Сборник научных трудов. Т. 2 / Под ред. Л. В. Бармашовой. Вязьма: вф мгиу 2003 -268 с. Редакционная коллегия



страница14/18
Дата17.10.2016
Размер2,57 Mb.
ТипСборник
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   18

Пугачев А.Н., вяземский краевед

Вяземское происхождение Бориса Годунова (Вяземский край в истории рода Годуновых)

В исторической литературе широко известна связь знаменитого русского царя Бориса Федоровича Годунова с Вяземской землей. Многие историки ссылаются на сочинение Джилса Флетчера «О государстве Русском», в котором этот английский дипломат при описании доходов Бориса Годунова сообщает: «...с наследственного имения в Вязьме и Дорогобуже, увеличенного им самим, он получает 6 ООО рублей в год...»1.

Известны и фамильные топонимы Годуновых в Вяземском районе - деревня Годуново ныне Арте-мовского сельского округа в 16 км западнее Вязьмы и деревня Годуновка вблизи села Хватов-Завод в 30 км южнее Вязьмы. Однако до сих пор никто, насколько я знаю, специально не изучал вопрос о месте рождения и формировании личности Бориса Годунова. Более того, эта тема, поднятая мной несколько лет назад на страницах «Вяземского вестника»2, вызвала в Вязьме большой общественных резонанс. Впоследствии мною был подготовлен ряд публикаций по этому же вопросу3.

Цель настоящей статьи состоит в продолжении исследований связи рода Годуновых, и в частности царя Бориса, с Вяземской землей. При ее подготовке использованы исторические материалы, предоставленные дорогобужским краеведом Юрием Николаевичем Шориным.

Годуновы - старый род костромских вотчинников, около 1330 года перешедших на службу к московским князьям, но до последней четверти XVI века не поднимавшихся выше уровня полковых воевод. Появившись в опричнине, они начали постепенный карьерный подъем с 1571 года. Следующим заметным этапом возвышения Годуновых стал брак сына Ивана Грозного, царевича Федора (с 1584 г. царя), с Ириной Годуновой, родной сестрой Бориса. Но, волею судеб, самым ярким представителем этого древнего дворянского рода суждено было стать Борису Федоровичу Годунову, родившемуся в середине XVI века, в 1552 году. При больном и неспособном к государственной деятельности царе Федоре Ивановиче он стал фактическим правителем Руси, а после смерти этого бездетного царя впервые в русской истории был избран на царство и правил страной с 1598 по апрель 1605 гг. Принято считать, что с воцарения Бориса Годунова на Руси наступило Смутное время.

Целым поколениям вязьмичей трудно было себе представить, что наш древний город имеет самое непосредственное отношение к Борису Годунову -сильной и властолюбивой фигуре, во все времена притягивавшей особое внимание великих историков, писателей, композиторов... Но тем не менее, существуют документальные доказательства давних и очень тесных связей рода Годуновых с Вяземской землей.

В 1493 году Вяземский край был отвоеван Москвой у Великого княжества Литовского. Вероятно, после 1495 года Вяземские князья и другие вотчинники были навсегда выселены из Вязьмы. Такие «выводы» местных землевладельцев из покоренных областей московские государи уже использовали ранее в Новгороде, Пскове, Твери. То же самое произойдет и с присоединением Смоленска4. По московскому указу, практически все местные бояре были «выведены» в другие города, подальше от границы. Эта мера была традиционной для «централизаторской» московской политики этого времени. Московский государь отрывал местную знать от ее корней, лишал старых вотчин5.

На освободившиеся земли московское правительство помещает дворян из приделов Московского государства. В числе испомещенных по Вязьме были и дворяне Годуновы. Известный историк А.А. Зимин на основе анализа Тысячной книги 1550 г. и Дворовой тетради 50-х годов XVI века сделал вывод: «Присоединение к России западных районов в ходе русско-литовских войн конца XV-XVI в. привело к раздаче там земель служилым людям из старомосковских боярских родов. Так, в частности, в Вязьме получили земли Годуновы, Салтыковы, Бутурлины и др.»6 Таким образом, представители боярского рода Годуновых появились на государевой службе в Вязьме после 1495 года, то есть за 60 лет до рождения Бориса Годунова.

В Тысячной книге 1550 г. и Дворовой тетради 50-х годов XVI века, а также в Писцовых книгах Вяземского уезда конца XVI века (составленных через 42 года после рождения царя Бориса) среди владельцев вяземских поместий испомещенных на государеву службу по Вязьме названы представители рода

Годуновых: Иван и Алексей - дети Андрея Дмитриевича, Михаил Васильевич и его дети Язка и Федька, Федор Иванович - отец царя Бориса, Дмитрий Иванович-дядя и воспитатель царя Бориса, Иван Иванович Чермный - дядя царя, Борис Федорович - будущий царь, Иван Никитич, Яков Михайлович, Степан Васильевич, Алексей Иванович Годуновы. Из выше перечисленных сведений следует особо подчеркнуть, что в Дворовой тетради 50-х годов XVI века сообщается об испомещении по Вязьме отца царя Бориса - Федора Ивановича Кривого7, который, таким образом, являлся вяземским помещиком. Это ценнейший факт в определении места рождения и воспитания царя Бориса Федоровича Годунова.

Какие именно поместья принадлежали Годуновым в середине XVI века, неизвестно, кроме того, у меня пока нет полных данных Писцовых книг Вяземского уезда XVI века, тем не менее, большую часть владений Годуновых можно предположительно реконструировать по данным топонимии. Как уже было сказано, в 16 км западнее Вязьмы до наших дней сохранилась деревня Годуново и в 6 км в том же направлении деревня Степаньково. В Писцовых книгах Василия Волынского 1594-1595 гг. в данной местности указаны владения троюродного брата царя Бориса, высокопоставленного дворецкого Степана Васильевича Годунова8, что дает основание сделать вполне разумное объяснение возникновения фамильного названия деревни - Годуново - и что еще более важно - именного топонима Степаньково.

Используя этот опыт, далее можно предположить возникновение именных названий села Федоровского, деревень Федоровка и Кривалевка от имени вяземского помещика Федора Ивановича Годунова, отца Бориса, и его знаменитого прозвища - Кривой, которое, по сути, стало его второй фамилией; деревни Дмитровки - от имени другого вяземского помещика, дяди и воспитателя царя Бориса Дмитрия Ивановича, который во время царствования своего племянника получил пост старшего боярина Думы; две деревни Черное (одна из которых ныне переименована в Пыжовку) - от прозвища дяди царя Ивана Ивановича Чермного, вяземского помещика, служившего воеводой в Смоленске (по прошествии стольких веков одна буква «м» из названия деревень могла выпасть); поселок Андрейково - от имени двоюродного деда царя Андрея Дмитриевича, воевавшего на Смоленщине полковым воеводой, а затем ставшего думным боярином от Вязьмы.

Все эти сельские населенные пункты сохранились в Вяземском районе до наших дней, а самое главное, они стоят не так уж далеко друг от друга на юге, юго-западе, северо-западе и востоке от города Вязьмы.

Есть веские причины для утверждения, что не только отец Бориса Годунова, но и его родной дед был вяземским помещиком. В статье Ю.Д. Рыкова9, предоставленной автору вяземским коллекционером П.Н. Пропаловым, рассказывается о сохранившихся рукописях Трефологии и Евангелия, написанных в 1519 и 1527 годах книгописцом Сидором в деревянной Рождественской соборной церкви Нового Села, находившейся в 8 км северо-западнее Вязьмы. Книгу Трифологий в 1519 г. и Евангелие в 1527 г. Сидору заказал Иван Григорьевич Годунов, дед царицы Ирины и царя Бориса Годуновых. Он вместе со своим родным братом Василием Григорьевичем и двоюродными братьями Андреем и Василием Дмитриевичами, находясь в высоких чинах великокняжеского войска в 1512-1519 годах, участвовал в боевых действиях против Великого княжества Литовского, в том числе, надо полагать, в походах на Смоленск, организация которых проходила в Вязьме.

То, что между заказами прошло 8 лет, говорит, скорее всего, не о том, что полк, в котором служил Иван Григорьевич Годунов, располагался в Вязьме, а о том, что рядом с дворцовым Новым Селом находилось его поместье. А.А. Зимин также допускал, что Иван Григорьевич Годунов мог быть вяземским помещиком10.

Рукописные книги церковного книгописца Сидора документально подтверждают пребывание на Вяземской земле деда царя Бориса почти за 40 лет до появления на свет его будущего царственного внука. Это еще один важнейший факт в определении места рождения Бориса Годунова.

Трое детей Ивана Григорьевича Годунова: Федор Кривой, Иван Чермный, Дмитрий - были Вяземскими помещиками, а четвертый - Василий - похоронен в Болдино-Дорогобужском монастыре, что свидетельствует о том, что и он имел поместье на Смоленщине, но только не в Вяземском, а скорее в Дорогобужском уезде. Таким образом, дед, отец и три дяди Бориса Годунова были владельцами поместий под г. Вязьмой. Все это не может быть случайным стечением обстоятельств. Такое дружное вековое проживание в Вяземском уезде ближайших родственников Бориса Годунова говорит о существовании здесь родовых вотчин Годуновых. Следовательно, именно здесь - на Вяземской земле рождались и воспитывались молодые представители рода, в том числе и будущий царь Борис, а никак не в Костроме, откуда пошел род Годуновых и где находилась их родовая усыпальница. Ведь Годуновы как до рождения Бориса, так и после его рождения из Вязьмы никуда не уехали

Вероятнее всего, дедовское поместье переходило в роду от отца к сыну по мере поступления последнего на государеву службу. Это можно подтвердить тем, что двоюродный дед Бориса Годунова Андрей Дмитриевич участвовал в военных походах на Смоленск и Полоцк в 1512-1519 годах, а затем в правление Елены Глинской в 1533-1538 годах, то есть как минимум за 14-19 лет до рождения царя Бориса, выезжал из Вязьмы в Москву, в Боярскую Думу, для участия в дипломатическом приеме литовских послов11. В Тысячной книге 1550 г. на государевой службе по Вязьме уже указаны его дети - Иван и Алексей12, а значит, наверняка, они получили в наследство в Вяземском уезде поместье отца.

В Писцовых книгах Вяземского уезда 1594-1595 гг. указано поместье боярина-правителя Руси Бориса Федоровича Годунова. Книга сообщает, что в Заг-робовском стане в Полупине «...монастырь Федоровский строится ново, а преж того бывало поместье слуги и конюшего боярина Бориса Федоровича Годунова»13.

То, что это еще отцовское поместье Бориса Федоровича, убедительно говорит само именное название села - Федоровское. Это село находится в 12 км от Вязьмы в сторону Москвы на Старой Смоленской дороге. Ранее оно входило в Новосельскую волость Вяземского уезда, ныне в Новосельский сельский округ Вяземского района. Следует обратить пристальное внимание на близость расположения Нового Села и села Федоровского. Расстояние по прямой между ними составляет всего 6 км, что дает основание для предположения, что именно здесь располагалось поместье деда Бориса Годунова - Ивана Григорьевича, перешедшее затем к сыну Федору, а затем к внуку Борису. Таким образом, село Федоровское можно назвать родовой вотчиной Бориса Федоровича Годунова и с очень большой долей вероятности местом его рождения и воспитания на Вяземской земле.

Многие историки ошибочно, на мой взгляд, допускают возможность рождения Бориса Годунова в костромских вотчинах. Поводом для этого послужило, что этот древний дворянский род происходит из Костромы, а также то, что захоронения многих представителей рода Годуновых находятся в их родовой костромской усыпальнице - Ипатьевском монастыре. Генеалогическое древо рода Годуновых, составленное в 2003 году заместителем директора по науке Костромского музея-заповедника «Ипатьевский монастырь» О.С. Куколевской, показывает, что подавляющее большинство предков и родственников царя Бориса, включая его деда Ивана Григорьевича, его отца Федора Ивановича Кривого и братьев его отца - Ивана Ивановича Чермного, Дмитрия Ивановича, ставшего воспитателем будущего царя, погребены в родовой усыпальнице Костромского Ипатьевского монастыря. Но из этого факта вовсе не следует, что все они жили и умерли в Костроме. Ведь на Руси издревле существовали обычаи и традиции оставлять завещание, по которому, несмотря на место, где умер тот или иной человек, его тело после смерти могло быть забальзамировано и доставлено для погребения туда, где покоятся его предки. Хорошо известны примеры таких захоронений: внучки А.С. Пушкина Веры Александровны в замужестве Мезенцевой14, героя Отечественной войны 1812 года, генерал-лейтенанта Д.В. Давыдова15 и многих других. Вполне возможно, что подобные примеры могли иметь место и с многочисленными представителями рода Годуновых, испомещенных на государеву службу в Вяземский и Дорогобужский уезды Смоленщины.

В научно-популярных изданиях Р.Г Скрынникова16 можно узнать, что после ранней смерти отца юный Борис и его младшая сестра Ирина воспитывались в вяземском поместье своего дяди Дмитрия Ивановича. Из Вязьмы Д.И. Годунов был зачислен в Московский опричный корпус Ивана Грозного в момент его формирования, а его племянники в связи с этим зачислением стали подростками при царском дворе.

В.Б. Кобрин провел специальное исследование по определению состава Опричного двора17 (впоследствии он защитил кандидатскую диссертацию по этой же теме18). В нем указывается, что Дмитрий Иванович Годунов и его воспитанник, племянник Борис, упоминаются впервые в опричных разрядах с сентября 1567 года. Ранее, пишет автор, Дмитрий Иванович был упомянут всего один раз в Дворовой тетради 50-х годов XVI века, где значился испомещенным на государеву службу по Вязьме вместе с отцом Бориса Годунова19. Как мы видим, у Скрынникова и у Кобрина в определении точного времени появления в опричнине Дмитрия Ивановича с племянником Борисом существует разница в два года: у Скрыннико-ва -1565 год, у Кобрина -1567 год. Независимо друг от друга эти ученые еще несколько десятилетий назад доказали, что детские и отроческие годы юный Борис Годунов провел в Вяземском уезде вместе с сестрой Ириной, воспитываясь в семье дяди - вяземского помещика Дмитрия Ивановича Годунова.

Дмитрий Иванович Годунов был близким другом Малюты Скуратова-Бельского, на дочери которого и женился его племянник. Этот брак сильно повлиял на дальнейшее возвышение Бориса Годунова. Надо полагать, что всесильный глава опричного террора не случайно имел приставку к своей фамилии Вельский. Как известно, Белый являлся старинным смоленским городом. Возможно, этот известный опричник-силовик мог происходить из этого города или владеть вотчинами в Вельском уезде. А значит, можно предположить, что Дмитрий Иванович Годунов и Малюта Скуратов-Бельский на основе земляческих отношений сблизились в Московском опричном корпусе, а возможно, знали друг друга еще до опричнины как смоленские помещики-соседи, ведь Вяземский и Вельский уезды между собой граничили. Вельский большак служил торгово-экономической артерией между Вязьмой и г. Белым, так что торговавшие помещики могли знать друг друга уже довольно давно.

Ближайшим сподвижником Бориса Годунова был его земляк - дорогобужский землевладелец Андрей Петрович Клешнин. Он был думным дворянином, затем окольничим, владел поместьем в Мстиславском стане Дорогобужского уезда - селом Семлево с окрестными деревнями20 (позднее Семлево перешло в Вяземский уезд). По данным приходо-расходных книг Болдинского монастыря за 1595, 1596, 1599 годы21 можно проследить торгово-экономические связи и духовные отношения А.П. Клешнина с этой смоленской обителью. Некоторые историки обвиняют его в организации убийства в Угличе царевича Дмитрия по указанию Бориса Годунова (будто бы Клешнин подобрал исполнителя этого преступления), другие исследователи, особенно современные, считают произошедшее с Дмитрием несчастным случаем, а его смерть лишь выгодно использовали лютые враги Бориса Годунова. Однако как бы ни расценивать трагический случай в Угличе в мае 1591 года, в исторической литературе остается очевидной близкая дружба двух земляков - Бориса Федоровича Годунова и Андрея Петровича Клешнина.

Смоленское земляческое окружение Бориса Годунова засвидетельствовал и А.А. Зимин: «...На заре своей деятельности он (Б.Ф. Годунов - А.П.) вошел в опричное окружение молодых вязьмичей, соседей-землевладельцев, которые начали играть заметную роль в последние опричные годы. Это Богдан Яковлевич Вельский (племянник Малюты Скуратова-Бельского-А.П), князья И.М. Глинский, Шуйские и далеко не молодой Малюта Скуратов...»22 Анализируя все эти сведения, можно сделать вывод о неслучайности смоленского происхождения близкого окружения Бориса Годунова. Создается впечатление, что во время своего возвышения, а затем в годы царствования Борис Годунов приближал тех, кого с молодых лет хорошо знал сам, или тех, кому доверяли в его семье. Это еще одно доказательство его вяземского происхождения.

Связь с Дорогобужским уездом Бориса Годунова точно не установлена. Кроме упоминания Дж. Флетчера, мы не знаем о его дорогобужских поместьях. На мой запрос от 24 марта 2003 года директор Государственного архива древних актов М.Р. Рыженков сообщил23, что Писцовых книг Дорогобужского уезда за XVI век в архиве не имеется. Остается лишь предполагать, что в XVI веке отцу царя Бориса, Федору Ивановичу Кривому, и его брату Василию Ивановичу, захороненному в Болдинской обители, могли принадлежать поместья в восточной части Дорогобужского уезда (ныне это преимущественно юг Вяземского района), что нашло свое отражение в названии ряда деревень и урочищ в Хватово-Заводском и Гришинском сельских округах: Годуновка, Кривалевка, Федоровка. Эти владения впоследствии могли перейти и к Борису Годунову.

Несомненна тесная духовная связь царя Бориса и его сестры царицы Ирины с Дорогобужским краем. Известный искусствовед А.П. Баталов приводит в свой статье, посвященной исследованию времени построения Троицкого собора Болдинского монастыря24, интересные факты близости Годуновых Болдинской обители. Царица Ирина Годунова пожаловала в Болдин монастырь на помин своего дяди Василия Ивановича, погребенного в этом монастыре под именем инока Варлаама, 50 рублей - немалую по тем временам сумму. При постройке в 1586-1591 годах каменного Троицкого собора в нем появился новый придел в честь святых князей Бориса и Глеба - небесных покровителей Бориса Годунова. Неоднократно игумен Болдина монастыря приезжал в Москву к царю Борису со святой Борисоглебской водой.

Автор статьи привел факты из приходо-расходных книг Болдина монастыря о деловых связях обители с троюродными братьями Бориса, детьми Василия Петровича: Иваном, Григорием и Степаном. Крайне важно и то, что, благодаря близости обители царицы Ирины Годуновой и фактического правителя Руси Бориса Годунова, строительство Троицкого собора монастыря производилось на государственные средства и частично на личные вклады бояр Годуновых и других вкладчиков.

В 1598 году при избрании Бориса Федоровича на царствование на Земском соборе должны были присутствовать игумены Вяземского Федоровского и Дорогобужского Болдинского монастырей25. Ранее игумены этих монастырей на Земские соборы не приглашались, и появление их в таком важнейшем государственном учреждении свидетельствует о несомненном возвышении обителей в общегосударственном масштабе вследствие их особой близости к новому царю. Особенно бросается в глаза возвышение только что возникшего и не такого уж богатого в сравнении с другими Вяземского Федоровского монастыря. Надо учесть, что на Земские соборы приглашались игумены лишь крупнейших и старейших монастырей Руси.

Ранее уже говорилось, что Борис Федорович Годунов передал в Вяземском уезде свое родовое поместье - село Федоровское с деревнями - под вновь строящийся монастырь. Возможно, им двигало сыновье чувство, направленное на увековечение памяти о рано умершем отце не только в земном имени села, но и в названии Федоровского монастыря, восхваляющего отцовское имя на небесах и восславляющего его небесного покровителя святого Феодора. (Обращает внимание, что еще раньше именем отца он назвал своего сына-наследника царевича Федора.) Следует уточнить, что ко времени строительства Вяземского Федоровского монастыря Борис Федорович Годунов стал богатейшим человеком Руси, сосредоточившим в своих руках всю государственную власть. Материальной потребности в сохранении родового поместья у него уже не было.

К 1589 году, по сведениям английского дипломата Дж. Флетчера, Борис Годунов увеличил свое наследственное имение в Вязьме и Дорогобуже26. По данным Писцовых книг 1594-1595 гг., Федоровский монастырь владел в Вяземском уезде вотчинами в 9 станах, где находилось много деревень и починков27. Можно предположить, что если не все, то большая часть монастырских владений входила в родовою вотчину Бориса Годунова и была пожалована им обители в момент ее основания.

Известный смоленский краевед И.И. Орловский указывал, что Борису Годунову принадлежало село Ново-Никольское в 8 км восточнее Вязьмы28. Кроме смоленских, Борис Годунов приобрел владения в других уездах России, когда началось его возвышение, сопровождавшееся земельными пожалованиями и куплями вотчин. Таким образом, он заимел вотчины в Важской области, Твери, Торжке, Рязани, Северске, Москве, Подмосковье29. По свидетельству Горсея, в сорок дней Борис Годунов со своими ближними мог вывести в поле 100 тысяч вооруженных людей30.

Судьба Вяземского Федоровского монастыря, как и судьба царской династии Годуновых, весьма печальна. После вторжения польских интервентов, стремившихся возвести на русский престол Лжедмитрия I, в июне 1605 года сын Бориса Годунова, юный царь Федор, и его мать царица Мария были убиты. Тело самого Бориса было выкопано из могилы и над ним совершено надругательство в нарушение всех христианских заповедей. В Москве и других городах громилось и уничтожалось все, что напоминало о правлении Годуновых.

В дозорной книге первой четверти XVII века, которая, по мнению Павлова-Сильванского, является книгой «письма и дозору Микифора Шапилова и подьячего Остафья Колупанова 124 году» (в современной датировке это 1618-1619 гг.) сообщается, что Федоровский «монастырь разорен от литовских людей». Лишь в Загробовском стане из 8 густонаселенных деревень только одна Морачева значится живущей. В ней 4 крестьянских двора с людьми. Две деревни (Подъелки и Денисова) обозначены пустыми, остальные пять превратились в пустоши. Запустела и слободка, «что была деревня Овдиева»31. И.И. Виноградов приводит данные Переписной книги города Вязьмы 1646 г. о полном запустении монастыря к середине XVII века32.

Великое разорение Смутного времени привело к потере многих свидетельств о жизни и деятельности Бориса Годунова, что и затруднило определение места его рождения. К счастью, утраченным оказалось далеко не все. Известно, что в 1596 году во время поездки в Смоленск для закладки крепости Борис Годунов останавливался в Зязьме, где осматривал свои родовые (от слова род, родители - А.П.) вотчины, посетил Соборную церковь и монастырь.

По сказанию старожилов, Б.Ф. Годунову принадлежала в Вязьме водяная мельница несколько выше Фроловского моста, а жители города считали его своим согражданином33.

К своей малой родине каждый из нас относится с повышенным вниманием. Не исключением в проявлении таких патриотических чувств были и царствующие особы. Только этим и ничем иным можно объяснить великодушную щедрость Бориса Годунова, выделившего из царской казны огромные средства для перестройки главного Никольского собора в Вязьме и передавшего ему редкие печатные богослужебные книги. Он также наделил Вяземский Иоанно-Предтеченский монастырь большим количеством пахотной и сенокосной земли, в том числе за городом - в окрестностях села Федоровского, рыбными ловлями на реке Вязьме, обширным домом и десятью торговыми лавками в Вязьме. Борис Годунов выделил значительные суммы денег в Вяземский соборный храм и Дорогобужский Болдин монастырь для раздачи бедным и на помин своих умерших родственников, в том числе сестры - царицы Ирины34. Очевидно, что такая щедрость правителя Руси Бориса к Вязьме была вызвана искренней любовью к своей малой родине.

Эти же чувства сыграли свою роль и при строительстве в Смоленске каменной крепости, которую первоначально называли Годуновской. Помимо явного рационального расчета по укреплению обороны западной границы Руси, свою роль сыграло и родственное чувство к Смоленской земле. Недаром Борис Годунов придавал такое значение этому строительству и употребил такие экстраординарные усилия всего российского государства для его завершения.

Автор летописи, составленной при дворе Романовых, сообщал, что, затеяв строительство каменной крепости в Смоленске, Б.Ф. Годунов сам отправился туда, а «идучи дорогою, по градам и по селам, поил и кормил, и кто о чем побьет челом, и он всем давал, являлся всему миру добрым»35. Этот факт щедрых благодеяний свидетельствует об особом значении поездки Бориса в Смоленск, на свою малую родину, которую он любил, благодарил и никогда не забывал.

Проведенное исследование, на мой взгляд, убедительно подтверждает факт происхождения Бориса Федоровича Годунова из Вяземского края, что делает такую великую историческую фигуру нашим земляком и, как писал И.И. Виноградов, согражданином. Нас не должно смущать то, что нет прямого документального подтверждения факта рождения Бориса Годунова на Вяземской земле. В абсолютном большинстве случаев сегодня просто невозможно найти документ, в котором бы указывалось, где именно родился тот или иной дворянин, так как до наших дней в результате войн и разорений метрические книги приходских храмов XVI века не дошли, и неизвестно, велись ли они в то время.

Самое существенное же состоит в том, что в ту эпоху важно было не фактическое место рождения, которое в силу обстоятельств могло быть случайным, а главным было происхождение. То, что Борис Годунов был сыном вяземского помещика, - это исторически доказанный факт. Следовательно, по происхождению он был вязьмич и никто другой. С ранних отроческих лет Борис Годунов жил и воспитывался в

Вяземском уезде, опять же в семье вяземского помещика, а значит, и в этом случае он вязьмич.

Проведенное исследование убеждает, что Борис Годунов наш земляк не только по происхождению и воспитанию, но и по месту рождения. По крайней мере, шансов на то, что он родился в своем вя-земском родовом, отчем поместье значительно больше, чем на рождение в любой другой местности. Во всяком случае, никакой другой город, включая Кострому, не в состоянии на это претендовать даже косвенно.

Убедительное обоснование вяземского происхождения Бориса Годунова имеет очень важное культурное значение. Теперь древняя Вязьма приобретает еще более глубокое историческое значение и авторитет в масштабах нашего Отечества как малая родина знаменитого русского царя Бориса Федоровича Годунова.

1 Максимович Г. Писцовые книги Вяземского уезда 1624-25 и 1646 гг.// Смоленская старина. Вып. 3. 4. II. Смоленск. 1916. С. 75. Известный исследователь средневековой Руси В.Б. Павлов-Сильванский в своей статье «Новые сведения о Писцовых книгах Вяземского уезда конца XVI века» (Археографический ежегодник за 1959 г. М. 1960) аргументировано доказал, что Писцовые книги Вяземского уезда, долгие годы относимые к 1624-25 гг., на самом деле составлены в 1594-1595 гг.

2 Рыков Ю.Д. Новые данные о деятельности книгописца Сидора под Вязьмой в первой трети XVI века// Записки Отдела рукописей Государственной библиотеки имени В.И. Ленина. №38. М. 1977.

3 Зимин А.А. В канун грозных потрясений. М. 1986. С. 17, 308.

4 Соловьев СМ. История России с древнейших времен. Кн. III. Т. 6. М. 1989. С. 440, 733; Сборник Русского исторического общества. Т. 59. СПб. 1887. С. 147-148.

5 Тысячная книга 1550 г. Дворовая тетрадь 50-х годов XVI века.

М.-Л. 1950. С. 60.

6 Павлов-Сильванский В.Б. Новые сведения о Писцовых книгах Вяземского уезда конца XVI века// Археографический ежегодник за 1959 г. М. 1960. С. 96,99. Первоисточник: РГАДА Ф. 1209. Кн. 619. Л. 500 об. В статье Павлова-Сильванского анализируется датировка писцовых книг конца XVI - начала XVII вв. по Вяземскому уезду. Известны две писцовые книги, хранящиеся в фонде Поместного приказа (Ф. 1209) РГАДА под номерами 618 и 619. Книга 618 опубликована: Писцовые книги Московского государства. 4. II. Изд. имп. Русского географического общества под ред. H.B. Калачева. СПб. 1877. С. 567-831. Первую часть книги 619 Павлов-Сильванский определил как писцовую книгу Вяземского уезда В. Волынского «с товарыщи» 1594-1595 гг.

7 Мезенцова H.C. В них обретает сердце пищу... М. 1999. С. 96,199.

8 Серебряков. Г. Денис Давыдов. М. 1985. С. 440-441.

9 Скрынников Р.Г. Лихолетье М.1989. С. 23; Скрынников Р.Г Борис Годунов М 2002. С. 9.

10 Кобрин В.Б. Состав опричного двора Ивана Грозного// Археографический ежегодник за 1959. М. 1960.

11 Кобрин В.Б. Социальный состав опричного двора. Автореферат кандидатской диссертации. М. 1961.

12 Тысячная книга 1550 года и дворовая тетрадь 50-х годов XVI века. С.188.

13 Известия императорского Русского генеалогического общества. Вып. 3.1909. С.265.

14 Русская историческая библиотека. Т. 37. Приходо-расходные книги Болдина Дорогобужского монастыря. Петроград. 1923. Стб. 138, 203,211,212,219,224, 237.

15 Зимин А.А. В канун грозных потрясений... С. 18.

16 Письмо за №327 от 15 апреля 2003 года.

17 Баталов А.П. О времени построения собора Болдино-Дорогобужского монастыря// Памятники культуры. Новые открытия. Ежегодник. 1985. М. 1987. С. 445-446.

18 Акты, собранные в библиотеках и архивах... археографической экспедициею. Т. 2. СПб. 1836. Грамота утвержденная, об избрании Царем Бориса Федоровича Годунова (1 августа 1598 г.). С. 42,47:«...на соборе были... из Дорогобужа Живоначальные Троицы Болдина монастыря игумен Феогност (правильно Феоктист-А. П.)»; «...руку приложили: ... Вместо Болдинского игумена Феоктиста того ж Болдина монастыря старца Герасима». На соборе, избиравшим на царствование Бориса Годунова, должен был присутствовать игумен Федоровского монастыря Георгий. Вместо него Вязьма прислала бояр. (См.:Виноградов И.П. Исторический очерк города Вязьмы с древнейших времен до XVII в. (включ). М. 1890. С.28.)

19 Флетчер Дж. О государстве Русском// Проезжая по Московии

(Россия XVI-XVII веков глазами дипломатов). М. 1991. С. 51.

20 Павлов-Сильванский В.Б. Новые сведения о писцовых книгах

Вяземского уезда конца XVI века... С. 99.

21 Орловский И.И. Краткая география Смоленской губернии. Смоленск. 1907. С. 154.

22 Флетчер Дж. О государстве Русском... С. 51.

23 Карамзин H.M. История государства Российского. М. 1989. Примечания к т. X, главе I. С. 11.

24 Павлов-Сильванский В.Б. Новые сведения о писцовых книгах Вяземского уезда конца XVI века... С. 99. Первоисточник: Писцовые книги Московского государства. Ч. II. Изд. имп. Русского географического общества под ред. H.B. Калачева. СПб. 1877. С. 829-830.

25 Виноградов И.И. Исторический очерк города Вязьмы с древнейших времен до XVII (включительно). М. 1890. С.28.

26 Там же. С. 27.

27 Там же. С. 27-28.

28 Скрынников Р.Г. Борис Годунов. М. 2002. С. 175-176.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   18


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2019
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал