначала магическими песнопениями Кроули вызвал у себя серию мистических видений. Внезапно, прервав инкантацию, он заявил помощнику, что они пересекут Бездну иным путём и собственными методами вызвал Демона Бездны («демон» этот в действительности есть человеческий разум, отделившийся от мозга, заблудившийся и растерянный). Теперь Кроули предстояло рассеять личность на составные части. Он уселся внутри треугольника, начертанного на песке, в вершинах которого лежали тушки заранее пойманных и умерщвлённых голубей. Он разбрызгал кровь по песку, чтобы насытить пространство достаточным количеством эктоплазмы и таким образом помочь Демону Бездны материализоваться. Имя этого демона было Хоронзон, и Число его было – 333, половина от Числа Зверя».

К сожалению, я в своих записках не нашёл ответа на вопрос о том, сумел ли Кроули вызвать Демона Бездны. Зато наверняка мне известно другое: символическое путешествие к бессмертию нашего героя на этом не завершилось. Восемь месяцев спустя он вновь попытался пересечь Бездну и рассказал мне о новых приключениях в собственных сновидениях:

«Я находился в парке среди толпы. Мы подошли к маленькому строению: здесь жили и трудились монахи. В доме царили тишина и неподвижность. Люди разговаривали очень тихо. Один из них заметил, что я неправильно крещусь, описывая лишь горизонтальную планку креста, и произношу при этом благословение на иврите. Потом мы вышли из дома и группами по три человека, омыв предварительно обувь, продолжили свой путь. Я оказался в последней группе. Когда я вышел из домика, оказалось, что остальные успели уйти далеко вперёд. Повидимому, все уже пересекли реку в парке и спустились в ущелье, находившееся где-то справа. Я же отправился по тропинке, минуя ущелье. Лишь пройдя значительное расстояние я понял, что заблудился. Время от времени с противоположного берега доносились голоса. Я повернул назад и направился к ущелью».

Как и в предыдущем сне, здесь мы находим сочетание весьма примечательных ассоциаций. Монах – воплощение святости. Беседы приглушёнными голосами – прямое указание на книгу Блаватской «Голос безмолвия»:

«Истинный монах должен обладать таким уровнем сознания, такой душевной ясностью, чтобы вести беседы с птицами, – заметил мой пациент. – Легенды о святых, к которым стаями слетались птицы и сбегались лесные звери, я всегда воспринимал совершенно буквально. Таким ведь был и Франциск Ассизский. Думаю, птица, садясь на плечо человека, как бы узнаёт в нём высшее существо. Таким должен быть истинный монах».

Итак, в личности нашего героя соединились монах и чернокнижник. И в пути своём он шёл по двум тропинкам, религиозной и метафизической. Благословение на иврите и недоочерченное распятие – сигнал к тому, что наш адепт наконец-то может сойти с креста, на котором оказался во время инициации. Горизонтальная и вертикальная планки креста символизируют два начала: соответственно, интеллектуальное и генитальное. Предпочтение первому порождает вопрос: можно ли использовать низшую, сексуальную энергию в высших целях? Эта задача для него попрежнему остаётся нерешённой. Он всё ещё один и чувствует себя потерянным. Ущелье здесь – символ раздваивающейся личности. Но одиночеству должен скоро прийти конец. Болезненная рана в душе от разрыва между христианством и иудаизмом начнёт заживать.

«Иисус омывал ноги своим ученикам. Для меня ноги – символ понимания. Мой разум должен быть очищен заранее – до того момента, когда мне дано будет узреть моего бога. Возможно, омывавшие ноги не случайно собирались по трое. Это могло иметь какое-то отношение к Троице. Треугольник – метафизический знак: он означает, что путь мой близится к завершению.

Я всегда чувствовал, что мне не хватает духовной силы. Мне часто не удавалось то, что легко удавалось людям куда менее просвещённым и подготовленным».

Наш скромный чернокнижник явно приближался в своём развитии к какой-то важной вершине...


ТУРИНСКАЯ ПЛАЩАНИЦА:

ИСТИННЫЙ ПОРТРЕТ ХРИСТА?

В массивном сейфе за толстой стеной рядом с алтарём туринского собора Св.Иоанна Крестителя вот уже на протяжении 250 лет хранится величайшая реликвия христианства – плащаница Христова: отрез льняной материи длиною 14 и шириною 3 фута, на котором отчётливо виден двойной отпечаток тела распятого человека.

Предполагается, что именно так оставил истинный свой портрет потомкам Иисус после того, как его истерзанное тело в поту и крови «было завёрнуто в льняные покрывала, пропитанные благовониями, как это принято у иудеев» и временно оставлено Иосифом Ариматейским и Никодимом в склепе Гефсиманского сада.

Верующие утверждают, что туринская плащаница и есть то самое покрывало, которое было обнаружено двумя Мариями на полу опустевшего склепа. «Пётр сохранил плащаницу, но ныне местонахождение её нам неведомо», – писал в IV веке Св.Нин.

Триста лет спустя плащаница объявилась в Иерусалиме (об этом пишет, в частности, епископ Аркуф), и находилась здесь около четырёхсот лет. В конце XI века реликвию обнаруживают вдруг в Константинополе. После разграбления города крестоносцами она исчезает, затем каким-то образом оказывается во Франции, после чего остаётся уже более или менее на виду у современных историков.

Первыми владельцами плащаницы были герцоги Савойские, предки итальянского короля Виктора Эммануила. Известно, что в XIV веке относительно аутентичности реликвии среди клерикалов разразился яростный спор: истинность плащаницы церковью официально признана не была.

В 1532 году часовня, в которой хранилась достопримечательность, сгорела, но саван почти не пострадал, слегка обуглились лишь его концы.

Величайшая историческая ценность туринской плащаницы ни у кого не вызывала сомнений, однако, научный мир, возможно, никогда бы и не обратил на неё внимания, если бы не удивительное открытие, сделанное в 1898 году состоятельным фотографом-любителем Шевалье Пио, который получил от короля Виктора Эммануила разрешение сфотографировать реликвию.

Проявив пластины, Пио обнаружил удивительную вещь: изображение на саване оказалось «изнаночным»; обе части его, другими словами, несли на себе негативное изображение. В результате вместо ожидавшегося негатива на пластинах Пио проявилась идеальная фотография необычайно благородного мужского лица, каждая черта которого излучала величайшую скорбь. Изображение поражало реалистичностью и естественностью.

Итак, в результате каких-то загадочных процессов ткань плащаницы, сыграв роль фотографической пластины, донесла до нас истинный портрет Иисуса Христа. По двум «фотографиям» плащаницы мы можем установить не только рост Иисуса (5 футов и 8 дюймов), но и некоторые детали, потрясающим образом дополняющие известные нам факты о драме на Голгофе и событиях, за ней последовавших.

Вряд ли стоит говорить о том, что сообщения эти прозвучали как гром среди ясного неба и произвели настоящую сенсацию во всём мире. По поводу истинности реликвии и выводов, сделанных теми, кто изучал снимок, разгорелся ожесточённый спор.

Доктор Поль Виньон, профессор биологии в Парижском католическом институте, вместе с помощником, профессором физики полковником Колсоном, провёл серию экспериментов и отчёт о них представил учёному совету французской Академии наук. В начале 30-х годов, после того, как туринскую плащаницу выставили на публичное обозрение, для дальнейшего исследования были образованы две комиссии – одна в Турине, другая в Париже. Вскоре обе оне заявили, что обладают убедительными доказательствами того факта, что туринская плащаница – действительно последнее одеяние Иисуса Христа.

Доктор Виньон, занявший пост секретаря объединённой комиссии, выразил уверенность в том, что изображение не могло быть нанесено на ткань искусственно. Само понятие о негативе появилось лишь после изобретения фотографии. Для того, чтобы живописными средствами с величайшей точностью воссоздать негативный снимок человека, древнему мастеру необходимо было знать такие научные и художественные принципы, о которых до недавнего времени человечество не имело ни малейшего представления.

«Принципы эти, – говорит Виньон, – очень трудно воплотить даже в обычном, позитивном рисунке. Плащаница же предлагает нам негатив идеально выполненной фотографии. Даже сегодня ни один гений живописи не в состоянии художественными средствами воссоздать столь точный фотографический негатив. Собственно говоря, никому и не удалось представить сколько-нибудь убедительную копию фотографии на плащанице, хотя попытки такого рода предпринимались достаточно авторитетными мастерами своего дела».

Стоит заметить также, что прежде чем нанести на ткань масляный или акварельный рисунок, художник должен холст подготовить (отшлихтовать), сделав его жёстким и негнущимся. Однако лён плащаницы мягок, нежен и тонок.

Но как на саване мог проявиться негативный снимок распятого человека? Подытоживая свои наблюдения, доктор Виньон делает более чем интригующий вывод. Дело в том, что пот человека, который подвергается физическим истязаниям или страдает сильной лихорадкой, содержит значительный процент мочевины. В результате брожения последняя испускает пары аммиака. Саван, которым было облачено тело Христа, пропитали, как указано в «Евангелие", соком алоэ и миррой. Аммиачные пары вступили с соком алоэ в химическую реакцию, которая сенситизировала в льняную ткань, превратив её в своего рода аналог фотографической пластины.

Обстоятельства трагедии, судя по всему, способствовали возникновению благоприятных для того условий. Мы знаем, что тело Христа не омыли: оно было сплошь измазано потом и запёкшейся кровью из ран – от тернового венца, гвоздей, плетей и удара копья. В преддверии субботы тело оставили в закрытой пещере, где ничто не могло помешать испарению аммиака из мочевины, выделенной вместе с потом. С учётом всех этих факторов то обстоятельство, что тело, завёрнутое в лён, оставило на нём фотографический отпечаток, контрастность которого возрастает в местах соприкосновения с тканью, кажется не только неудивительным, но даже естественным.

Что и доказал весьма убедительно доктор Виньон: обернув покрытый аммиаком пластмассовый манекен льняной тканью, пропитанной соком алоэ, он получил на последней отпечаток, во многом напоминающий изображение, которое несёт на себе плащаница.

Итак, тайна реликвии раскрыта? Нет, есть тут много такого, что всё ещё требует объяснения.

Образ, отпечатавшийся на льняных простынях, идеально контрастен. Гармония света и тени тут такова, что лицо смотрит на нас совершенно как живое. Невероятно, чтобы столь потрясающий фотографический эффект мог быть достигнут в результате самой обычной химической реакции между парами, испускаемыми телом, и соком алоэ.

Другая загадка: запёкшаяся кровь полностью сошла с тела на саван. Сам по себе факт этот не слишком и удивителен, ведь аммиак растворяет волокна свернувшейся крови. Но дело в том, что «мазки» крови были переведены на ткань до того точно, что получился портрет, отчасти написанный кровью!

Доктор Виньон не сумел воспроизвести процесс, в результате которого лён так идеально впитал бы в себя засохшую кровь. Тем более непонятно, как на протяжении столетий частички крови не осыпались с ткани, и почему оне остались тёмно-карминными, а не превратились в бурые пятна, как это бывает обычно.

Но есть тут ещё более удивительное обстоятельство. На плащанице были обнаружены капельки серы. Истечение серы из раны знаменует начало первого этапа трупного разложения. Однако разлагающееся тело испускает аммиак необычайно интенсивно, а в жару процессы тления ускоряются. В таких условиях фотографии на саване не должно было получиться: отпечатки, оставленные на ткани сравнительно слабым истечением аммиака, оказались бы размыты, а затем и стёрты уже в первые часы пребывания тела в склепе, вход куда был привален камнем.

Что же произошло? Ответ на этот вопрос существует, хоть разум и отказывается в него верить. Тело Иисуса, напомним, принесли в пещеру вечером в пятницу. Воскресным утром оказалось, что тело исчезло. Куда, почему? На эти вопросы «Библия» не даёт ответа.

Если выводы доктора Виньона верны, то... тело должно было исчезнуть сразу же после того, как вход в склеп привалили камнем! В любом другом случае процессы разложения почти сразу же уничтожили бы «фотографию» на простынях. Так туринская плащаница самым неожиданным образом подтверждает то, что говорится в «Библии» о распятии Христа и его последующем исчезновении.

На фотоснимке плащаницы явственно видна рана на руке. Но она находится не в центре ладони, как полагали живописцы нашей эры. Гвоздями пронзены запястья: именно так раньше и распинали – тонкие кости ладони просто не могли бы удержать на кресте человеческое тело. Одной уже этой ужасающей детали достаточно, чтобы отмести любые предположения о том, что образ туринской плащаницы был создан средствами живописи. Ни один мастер средних веков или более позднего времени не осмелился бы нарушить церковные каноны, которыми руководствовались. И уж тем более не посмел бы он изобразить Иисуса без набедренной повязки: такого еретика немедленно приговорили бы к смерти.

На снимке видны следы от ран, нанесённых терновым венцом и плетьми. Видны настолько отчётливо, что легко распознаётся тип flagellum с двумя или тремя ремнями, на конце каждого из которых был закреплён металлический шарик. В правом боку тела видна рана, явно нанесённая ударом копья. Согласно «Библии», Иисус испустил дух до того, как солдат проткнул ему бок. Медицинский анализ плащаницы подтверждает этот факт. Из раны в боку выделилась сера (след от неё есть на ткани) – а это и доказывает со всей определённостью, что в момент нанесения удара тело уже было мертво. Между тем пронзать тело распятого копьём было тогда не принято – обычно, дабы убедиться в том, что приговорённый испустил дух, палач перебивал ему голень. Неожиданный отход от привычной процедуры подтвердил пророчество «Ветхого Завета»: «Ни одна кость в теле его перебита не будет».

Доктор Виньон провёл колоссальный объём работы в надежде пролить свет на тайну туринской плащаницы. Вывод его таков: «Руководствуясь данными проведённых исследований и текстами «Евангелия» в качестве путеводителя, следует признать: Христос действительно запечатлел для потомков финал своей жизненной драмы. Он оставил на ткани свой точный образ, остававшийся скрытым от глаз человечества вплоть до появления фотографии».




ЧУДЕСА В НЕБЕСАХ

«Иисус воззвал к Господу в день, когда предал Господь Аморрея в руки Израилю, когда побил их в Гаваоне, и они побиты были перед лицом сынов израилевых, и сказал перед израильтянами: стой, Cолнце, над Гаваоном, и Луна над долиной Айалонскою! И остановилось солнце, и Луна стояла, доколе народ мстил врагам своим. Не это ли написано в книге Праведного: «стояло солнце среди неба, и не спешило к западу почти целый день»? И не было такого дня ни прежде, ни после того, в который Господь т а к слышал бы глас человеческий. Ибо Господь сражался за Израиль».

(«Иисус Навин», гл.Х, ст.12-14)
Астрономических чудес такого масштаба в церковных анналах новейшей истории не значилось вплоть до 13 октября 1917, когда трём девочкам из португальского городка Фатима, расположенного в 62 милях от Лиссабона, вдруг стала являться дева Мария. Дело кончилось тем, что в надежде узреть чудо собралась толпа в 70 тысяч человек. Дева Мария спуститься к такой аудитории отказалась, зато... Вот как описывает случившееся Изольт Аради в «Книге чудес» (1961, Monarch Book):

«В тот самый момент, когда люди закончили молиться, тучи вдруг расступились, и солнце появилось на лазурно-голубом небе; оно задрожало, завертелось и огненным колесом начало описывать в небе круги, отбрасывая во все стороны гигантские снопы необычайно яркого света. Представление это продолжалось десять минут и очевидцы наблюдали его с расстояния 25 миль. А затем солнце сорвалось со своего места и понеслось над головами людей, которые тут же упали на колени и возопили о прощении всех грехов».

В книге упоминается также обстоятельная статья главного редактора ежедневной лиссабонской газеты «O Seculo», вышедшая под заголовком: «Солнце над Фатимой средь бела дня пустилось в пляс!»

Итак, что должен сказать психиатр по поводу событий столь вселенских масштабов? Проигнорировать свидетельства очевидцев было бы неразумно, поверить им безоговорочно – означало бы признать несостоятельность всей современной науки. Существует ли золотая середина между двумя этими крайностями? Оказывается, существует. Феномен гипнотического искажения хода времени – вот что, скорее всего, кроется за чудесным подвигом Иисуса Навина.

Хорошо известно, что силой гипнотического внушения время можно растянуть так, что час покажется сутками. Гипнотизёр без труда заставляет своего несчастного подопечного «часами» играть на фортепиано, укладывая все эти мытарства в один час реального времени. Испытать на себе феномен искажения хода времени можно и с помощью галлюциногенных препаратов. Как-то раз мне пришлось принять мескалин: время вдруг резко «затормозилось», и коридор, по которому я шёл, растянулся едва ли не до бесконечности. Галлюцинации того же типа вызывает ЛСД и некоторые виды «чудодейственных» грибов. Amanita muscaria, например, считался в Древнем Египте священным, поскольку помогал предсказывать будущее.

Тайные знания такого рода являются неотъемлемой частью иудейской культуры. Впрочем, даже если Иисус Навин и не был знаком с искусством гипнотического искажения хода времени, кто может поручиться, что на поле сражения в тот день не оказалось каких-нибудь «хитрых» грибов? Под воздействием наркотической пыли, по крайней мере, часть войска вполне могла оказаться во временной «петле».

Современникам Навина было нетрудно поверить в возможность искусственной «остановки» Солнца, ведь в те времена считалось, что именно оно вращается вокруг Земли, а не наоборот. Для нас, однако, очевидно, что ни Земля, ни Солнце остановиться в движении не могут: это означало бы по меньшей мере крах Солнечной системы. Вряд ли Господь Бог решился бы прибегнуть к столь неэкономичному методу, дабы всего лишь посрамить врагов израилевых. Итак, вне зависимости от наличия доказательств, мы вновь вынуждены вернуться к идее об искажении времени: более правдоподобного объяснения «чуду» Иисуса Навина не существует.

Помогает ли нам всё это понять смысл происшедшего в Фатиме? Несомненно. Феномен искажения времени, как мы уже отмечали, влечёт за собой и эффект пространственных искажений. Солнце над Фатимой не могло ни «сойти с места», ни тем более «обрушиться» на Землю: очевидно, что поведение светила – не более, чем следствие пространственной галлюцинации. Аради в своей книге утверждает, что 70 тысяч человек не могли одновременно стать жертвами обмана чувств и, конечно же, ошибается. Если массовые явления такого рода до сих пор не изучались наукой, так только потому, что психиатру по традиции предлагается заниматься индивидуальными пациентами: массовые психозы такого рода вне их компетенции. Между тем исследователям психологии толпы они знакомы прекрасно. Более того, известно, что опасность так называемого «идейного заражения» прямо пропорциональна числу участников коллективного действа. Один-единственный человек, окружённый толпой, способен создать галлюцинаторный обвал гигантских масштабов. Давно замечено, что человека гораздо легче загипнотизировать в коллективе: индивидуум поддаётся гипнозу намного труднее. Почему? Видимо, защитные механизмы психики индивидуума в толпе по каким-то причинам утрачивают свою силу. Кроме того, любое массовое объединение по отношению к отдельной личности всегда находится на более низком функциональном уровне.

Вспомним также, что собравшиеся у Фатимы 70 тысяч случайными зеваками отнюдь не являлись: они ждали чуда, заранее подготовив себя к какому-то сверхъестественному зрелищу, и успели сообща войти в состояние, близкое к религиозному экстазу. Ожидаемое произошло: толпа породила и испытала галлюцинацию, связанную с гипнотическим искажением времени и пространства.

Между тем, «Книга Исход» (а также «Евангелия от Марка, Матфея и Луки») сообщает нам о другом небесном чуде – к счастью, с португальскими плясками Солнца по масштабам своим несопоставимым. Речь идёт о «девятой чуме египетской" – кромешной тьме, покрывшей страну на целых девять дней: «Они друг друга не видели и с места не могли сдвинуться, но свет сиял в жилищах детей израилевых».

В «Новых комментариях к Священному писанию» епископ Гор предполагает, что тьма вполне могла быть вызвана гигантской песчаной бурей. Но загадочный свет в домах детей израилевых, спрашивается, откуда взялся? Был ли он солнечным или искусственным?..

Солнце в Израиле отказалось служить по меньшей мере ещё один раз: начиная с полудня и до трёх часов того дня, когда был распят Иисус Христос. Лука и Марк говорят о «тьме, окутавшей землю», Матфей – о «мраке над всей землёй» (имея в виду, возможно, лишь Иудею). Лука – единственный из троих – упоминает завесу в храме, разорвавшуюся посередине.

Все толкователи сходятся на том, что в день пасхального полнолуния солнечного затмения быть не могло. И все при этом не замечают странного совпадения: три дня тьмы египетской и три часа мрака на Голгофе. Что если второе событие явилось символическим отголоском первого? Или драму на Голгофе сопровождало сильное землетрясение, поднявшее тучи пыли? Впрочем, Иоанн о «мраке» не упоминает вообще. Странно: в его свидетельстве, хронологически последнем, мы вправе были рассчитывать как раз на самое детальное и красочное описание чуда...

Время от времени в разных местах повторяется ещё один феномен того же типа: появление в небесах сияющего святого распятия. Самый знаменитый случай такого рода – видение императора Константина, узревшего в небесах светящийся крест и рядом с ним буквы: «In Hoc Signo Vinces» («С этим знаком – победишь»).

Произошло это в 312 году н.э. накануне битвы Константина с Миксентием. Друг императора Эйсебий отмечает в жизнеописании Константина, что видение не только обратило последнего в христианство, но и подтолкнуло его к ещё более радикальному решению – объявить христианство официальной религией Империи. Константин воспринял видение как знак высочайшего повеления, повиновался, и жизнь его с этих пор превратилась в нескончаемую череду триумфов. В том, что именно христианский Бог помогает ему в борьбе, он не сомневался.

Доктор Сильвано Ариети в статье «Утрата реальности» («Psychoanalisis and Psychoanalitic Review», осень 1961) объясняет происшедшее тем, что Римская Империя уже находилась в стадии распада и Константин был внутренне подготовлен к принятию христианства – прежде всего, христианкой-матерью, под сильным влиянием которой он находился.

Кроме того, армия Миксентия насчитывала значительное число христиан, и были основания надеяться, что многие из них переметнутся к Константину, если узнают о принятии им их религии. Христиане были прекрасно организованы и дисциплинированы, язычники в большинстве своём – разобщены и неуправляемы. Однако исторические традиции Римской Империи не позволяли Константину открыто объявить о своём выборе: тут требовалось мистическое откровение – какое-нибудь «чудо». И оно произошло. Теперь ответственность за все возможные провалы можно было возложить на нового Бога.

Мотивы «чуда», осенившего во время последней войны английский город Ипсвич, хоть и были несколько иного рода, всё же имели под собой не менее основательный психологический фундамент.

6 мая 1944 года нью-йоркская газета «Сан» опубликовала сообщение, согласно которому сотни жителей этого городка на юге Англии стали свидетелями появления в небесах распятого Иисуса. Видение длилось 15 минут и совпало по времени с объявлением воздушной тревоги.

Сначала в небе возник огромный сияющий крест, затем на нём проявилась фигура Иисуса Христа.

«Его голова была склонена к плечу, ноги скрещены. Все видевшие эту фигуру, описывают её одинаково, – рассказывает преподобный Гарольд Годфри Грин, викарий церкви Св.Николая и капеллан британских вооружённых сил, опросивший множество свидетелей феномена. – Видение исчезло почти сразу же, не оставив в воздухе ни следа. Беседы с очевидцами полностью убедили меня в истинности происшедшего. Думаю, что появление креста в небе было добрым предзнаменованием. Сам я его не видел, о чём теперь весьма сожалею».

Викарий упускает из виду важную деталь: видение явилось 27 апреля, в момент воздушной тревоги. Вместо фантазий о «добром предзнаменовании" уместнее было бы поговорить о механизме «воплощения», приведённом в действие массовым психологическим порывом.

Представление об избавлении от Зла в сознании христианина ассоциируется с образом распятия. Отчаянный немой вопль тысяч людей о спасении в момент авианалёта, когда угроза как раз и исходит сверху, вполне мог сфокусировать идею спасения в небесах, после чего конфигурация облаков, возможно, отдалённо напоминавшая крест, в результате «идейного заражения» превратилась в галлюцинацию, как бы заменившую угрозу гибели на символ надежды.

Стоит заметить, что есть люди, которым видения являются именно в облаках, так же, как кому-то – в хрустальных шарах. Чудесные впечатления эти вполне могут передаться и окружающим, особенно если события происходят в ненормальной психологической атмосфере. Представьте себе состояние жителей города, ожидающих бомбардировки: массовая галлюцинация в таких условиях – явление, скорее, естественное, нежели паранормальное. Стоит лишь кому-то выпустить порождённый подсознанием образ в пространство, как видение тут же начинает нарастать подобно снежной лавине.

В качестве послесловия позволю себе чисто гипотетическую метафору. Попробуем сравнить вышеописанное с тем, что происходит на спиритическом сеансе, когда медиум загадочным образом фокусирует эктоплазму, создавая в пространстве образ «пришельца» с того света. Стоит только допустить реальность феномена медиумической материализации, как появление распятого Христа в небесах тут же из разряда церковных «чудес» переходит в категорию явлений парапсихологического толка. Разумеется, в рамках этого короткого эссе мы успели лишь высказать некоторые предположения, не слишком прояснившие природу «небесных чудес», но, может быть, они помогут учёным более беспристрастно взглянуть на то, от чего до сих пор они предпочитали отмахиваться.

Итак, в небесах, несомненно, происходит немало чудесного. Но к господу Богу все эти картины имеют лишь косвенное отношение, поскольку порождены человеческим разумом, самым удивительным из изобретений Всевышнего.



1964г.


П Р И Л О Ж Е Н И Я
А л л а н К а р д е к
ИСТОРИЯ НОВЕЙШЕГО СПИРИТИЗМА

Около 1850 года, в Соединённых Штатах Америки внимание многих было обращено на различные странные явления, состоящие в шуме, стуке и движении разных предметов без известной причины. Эти явления повторялись часто, самопроизвольно, с необыкновенною силою и постоянством; но заметили также, что они производились в особенности под влиянием особенных личностей, которых назвали «медиумами» и которые могли некоторым образом вызывать эти явления по своему желанию, что дало повод повторять опыты. Особенно употребляли для этого столы, не потому чтобы эта вещь способствовала более другой таковым опытам, но единственно по той причине, что она подвижная, более удобная и что легче и натуральнее сесть кругом стола, нежели кругом какой-нибудь другой мебели. Таким образом достигли кругообращения стола, потом движения его во все стороны, боковых скачков, опрокидывания, поднимания, сильных ударов и т.д. Вначале это явление было названо «кружащимися» или «пляшущими столами».

До того времени это явление могло объясниться действием электрического или магнетического или особенного неизвестного тока; таково и было первое мнение. Но вскоре заметили в этом явлении действие разумной силы. Движения повиновались воле человека, стол направлялся направо или налево к указываемому месту или лицу, поднимался на одной или на двух ножках, ударял определённое число ударов, бил такт и т.д. С тех пор стало очевидно, что причина не была чисто физическая, и, ссылаясь на аксиому, что: «если всякое действие имеет причину, то всякое разумное действие должно иметь разумную же причину», заключили, что причина этого явления должна быть разумная.

Какого рода была эта разумная причина? Вот в чём состоял вопрос. Первая мысль была та, что это могло быть отражение разумной силы медиума или присутствующих, но опыт вскоре доказал невозможность такого предположения, потому что получили результаты совершенно чуждые мыслям и сведениям присутствующих лиц и даже противоречащие их понятиям, их воле и желаниям; следовательно, они могли принадлежать только незримому существу. Средство удостовериться в этом было очень просто: надлежало вступить в разговор с этим существом, что и сделали посредством некоторого числа условных ударов, значащих «да» и «нет» или означающих буквы азбуки, и таким образом получили ответы на различные заданные вопросы. Эти явления были названы «говорящими столами». Все существа, сообщившиеся таким образом и спрошенные об их естестве, объявили, что они духи и принадлежат к незримому миру. Так как подобные действия совершались во многих местностях через посредство различных лиц и обратили на себя внимание людей весьма серьёзных и просвещённых, то и невозможно допустить, чтоб это было всего лишь игрой воображения.

Из Америки это явление перешло во Францию и в другие страны Европы, где в продолжение нескольких лет кружащиеся и говорящие столы были в моде и сделались забавою гостиных; затем они надоели и их оставили, чтобы заняться другими развлечениями.

В непродолжительном времени явление представилось в другом виде, что и вывело его из области простого любопытства. Пределы этого краткого описания не дозволяют нам следить за ним во всех его фазах; мы прямо переходим к тому, что оно представляет более отличительного и что в особенности обратило внимание серьёзных людей.

Предварительно скажем мимоходом, что действительность явления встретила многих противников; одни, не обращая внимания на бескорыстие и достоинство испытателей, видели в нём только фиглярство. Люди, не признающие ничего вне материи, верующие только в видимый мир, думающие, что всё умирает вместе с телом, одним словом, матерьялисты, выдающие себя за «вольнодумцев», поставили существование невидимых духов в ряд нелепых басней; они назвали сумасшедшими принимающих это дело серьёзно и осыпали их язвительными насмешками. Другие, не будучи в состоянии опровергнуть факты и находясь под влиянием особенного рода понятий, приписывали эти явления исключительному влиянию дьявола, чем и старались испугать боязливых. Но в настоящее время дьявола никто не боится; о нём говорят так много и в таких различных видах его представляли, что освоились с этою мыслию и многие захотели воспользоваться случаем видеть, каков он есть на самом деле. Следствием было, что, исключая немногих боязливых женщин, объявление о появлении настоящего дьявола имело что-то увлекательное для всех тех, которые его видели прежде только на картинках или на театральной сцене; для многих оно было сильным возбуждением: так что желающие этим средством заградить путь новым идеям поступили против своей цели и сделались помимо своей воли пропагандистами тем действительнейшими, чем сильнее против них восставали. Другие критики не более имели успеха, потому что против доказанных фактов и точных рассуждений они не могли противоставить ничего более, как только одно отрицание. Читайте их издания об этом предмете – везде вы найдёте доказательство их незнания и несерьёзного исследования дела и нигде не встретите решительного доказательства его невозможности. Вот их доводы: «Я не верю, и, следовательно, это не существует; все верующие сумасшедшие; мы одни имеем привилегию разума и здравого смысла». Невозможно исчислить адептов, приобретённых серьёзною или шутовскою критикою, потому что везде находят одно только личное мнение, без доказательств противного. Будем продолжать наше изложение.

Сообщения посредством ударений были медленные и неполные; узнали, что подвижные вещи, как, например, корзинка, дощечка, к которым приделывали карандаш и на которые клали пальцы, двигались и чертили буквы. Впоследствии увидели, что эти вещи были только такие принадлежности, без которых можно было обойтись; опыт доказал, что дух, действуя на бездушный предмет и управляя им по своей воле, мог равно действовать на руку и водить карандаш. Тогда оказались пишущие медиумы, то есть лица, которые писали невольно, под влиянием духов, и делались таким образом их орудиями и переводчиками. С тех пор сообщениям не было более пределов и обмен мыслей мог совершаться с такою же быстротою и развитием, как между живыми людьми. Явилось обширное поле для исследования, открытие нового мира: мира невидимых, незримых существ, подобно тому как посредством микроскопа открыли мир существ бесконечно малых.

Что такое эти духи? Какую роль играют они во Вселенной? С какою целью сообщаются смертным? Таковы были первые вопросы, которые надлежало разрешить. Вскоре узнали от этих же духов, что они не отдельные существа Творения, но собственные души живших на Земле или в других мирах; что эти души, оставив свою телесную оболочку, витают в пространстве. Невозможно было более сомневаться, когда между ними узнали своих родственников и друзей, с которыми могли разговаривать; когда они сами привели доказательства своего существования, указали, что умерло в них только тело, что жива их душа, или дух, что они здесь, возле нас, видят нас и наблюдают за нами во время своей жизни, окружая попечениями тех, которых любили и воспоминание которых доставляет им сладчайшее утешение.

Вообще имеют совершенно ложное понятие о духах; они существа не отвлечённые, не неопределённые, как многие себе воображают, представляя их чем-то вроде слабого света или искры; напротив, они действительные существа, имеющие свою личность или определённый образ. Об этом можно сделать себе приблизительное понятие чрез следующее изъяснение.

Есть в человеке три существенные вещи: во-первых, душа, или дух, т.е. разумное начало, в котором находится мысль, воля и нравственное чувство; во-вторых, тело, или вещественная оболочка, тяжёлая и грубая, посредством которой дух входит в соотношение с внешним миром; в-третьих, перисприт, флюидическая, эфирная, легчайшая оболочка, служащая связующим звеном и посредником между духом и телом. Когда внешняя оболочка ветшает и не может более действовать, она распадается и дух сбрасывает её, как плод сбрасывает шелуху, дерево свою кору, одним словом, как оставляют старое платье, негодное для употребления; это называют «смертью». Итак, смерть есть уничтожение грубой оболочки духа: одно только тело умирает, дух же никогда. Во время земной жизни дух, так сказать, сжат узами соединённого с ним вещества, делающего часто недействительными его способности; смерть тела избавляет его от этих уз; он освобождается и приобретает свою свободу, как бабочка, выходя из своей куколки; но он оставляет только вещественное тело и сохраняет перисприт, составляющий для него род эфирного тела, воздушного, невесомого для нас, имеющего форму человеческого и, как кажется, первообразного тела. В нормальном состоянии перисприт невидим, но дух может подчинить его некоторого рода изменениям, делающим его временно доступным зрению и даже осязанию, как это бывает со сгущённым паром; таким образом духи могут иногда нам показаться в своих появлениях. Посредством перисприта дух действует на бездушное вещество и производит различные явления, как то: шум, движение, письмо и т.д.

Стучание и движение служат для духов средствами к засвидетельствованию их присутствия и к обращению на них внимания точно так же, как стучатся в дверь, чтобы уведомить, что к вам идут. Некоторые духи не довольствуются умеренным стуком, а поднимают шум вроде того, как будто бы разбивается посуда, отпираются и запираются двери или опрокидывается мебель.

Посредством условных ударов и движений они могут выражать свои мысли, но письмо представляется им к тому самым лучшим, самым скорым и самым удобным средством: потому они его и предпочитают. По той же самой причине, по которой они могут заставить писать слова, они могут также править рукой, чтобы рисовать, писать музыкальные ноты, играть на инструменте; короче говоря, за неимением собственного тела они употребляют тело медиума, чтобы явиться людям чувственным образом. Духи могут являться ещё многими другими способами. Некоторые личности, названные слышащими медиумами, имеют способность их слышать и таким образом могут разговаривать с ними; другие их видят: это видящие медиумы. Духи, являющиеся зрению, представляются вообще в образе подобном тому, который они имели во время своей жизни, но туманном; иногда этот образ имеет наружный вид живого существа, так что нередко их принимали за живых и могли с ними говорить и жать им руки, не подозревая, что видели перед собою духов, и узнавали их только по их внезапному исчезновению.

Способность видеть духов вообще и постоянно есть способность очень редкая, но отдельные явления случаются довольно часто, особенно во время смерти; освобождённый дух, кажется, как будто спешит увидеть своих родных и друзей, уведомить их, что он оставил землю, и сказать им, что он жив. Пусть всякий призовёт свои воспоминания – и увидит, сколько подобного рода подлинных случаев бывало с ним, не только ночью во время сна, но и среди бела дня, при полном бодрствовании, и в которых он не мог отдать себе ясного отчёта. Прежде смотрели на эти случаи как на нечто сверхъестественное и чудесное и приписывали их чародейству и колдовству; ныне неверующие относят их к воображению; но с тех пор, как спиритическая наука даёт ключ к таковым явлениям, знают, каким образом они производятся и что они не выходят из разряда естественных явлений.

Думают ещё, что духи потому только, что они духи, должны иметь высочайшее знание, высочайшую мудрость: опыт не замедлил доказать, что это заблуждение. Между получаемыми от духов сообщениями некоторые бывают преисполнены глубокомыслия, высокого красноречия, мудрости, нравственности и дышат добротою и благосклонностью; напротив того, другие весьма обыкновенны, легкомысленны, даже грубы и выказывают самое жалкое состояние ума. Так, очевидно, что они не могут проистекать из одного и того же источника и что, если есть добрые духи, то есть также и злые. Естественно, что духи, будучи душами людей, не могут сделаться совершенными тотчас после оставления тела, и что до тех пор, покуда они не сделают успехов, они сохраняют несовершенства телесной жизни, почему мы и видим духов различных степеней доброты и злобы, знания и невежества.

Вообще духи сообщаются с удовольствием и им приятно видеть, что их не забыли; они описывают охотно свои впечатления при оставлении земли, своё новое положение, свои радости или страдания в мире, где они находятся: одни очень счастливы, другие несчастны, некоторые претерпевают даже ужасные мученья, смотря по тому, какую они вели жизнь и какое сделали из неё употребление, хорошее или дурное, полезное или бесполезное. Наблюдая за ними во всех фазах их нового существования, смотря по бывшему их положению на Земле, роду их смерти, их прежнему нраву и их человеческим привычкам, приходим к познанию невидимого мира, ежели не совершенному, то по крайней мере довольно точному, чтобы знать наше будущее состояние и предузнавать счастливую или несчастливую судьбу, нас ожидающую.

Наставления, данные духами высшего ранга касательно предметов, относящихся к человечеству, их ответы на заданные им вопросы, собранные и старательно приведённые в порядок, составляют целое нравственное и философическое учение под названием Спиритизма. Следовательно, Спиритизм есть учение, основывающееся на существовании, проявлении и наставлениях духов. Философическая часть этого учения вполне изложена в «КНИГЕ ДУХОВ», часть практическая и опытная – в «КНИГЕ МЕДИУМОВ». По разбору этих сочинений, приведённому ниже, можно судить о разнообразии, обширности и важности предметов, в них заключающихся.

Как мы уже видели, Спиритизм возымел своё начало от простого явления: кружащихся столов; но как такие явления занимали более глаза, нежели разум, и возбуждали более любопытства, нежели чувства, то, удовлетворив любопытству, они перестали обращать на себя внимание, тем более что их не понимали. Но иное было следствие, когда теория объяснила причину; особенно когда увидели, что из этих вертящихся столов, которыми несколько времени забавлялись, выходило целое нравственное учение, говорящее душе, рассеивающее томительные сомнения, удовлетворяющее всем стремлениям, оставленным в неопределённости от неполного учения о будущности человечества. Люди серьёзные приняли новое учение как благодеяние, и с тех пор оно не только не ослабевало, но распространяется с невероятною быстротою; в продолжение трёх или четырёх лет оно привлекло на свою сторону во всех частях мира бесчисленное множество приверженцев, в особенности людей просвещённых, число которых умножается в чрезвычайной прогрессии, так что ныне можно сказать, что Спиритизм приобрёл право гражданства; он опирается на такие твёрдые основания, что может отразить все нападки своих противников, силящихся из собственных видов его опровергнуть; это доказывается тем, что их нападения и критика не приостанавливают ни на минуту его распространения: это есть событие, подтверждённое опытом, которого противники Спиритизма никогда не могли объяснить; спириты отвечают просто, что, если он распространяется несмотря на критику, это значит, что его находят хорошим и что его доводы предпочитают доводам его противников.

Однако же, Спиритизм – не новое открытие; факты и начало, на которых он основывается, теряются в глубокой древности, ибо мы находим его следы в верованиях всех народов, во всех религиях, у многих духовных и светских писателей; но события за недостатком исследования часто были объяснены по суеверным понятиям невежества, и из них не вывели всех должных заключений. В самом деле, Спиритизм основан на существовании духов; но так как духи суть не что иное, как души людей, следовательно, с тех пор, как есть люди, есть и духи, Спиритизм не открыл и не выдумал их. Если души или духи могут являться людям, значит, что это в порядке вещей, и, следовательно, они должны были являться всегда: потому-то всегда и везде мы находим доказательства таковых проявлений, в особенности в библейских повествованиях. Новейшему времени принадлежит только логическое изъяснение событий, полнейшее знание естества духов, их назначения, образа их действий, открытие нашего будущего состояния, наконец, обращение Спиритизма и его различных применений в науку и учение. Древние знали начало, в настоящее время знают подробности. В древности изучение этих явлений было привилегией известных каст, которые их открывали только посвящённым в их таинства; в средние века на занимающихся ими открыто смотрели как на колдунов и жгли их; но ныне нет тайны ни для кого и более никого не жгут; всё делается среди бела дня, и всякий может, по желанию, просветиться этим учением и упражняться в нём, ибо медиумы находятся везде.

Самое учение, преподаваемое ныне духами, не имеет ничего нового; мы его находим отрывками у многих философов индийских, египетских и греческих, и во всей полноте – в учении Христа. Какая же польза от Спиритизма? Он подтверждает новым свидетельством и доказывает фактами истины, не признанные или дурно понятые, восстановляя ложно растолкованный их истинный смысл.

Спиритизм ничему новому не учит, это правда; но разве мало доказать явным и неопровержимым образом существование души, переживающей тело, её индивидуальность после смерти, её бессмертие, наказания и награды в будущем? Сколько людей веруют в это, но веруют неопределённою затаённою мыслью сомнения и думают в глубине души: «Однако же, если это неправда?» Сколько людей было доведено до неверия потому только, что будущая жизнь была представлена им в таком образе, которого их разум не мог принять за истинный. Разве этого мало, что колеблющийся верующий может сказать: «Теперь я уверен!», или когда слепой опять увидит свет? Фактами и своею логикой Спиритизм рассеивает душевное беспокойство сомнения и приводит к вере оставивших её; он открывает нам существование незримого мира, нас окружающего и посреди которого мы живём, того не подозревая. Он нас учит, примером тех, которые жили, узнавать условия нашего будущего счастья или несчастья; изъясняет причину наших земных страданий и даёт нам средство к их облегчению. Его распространение будет иметь неизбежным следствием уничтожение матерьялистского учения, не могущего устоять против очевидности. Человек, уверенный в величии и важности своего будущего существования в вечности, сравнивает его с непостоянством земной жизни, столь короткой, и мысленно возвышается над ничтожными суетностями человеческими; зная причину и цель этих ничтожностей, он их переносит с терпением и безропотно, ибо понимает, что оне служат ему средством к достижению лучшего состояния. Пример приходящих из-за гроба для того, чтобы сообщить нам свои радости и страдания, доказывает действительность будущей жизни и вместе с тем и правосудие Божие, не оставляющее ни одного порока без наказания и ни одной добродетели без награды. Прибавим, наконец, что сообщения с утраченными нами любимыми существами доставляют сладчайшее утешение и доказывают, что они не только существуют, но менее с нами разлучены, как если б они находились в живых, но в чужом краю.

Наконец, Спиритизм услаждает горечь житейских скорбей, укрощает отчаяние и волнение души, уничтожает сомнение и страх перед будущим, останавливает мысль о сокращении жизни самоубийством и, следовательно, делает счастливыми тех, которые убеждены в его истинах. Вот в чём заключается великая тайна его распространения.

С религиозной точки зрения, Спиритизм основывается на фундаментальных истинах всех религий: на существовании Бога, существовании души, на бессмертии, награде и наказании в будущем; но он не имеет никакого особенного богослужения. Его цель – доказать неверующим или сомневающимся, что душа существует, что она переживает тело, что после смерти она подвергается последствиям добра и зла, совершённых ею во время телесной жизни; эти истины находятся и во всех религиях. Как верование в духов, Спиритизм принадлежит равно всем религиям и всем народам, потому что везде, где есть люди, есть и души (или духи), потому что проявления их были всегда и потому что рассказы о них находятся во всех религиях без исключения. Итак, можно быть греческим ортодоксом или римским католиком, протестантом, иудеем или мусульманином и верить в проявление духов, следовательно, быть и спиритом; что доказывается тем, что Спиритизм имеет единомышленников во всех сектах. Как учение нравственное, Спиритизм – учение существенно христианское, ибо он есть развитие и применение учения Христа, учения чистейшего и превосходство которого никем не оспаривается; очевидное доказательство, что учение это есть закон Божий; нравственность же его доступна всем.

Спиритизм, будучи независим от всякого образа богослужения, ни одного не предписывая и не занимаясь особенными догмами, не есть особенная религия, ибо он не имеет ни своих священников, ни своих храмов. Вопрошающим его: хорошо ли они делают, что придерживаются таких-то обрядов? – он отвечает: «Если вы думаете, что ваша совесть того требует, исполняйте их: Бог всегда воздаёт за намерение». Одним словом, он никому не налагает себя насильно; он не обращается к верующим, довольствующимся своею верою, но к большому числу сомневающихся и неверующих; он их не отнимает у Церкви, ибо они нравственно отделились от неё во всём или отчасти; он заставляет их пройти три четверти пути, чтобы опять вступить в неё; ей остаётся исполнить только остальное.

Правда, Спиритизм опровергает некоторые верования, как, например, вечность наказаний, вещественный огонь адский, личность дьявола и т.п.; но не известно ли, что эти верования, будучи доведены до крайности, рождали и всегда рождают неверующих? Если Спиритизм, рационально объясняя эти и некоторые другие догмы, возвращает к вере оставивших её, не делает ли он услугу религии? По этому случаю один достопочтенный священник сказал: «Спиритизм заставляет верить чему-нибудь; лучше верить чему-нибудь, нежели ничему не верить».

Так как духи суть души, следовательно, нельзя отрицать духов, не отрицая души. Признав такой вывод, встречаем самый простой вопрос: «Души умерших могут ли сообщаться живым?» Спиритизм подтверждает это вещественными фактами; какое же можно привести доказательство, что это невозможно? Если это существует, все возможные отрицания не помешают, чтобы оно было, потому что это не есть ни система, ни теория, но закон Природы; а против законов Природы воля человека бессильна; волей или неволей надобно признать их и сообразовать с ними свои верования и привычки.


1864г.


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   14


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница