Морской бой



страница3/6
Дата17.10.2016
Размер0,94 Mb.
1   2   3   4   5   6

Съемки на эсминце

Помимо разрешения на съемку на борту линкора «Миссури», съемочной группе дали добро на «недельную оккупацию» действующего эсминца ВМФ США. Эсминец «Хоппер» (название которого по невероятной случайности совпадает с именем героя Китча) был спущен на воду в январе 1996 года. В сентябре 2010 года он пришвартовался к пристани Перл-Харбора для прохождения регулярного технического обслуживания.

««Хоппер» является полной копией другого эсминца – «Джон Пол Джонс», – говорит Хоффман о корабле. – Офицеры благосклонно позволили нам пройтись по взлетно-посадочной палубе, основной палубе, заглянуть на мостик и полубак. Этот эсминец класса «Арли Берк» оснащен управляемыми ракетами. Еще его называют ракетоносцем «Эгида» или эсминцем «Эгида» («Эгида» – американская военно-морская многофункциональная боевая информационно-управляющая система. Прим. пер). На борту установлена радиолокационная станция с фазированной антенной решеткой. Длина эсминца – 154 метра, водоизмещение – 9000-9500 тон. Укомплектованная команда состоит из 260 моряков, которые профессионально обучены справляться с любой поставленной командованием задачей – начиная с обеспечения противоракетной обороты и вплоть до погони за сомалийскими пиратами».

«Офицеры флота оказали нам огромную помощь, – признается Михан, который договаривался с официальными представителями Перл-Харбора, руководством военно-морских маневров в тихоокеанском регионе и капитанами кораблей. – Мы сказали, что нам нужен эсминец – флотские тут же предоставили в наше распоряжение «Хоппер». Все остальные эсминцы были в открытом море на выполнении своих повседневных задач. Примечательно, что «Хоппер» – единственный корабль в составе ВМФ США, который назван в честь женщины. По словам Михана, адмирал Грейс Мюррей Хоппер была «пионером в мире компьютерных технологий и принесла свои богатейшие знания во флот».


Футбольный матч в рамках военных маневров

Доступ к базе, причалу и кораблям съемочной группе обеспечил капитан Рик Китченс. Именно под его командованием находились все службы Перл-Харбора в сентябре 2010 года. Официальное звание Китченса – командир объединенной базы «Перл-Харбор – Хикэм» (недавно военно-морская база «Перл-Харбор» объединилась с военно-воздушной базой «Хикэм»). В его компетенцию входит порт с 11 судами и 18 подводными лодками. Свою вотчину Китчерс шутя называет «одной третью национальной подводной ударной мощи». «С одной стороны, управлять Перл-Харбором не так просто, – говорит капитан. – С другой, нет большего почета, чем командовать базой с такой богатой и скорбной для Америки историей, как эта».

На протяжении трех недель съемочного периода (а также во время длительного подготовительного этапа) Китченс обеспечивал съемочной группе комфортные условия для продуктивной работы. К многочисленному списку его заслуг следует отнести и футбольный матч, сцену с которым Берг снял в Перл-Харборе. В 2010 году весь мир готовился к Кубку Мира, и съемочная группа не была исключением.

В футбольном матче участвовали американские и японские моряки. Для съемки сцены режиссер выбрал поле с видом на пристань. «Мне показалось очень правильно начать фильм именно с футбольной сцены – ведь этот вид спорта понятен и любим фанатами по всему миру, – объясняет Берг. – Мы нашли местную команду, в которой были как американские, так и японские игроки. Вообще, изначально мы должны были снимать американский футбол, но получилось слишком уж скучно. А потом мы узнали, что существует Кубок военно-морских маневров тихоокеанского региона, в которых представлены команды всех стран, участвующих в учениях. И судьба первой сцены была решена».

Боули нашла сотню человек, которые должны были исполнить роль массовки фанатов, стоящих по краям поля. Однако в день съемки массовки набралось на несколько сотен человек больше – американские и японские матросы, чьи суда стояли в этот день на рейде Перл-Харбора, не могли пропустить такое зрелище и пришли по доброй воле. Кроме того, кто же откажется засветиться перед камерой всемирно известного режиссера? Кинематографисты попросили вновь прибывших проявить максимум эмоций по мере забивания голов, и те с радостью согласились.

Локейшн-менеджер Майкл Михан рассказывает: «Я попросил руководство порта вывести несколько кораблей к причалу «Браво». В идеале, конечно – эсминцев. Мой вопрос-просьба состоял в следующем: «Доступен ли сейчас какой-нибудь эсминец, и можем ли мы его передислоцировать к конкретному причалу?» На наше счастье именно в тот момент в порт входил эсминец «Шуп» (еще один современный корабль, спущенный на воду в 2000 году), который пришвартовался именно там, где нам было нужно».

«Нам очень повезло, что в порту оказалось столько кораблей, – признается капитан Китченс. – Например, на рейде стоял японский эсминец «Киришима», который принимет активное участие в военно-морских маневрах. Корабль пришвартовался в Перл-Харбор для наладки ракетных систем, которые в ближайшее время планировалось испытать».

Многие члены съемочной группы сильно удивились, увидев японский военный корабль на рейде Перл-Харбора. «С Японией мы подписали договор о взаимной обороне, – успокоил волнующихся капитан Китченс. – Времена Второй Мировой войны, когда наши страны воевали друг против друга, давно прошли. Теперь мы объединяем военные силы со всеми странами тихоокеанского региона, с подавляющим большинством подписаны пакты о взаимной обороне. Японские суда приходят в Перл-Харбор уже много лет, и между нами наладились очень уважительные отношения. У японцев самые опрятные и красивые корабли. Как профессиональный моряк вынужден это признать».


Кладбище Панчбоул

Действительно, 70 лет назад во время Второй Мировой войны, все было по-другому. Страны были непримиримыми врагами, потери с обеих сторон оценивались тысячами человек. Останки многих американских героев захоронены на Гавайях на Национальном Тихоокеанском мемориальном кладбище, которое известно, как кладбище Панчбоул.

Кладбище находится в кратере Пуовайина (или Панчбоул), который в древности называли «Жертвенным холмом». Многие из похороненных здесь состояли на военной службе США и погибли во время трагических событий в тихоокеанском регионе. Официально кладбище открылось 2 сентября 1949 года, хотя среди первых захороненных были и 776 погибших 7 декабря 1941 во время атаки на Перл-Харбор.

На кладбище, которое находится на холме рядом со столицей, находится также Мемориал Гонолулу, который был возведен с санкции Американской комиссии по военным памятникам в 1964 году. Длинная сужающаяся лестница заканчивается у подножья гигантской мраморной плиты со статуей Колумбии (женского образа, олицетворяющего США) и цитата из письма Авраама Линкольна к миссис Биксби, которая потеряла пятерых сыновей на полях сражений. Стены, окружающие лестницу, испещрены именами 28 778 солдат, отдавших свои жизни во время Второй Мировой войны, а также войн в Корее и Вьетнаме. «Мемориальный комплекс Панчбоул – один из самых впечатляющих среди тех, которые я когда-либо видел», – признается Михан. Одна из ключевых сцен фильма, которая снималась 11 сентября 2010 года – адмирал Шейн награждает медалями героев картины – снималась на территории мемориала Панчбоул.

«Язык не поворачивается назвать этот мемориал кладбищем, – делится Михан своими впечатлениями об увиденном великолепии во время первого посещения острова. – Ему больше подошло бы определение «мавзолей» или «святилище». Где еще на Земном шаре увидишь такую красоту? Здесь невольно понижаешь голос, переполняемый уважением к павшим согражданам».

Хоффман тоже не может забыть то утро, когда снималась сцена у мемориала: «На восходе солнца мы начали собирать массовку, большинство статистов были матросами в увольнительной и пришли в своей собственной форме. Один их офицеров ВВС, которому досталась роль японского моряка, предложил исполнить национальный гимн перед салютом. Питер эту идею одобрил. После того, как актеры, статисты и представители съемочной группы заняли свои места, мы услышали очень проникновенно исполненный гимн в одном из красивейших мест на Земле».


Ранчо Каилуа

Далее по съемочному плану следовала работа в павильонах города Батон-Руж. Однако перед этим съемочная группа сняла еще несколько немаловажных сцен на Гавайях – на ранчо Каилуа, одна из наиболее популярных натурных площадок Голливуда. В упомянутой сцене герои Декер, Гадсона и Линклейтера находят инопланетян, строящих коммуникационную башню. По сценарию место называется «эпицентр».

Ранчо Каилуа занимает 16км2 острова Оаху и представляет сущий рай для локейшн-менеджеров. Здесь можно найти и непроходимые джунгли, и бескрайние поля, и остроконечные горные вершины, и белоснежные песчаные пляжи. Всего в 40 километрах от пляжей Вайкики находится действующее ранчо, которое попало в кадр множества самых различных фильмов, начиная с телесериалов «Остаться в живых» и «Гавайи 5.0» и заканчивая полнометражными картинами ПАРК ЮРСКОГО ПЕРИОДА, ПЕРЛ ХАРБОР и ГОДЗИЛЛА.

Ранчо, территория которого некогда находилось в собственности королевской семьи, последние 45 лет активно эксплуатируется Голливудом. Так сложилось, что первой ласточкой стала драма 1965 года ПО МЕТОДУ ХАРМА. В 1850 году ранчо было куплено частными лицами, наследники которых живут там по сей день и регулярно водят экскурсии по памятным местам.

«На ранчо Каилуа можно найти, пожалуй, самые живописные виды на всех Гавайях, – считает местный локейшн-менеджер Лаура Соде-Маттесон. – Это место просто создано для кинематографистов. С одной стороны, вы здесь можете найти обширные территории девственной природы, а с другой – под боком у вас будет вся богатая инфраструктура Оаху с отелями, ресторанами и всем прочим».

По словам Соде-Маттесон, Бергу нужен был «горный хребет, нетронутый цивилизацией». «Мы нашли возвышенность, с которой видно весь залив Канэохэ – самый крупный залив на островах, – говорит туземка. – Отсюда открывается отличный вид. Было и еще одно место – часть ранчо, которая называется Хакипу. Здесь киношников встретишь не часто, потому что локация слишком удалена от цивилизации. Но место оказалось идеальным – если с холма посмотреть назад, на океан, можно представить Перл-Харбор с многочисленными кораблями, качающимися на воде».

К ее чести надо добавить, что Соде-Маттесон смогла сделать то, чего на Гавайях никогда не делалось ранее. Лаура смогла договориться с властями, чтобы перекрыть одно из трех главных шоссе на половину дня. Однако труды того стоили – с некоторых обзорных точек открывались поистине потрясающие виды на залив. «Мы перекрыли шоссе Н-3 только в одном направлении, – пытается отшутиться Соде-Маттесон. – Так что мы не так уж навредили транспортной системе, как может показаться на первый взгляд».
Съемки в Луизиане

В третью неделю октября 2010 года кинематографисты распрощались с гостеприимными Гавайями и отправились в город Батон-Руж, столицу Луизианы. Здесь на протяжении двух месяцев в четырех независимых павильонах должны были сниматься сцены в корабельном интерьере. Площадки съемочной группе предоставила студия Raleigh Studios, располагающаяся на территории медиа-центра Celtic. Медиа-центр открылся в 2007 года в 15 километрах на восток от Батон-Руж, если двигаться вдоль реки Миссисипи. Почти полтора гектара заняли восемь огромных павильонов. Кроме того, в этом месте съемочная группа получила доступ к еще одному историческому военно-морскому судну.

Эскадренный эсминец «Кидд» класса «Флетчер» сошел со стапелей в 1943 году и был назван в честь героя Второй Мировой войны контр-адмирала Исаака Кэмпбелла Кидда. Во время японской атаки на Перл-Харбор он находился на капитанском мостике флагмана «Аризона». Эсминец «Кидд» прошел войну в Корее, после которой часто использовался в качестве тренировочной площадки для новобранцев. Корабль так и не был модернизирован со времен Второй Мировой, и является единственным эсминцем ВМФ США, так и не изменившемся внешне. Сейчас эсминец стоит на реке Миссисипи – на борту корабля функционирует музей его боевой славы. Высокая усадка эсминца позволяет ему безболезненно переносить динамично меняющийся уровень воды в реке, перепады которого в некоторые месяцы достигают 12 метров. Полгода корабль стоит на причале, другие полгода проводит в сухом доке.

Батон-Руж находится далеко от какой бы то ни было военно-морской базы, поэтому Берг и капитан Хоффман подобрали моряков для массовки на базе Мейпорт в Джексонвилле, штат Флорида. «Я заезжал в Мейпорт на пути из Гавайев в Батон-Руж и видел в сухом доке корабль, которым когда-то командовал – крейсер «Hue City», – вспоминает Хоффман. – Было достаточно сделать несколько звонков капитану судна, и а нашем распоряжении столько добровольцев, сколько нам было нужно. Все они взяли с большим трудом заработанные увольнительные, чтобы принять участие в съемках».

Компанию морякам с «Hue City» составили матросы эскадренных эсминцев «Карни» и «Салливанс», входящие в 24-ю эскадру Атлантического флота США. Многие из матросов даже получили реплики, которые вошли в финальную версию фильма.
СТРОИТЕЛЬСТВО КОРАБЕЛЬНЫХ ДЕКОРАЦИЙ
За несколько месяцев перед тем, как в Луизиану приехала съемочная группа, художник-постановщик Нил Спайсэк со своей командой и бригадой строителей начал сооружать декорации, в точности повторяющие интерьеры корабля «Джон Пол Джонс». В общей сложности Спайсэк разукрасил четыре из восьми павильонов Raleigh Studios.

«Разумеется, мы стремились к тому, чтобы декорации выглядели, как настоящий корабль, – говорит художник, который уже работал с Бергом над фильмом ХЭНКОК. – Честно сказать, не важно, насколько грандиозную площадку ты создашь, разница с реальным местом все равно будет присутствовать. Но мы очень старались сделать так, чтобы эта разница была сведена к предельному минимуму».

Учитывая то, что ему пришлось иметь дело с военными кораблями, Спайсэк вместе с главным декоратором совершил экскурсию по одному из эсминцев – 43-му эскадренному миноносцу «Ченг-Хун». Кроме того, много интересного и полезного о кораблях военного флота художнику рассказал его коллега по цеху Уильям Лэдд Скиннер. «Он работал на многих военных фильмах, в частности и на тех, где присутствовали водные баталии, – говорит Спайсэк о Скиннере. – Поэтому у него, что называется, наметанный глаз относительно всего, что связано с флотом».

Скиннер работает в Голливуде с 1975 года. В его послужном списке такие блокбастеры, как первые два фильма франшизы ПИРАТЫ КАРИБСКОГО МОРЯ и сага о подлодке времен Второй Мировой войны Ю-571. На последнем он также выполнял функцию художника-постановщика. Скиннер стал очень ценным приобретением для команды Спайсэка, как и некоторые другие консультанты, включая декоратора Ларри Диаса, помощника арт-директора Марка Тейлора и координатора строительных работ Роберта А. Блекберна.

В павильоне №5 уже была некая металлическая конструкция. Спайсэк решил переделать ее в интерьер машинного отделения. «Мы не загоняли себя в слишком строгие рамки, чтобы обстановка выглядела естественно, – говорит Спайсэк. – Я побывал в машинном отделении одного из кораблей – оно было настолько чистым, что едва не сверкало. В цветовой гамме мы сделали установку на оттенки серого – так было легче добавить и убрать свет в случае необходимости».

Машинный отсек в точности повторял те, которые можно увидеть на современных эсминцах – реактивные двигатели от компании Rolls Royce, электроника и проводка от компании GE. Было добавлено свободное место, чтобы оператору было, где развернуться. Были также внесены иные коррективы в соответствии с требованиями сценария. Обычно реактивные двигатели оснащены огнеупорным, шумоподавляющим и жаропонижающим модулями. Художники решили эти дополнительные модули изъять, чтобы обнажить механизм и показать двигатели современной военный машины во всей красе.

«Турбореактивные двигатели производят компании General Electric и Rolls Royce, – объясняет Скиннер. – У эсминцев такого класса по два гребных винта, каждый из них приводится в движение своим мотором. Соответственно, в корабле не одно машинное отделение, а два – по одному с каждого борта. Каждый мотор состоит из двух турбореактивных двигателей, причем один – поменьше, а другой – побольше. Тот, который побольше, мы и «сконструировали»».

«Все, что вы увидите в кадре, действительно имеет отношение к машинному отделению эсминца, – уточняет Спайсэк. – Однако нам пришлось немного «раздвинуть стенки», чтобы дать актерам определенное пространство для маневра. В частности, именно в этом отсеке Зверю предстоит биться с пришельцем. Настоящее машинное отделение состоит из пяти этажей. Декорацию мы немного уменьшили, поскольку действие происходит по большей части на первом этаже».

«Капитан корабля курсирует между мостиком и боевым информационным постом (БИП), – говорит художник, выстроивший три помещения в пятом павильоне одно за другим. – Очень важно, чтобы зрители видел, что происходит в открытом море, поэтому мостик является едва ли не самой важной декорацией. Трудность состояла в том, что нам пришлось делать два аутентичных мостика – для человеческого флота и кораблей пришельцев».

По словам Скиннера, БИП функционирует, получая указания от офицеров на мостике. «Фактически, эсминец ведет бой из БИПа, это своего рода сердце военного корабля, – объясняет эксперт. – Он находится под верхней палубой. Отсюда флотские асы следят за всеми наступательными и оборонительными маневрами судна. Битва с пришельцами не стала исключением этого безоговорочного правила. В МОРСКОМ БОЕ вы увидите, как ведет бой линкор и эсминец во всех мельчайших деталях. Такого в кино не было уже довольно давно. Поэтому при создании декораций мы уделяли большое внимание мелочам».

Далее очередь дошла до капитанского мостика. Художники рассказали, что для съемок некоторых сцен использовался гироскопный подвес с дистанционным управлением. «На мостике снималась одна из самых зрелищных сцен фильма, однако требовалось, чтобы платформа была подвижной, – вспоминает Спайсэк. – Специальное устройство позволило оператору снимать, в то время как подвижная платформа наклонялась в разные стороны, тряслась и качалась на океанских волнах. Оборудование обошлось продюсерам в копеечку, поэтому мы решили выжать максимум из этой площадки».

Решение, предложенное Спайсэком, состояло в том, чтобы выстроить единую площадку с капитанским мостиком для всех кораблей. Для начала всю рабочую площадь седьмого павильона затянули в хромакей. Площадка должна была играть роли капитанского мостика на эсминце «Сэмпсон» (под командованием капитана Стоуна), на японском крейсере «Миоко» (капитан Нагата) и на эсминце «Джон Пол Джонс» (капитан Хоппер).

«Строителям и декораторам пришлось уделить особое внимание деталям, потому что платформа должна была двигаться, – говорит Спайсэк об устройстве площадки. – Все стационарные предметы должны были быть хорошо укреплены. Подвес был единственной деталью, выдававшей в интерьере съемочную площадку. В остальном это был точь-в-точь капитанский мостик».

Дизайном гироскопного подвеса занялся ветеран спецэффектов Барт Далтон, который ранее работал с Бергом над фильмами СОКРОВИЩЕ АМАЗОНКИ и КОРОЛЕВСТВО. Команда Далтона собрала подвес с учетом требований конкретной съемочной площадки и задач сценария. Масса стальной конструкции составила около 68 тон, а размеры – 20 метров в длину и 9 метров в ширину. Подвес удерживался в двух метрах от пола.

«Эта управляемая компьютером махина оказалась на удивление прочной, так что актеры были вольны делать любые телодвижения – от едва заметных до весьма агрессивных, – объясняет Далтон. – Должен признаться, раньше мы ничего подобного никогда не делали. Нужно было, чтобы платформа не слишком возвышалась над землей – не более двух метров. Ниже мы опуститься не могли, потому что хромакей начал бы бликовать в стеклах и на лицах актеров».

«Подвес добавил реализма актерской игре так, словно они действительно находились в открытом море, – отмечает Далтон. – Однако были сцены, когда подвес работал по своему прямому назначению – например, когда судно наталкивалось на преграду или сотрясалось от взрыва. В одной из таких сцен инопланетяне выбивают все стекла при атаке эсминца «Сэмпсон». Мы подорвали все стекла маленькими неприметными взрывпакетами и серьезно тряханули подвес. В определенные моменты мы могли начать опускать площадку и резко затормозить – у актеров непроизвольно подкашивались ноги, и они были вынуждены искать опору, чтобы не упасть. Если же судно начинало тонуть, подвес помогал нам для демонстрации критичного угла наклона».


ЗАХВАТЧИКИ И ИХ ВООРУЖЕНИЕ
Продюсеры хотели, чтобы зрители МОРСКОГО БОЯ увидели нечто невообразимое. «На экране появятся самолеты, корабли, пришельцы, шредеры и головорезы, – рассказывает Шнейр. – На глазах игра «Морской бой», на которой все выросли, оживет и приобретет внушительный размах. А в основе этого зрелища будет лежать история о группе людей, которые противостоят практически неуязвимому противнику».

Все вышеперечисленное создавалось лучшими специалистами студии Industrial Light & Magic (ILM) под руководством супервайзеров по визуальным эффектам Грэйди Кофера и Пабло Хельмана. «Мы приложили немало усилий на разработку инопланетян, которые, по нашим соображениям, не должны слишком отличаться от людей, – говорит Обри. – Разумеется, некоторые разительные отличия будут, но мы пестовали идею о том, что жизнь может развиваться параллельно земной на какой-либо другой планете. Инопланетяне, скорее всего, используют те же природные ресурсы, что и мы, и цивилизация у них развивается в том же направлении, что и на Земле. Кроме того, Пит был очень озабочен тем, чтобы у каждого из пришельцев был свой уникальный характер, так что вы сможете без труда отличить одного от другого хотя бы по поведению».

Стубер признается, что был поражен угрожающей внешностью гуманоидов не в меньшей степени, чем их кораблями и межгалактическим оружием. «ILM сами предложили несколько вариантов внешности пришельцев, – вспоминает продюсер. – Я работаю с компанией уже много лет, и все же не устаю поражаться фантазии этих ребят. Каждая из их идей кажется новой и необычной, несмотря на то, что все новое уже по определению должно выглядеть, как «хорошо забытое старое»».

Уникальные инопланетные устройства, названные «шредерами», разрабатывались общими усилиями супервайзера по визуальным эффектам Барта Далтона и специалистов ILM. «В фильме мы представили весь инопланетный военно-морской флот, которого никто никогда раньше не видел, – говорит Берг. – Лучшие моделлеры студии ILM занимались разработкой трехмерных моделей кораблей и зданий, прикидывая, каким может быть вооружение такой нации. Морское сражение кораблей пришельцев и эсминцами класса «Эгида» получилось предельно зрелищным и захватывающим. Для инопланетян был разработан внушительный арсенал. Одна из систем оружия нападения является шредер – интеллектуальная система, запрограммированная уничтожать все на своем пути».

«Сфера примерно 2,5 метра в диаметре разрывает все, к чему прикоснется, – описывает Хельман новейшее оружие. – По сути это некое скопление лезвий и шестеренок, которые режут метал и цемент, как нож – масло».

«Пит устроил мозговой штурм, в рамках которого мы должны были придумать дьявольское оружие, используемое инопланетянами, – вспоминает Обри. – Среди прочих обсудили и концепцию шредеров. Представьте себе огромный, размером с комнату клубок цепей с заостренными звеньями, которые крутятся с невероятной быстротой. Такой клубок может запросто вгрызться в центр Земли, что уж говорить об автомобилях и кораблях».

Шредеры появляются в самых кульминационных сценах фильма. «По большей части шредеры нарисованы на компьютере, потому что с точки зрения практических эффектов мы были фактически бессильны, – признается Далтон. – Функционирование конструкций никаким законам Ньютона не поддается. Взять, например, сцену, в которой шредер гонится за одним из героев по корабельному коридору. Снимая эту сцену, мы понимали, что уничтожать коридор нельзя, потому что возможно придется делать несколько дублей».

Однако «сопутствующий урон» Далтону и его бригаде нанести все же пришлось – в одной из сцен они не без помощи шредера разрезали автобус. По сценарию смертоносное устройство проезжало по шоссе, перемалывая в труху фонарные столбы и легковые машины, а напоследок разрубало автобус на две равные части. «Для этого фокуса мы приготовили три отдельные секции автобуса», – делится секретом иллюзии Далтон. Для съемки сцены Спайсэк и его команда обтянули хромакейным экраном 120 метров шоссе в Батон-Руж.

«Автобус тянула мощная лебедка, позволяющая передвигать тяжелые машины со скоростью 25-30 км/ч, – описывает Далтон технологию разделения автобуса шредером. – Части автобуса были скреплены специальными металлическими пластинами с небольшими взрывпакетами. В момент, когда шредер добирался до автобуса, взрывпакеты детонировали и авто «разрывалось» на две части. Нам пришлось установить дополнительные тормоза, которые включались автоматически. За рулем автобуса сидел каскадер, которому пришлось на собственной шкуре ощутить весь этот ад со взрывами».

Сцена снималась на протяжении двух недель режиссером второй съемочной группы Филом Нельсоном. «В первом кадре мы видим, как шредер вылетает из жерла орудия корабля инопланетян, направляясь к шоссе, – рассказывает Хельман, который помогал команде Далтона в организации трюка. – На самом деле, это было не совсем шоссе, а, скорее, 100 метров асфальта с хромакейными стенками. С этим участком мы могли делать все, что заблагорассудится. Мы взрывали автобусы, грузовики, легковые машины… Моя любимая часть работы! Самыми удачными оказались кадры, которые были сняты при помощи комбинирования реальных эффектов, работы с миниатюрами и компьютерной графики».

Хельман, который отработал в ILM 15 лет, признается, что до сих пор любит помять глину в руках. «Даже создавая предмет внеземной цивилизации, мы должны руководствоваться чем-то приземленным, – говорит он. – Если мы разрабатываем шредер, то ищем его «прототип» в каком-нибудь «Леруа Мерлен». Чтобы понять, как свет будет играть на рабочей поверхности шредера, достаточно взять любую металлическую поверхность и выставить ее на солнечный свет. На самом деле, наша работа не слишком отличается от дизайна нового автомобиля».

Еще одна разработка ILM – подводный транспорт пришельцев, который земляне назвали «стингером». Общую концепцию прототипа предложил Берг: «За основу я взял поведение водолюбивых насекомых. Транспортные средства изначально расположены так, что задняя их часть возвышается над передней. Затем они всплывают и остаются на поверхности воды, как водомерки. Мне хотелось, чтобы инопланетные корабли передвигались несколько иначе, чем земные».

«Стингеры – военные корабли пришельцев, которые появляются откуда-то из-под воды, – уточняет Кофер. – Пит предложил: «А что если эти корабли смогут взмывать в воздух и приводняться в другом месте?» Нас эта идея заинтриговала. Разумеется, фильм фантастический, но идеи в нем весьма реальные».

Кофер уточнял у аниматоров все технические детали инопланетных конструкций, вплоть до мелочей: «Я задавал им массу вопросов, для ответа на которые также нужно было подключить воображение, типа «Как такие массивные корабли будут двигаться? Как они устроены?» и так далее. Мы начали с того, что устроили показательный бой между стингером и эсминцем ВМФ США. Стингер прыгал вокруг корабля, обороняясь и атакуя, эсминец также пытался маневрировать. Прыжки получились просто потрясающе и стали главной фишкой кораблей пришельцев».

Впрочем, Кофер признает, что пришельцы, шредеры и стингеры были не главной трудностью кинематографистов. «МОРСКОЙ БОЙ поднимает планку симуляции водных поверхностей на новую высоту, – объясняет Кофер. – Как не трудно догадаться из названия, в фильме будет много водных сцен. Нам пришлось немало поработать над волнами и всплесками, не говоря уже о тумане, брызгах и пене. Мы в ILM назвали этот фильм «Водный проект МОРСКОГО БОЯ». Я уже не буду рассказывать о том, как долго и кропотливо мы работали над глубоководными сценами».

Команда много работала с материалом, отснятым океанологами, а также изучали водную среду сами. На постпродакшен ушел целый год, немалая часть которого была посвящена именно визуальным эффектам. «Пит ставил перед нами очень четкие задачи – какой высоты должны быть волны, с какой скоростью должен в них врезаться нос корабля и так далее, – объясняет Кофер. – Он сам часто выходил под парусом и знает, как вода должна выглядеть в различных погодных и прочих условиях. Например, когда большой корабль набирает скорость, его нос «отваливает» воду, как плуг отваливает вспахиваемую землю».

В качестве исследования водных поверхностей команда Кофера отсняла много видео больших кораблей, идущих по морю в шторм. «Вообще, это что-то невообразимое, – поражается Кофер. – Трудно себе представить, чтобы такую махину швыряло и болтало по волнам, как пушинку. По счастью, такое можно ощутить только будучи на настоящем корабле».

Студия Universal Pictures и компания Hasbro представляют фильм производства студий a Bluegrass Films и Film 44 МОРСКОЙ БОЙ. В главных ролях: Тейлор Китч, Александр Скарсгард, Рианна, Бруклин Декер, Таданобу Асано, Хэмиш Линклейтер и Лиам Нисон. Композитор: Стив Яблонски. Исполнительный музыкальный продюсер: Рик Рубин. Костюмер: Луиза Мингенбах. Монтажеры: Колби Паркер младший, Билли Рич и Пол Рубелл, ACE. Художник-постановщик: Нил Спайсэк. Оператор: Тобиас Шлисслер, ASC. Исполнительные продюсеры: Джонатан Моне и Брэйден Афтергуд. Продюсеры: Брайан Голднер, Скотт Стубер, Питер Берг, Сара Обри, Дункан Хендерсон и Беннетт Шнейр. Сценарий написан по мотивам настольной игры «Морской бой» компании Hasbro. Авторы сценария: Джон и Эрих Хоберы. Режиссер: Питер Берг. ©2012 Universal Studios. www.battleshipmovie.com



Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница