Сборник научных трудов. Т. 2 / Под ред. Л. В. Бармашовой. Вязьма: вф мгиу 2003 -268 с. Редакционная коллегия


Артеменков М.Н., СГПУ К вопросу об англофранцузских отношениях накануне варфоломеевской ночи (1570-1572 гг.)



страница3/18
Дата17.10.2016
Размер2,57 Mb.
ТипСборник
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18

Артеменков М.Н., СГПУ

К вопросу об англофранцузских отношениях накануне варфоломеевской ночи (1570-1572 гг.)

Усиление интереса к международным отношениям в настоящее время вызвано событиями, которые произошли в мире в конце XX - начале XXI вв., и носит как политический, так и научный характер. В этой связи появляется и новое понимание внешней политики как результата взаимодействия различных факторов, как внешних, так и внутренних, на который огромное воздействие оказывают не только экономические и политические аспекты, но и конфессия, культура, стереотипы поведения. Особенно актуальными в последнее время стали вопросы связанные с религиозным фактором в международной политике, поскольку этот фактор, так или иначе, имел место во всех последних международных и многих локальных конфликтах. Поэтому рост интереса к истории международных отношений и, в частности, к внешней политике XVI в., является закономерным явлением.

Раннее новое время было эпохой коренных изменений в Европе, которые затронули основы экономической, социальной, политической и культурной жизни европейских государств, подвергшихся модификации и трансформации. История международных отношений второй половины XVI в. очень важна для понимания основ международной системы государств, которая существует в современном мире. Именно в это время начинает проявляться интернационализация внутриполитических и внешнеполитических процессов.

В современной литературе этот период часто рассматривается как «конфессиональный». Имеется в виду, что каждая церковь в том или ином виде вступала в альянс с государством, которое помогало им распространять свое влияние и достигать поставленных целей, а идеология, господствовавшая в то время, была основана на религиозных представлениях, вследствие чего все сферы европейской общестенно политической жизни имели теологическую окраску. При этом предполагается, что религиозные факторы рассматриваются с учетом демографических, экономических, политических и социальных аспектов. В международном аспекте происходило формирование «баланса конфессий», которое было связано с формированием в Европе баланса сил1.

В рассматриваемый период начало складываться протестантское единство, получившее название «интернационального кальвинизма». Как известно, кальвинизм был привлекателен для высшей аристократии и дворянства в борьбе против централизаторских устремлений королевской власти во Франции, Шотландии, использовался герцогами Оранскими против испанской монархии во время Нидерландской революции. В Германии в интернациональном кальвинизме могли увидеть средство привлечения союзников из других стран, а в кальвинистской церковной дисциплине - средство усиления контроля над подданными, более эффективное, чем лютеранство и католицизм. Такой вариант интернационального кальвинизма был введен в курфюршестве Пфальц-ском. Исходя из этого, кальвинистская религия имела тенденцию к распространению во многих странах Западной и Центральной Европы. Следовательно, важным пунктом в использовании кальвинизма было военно-политическое сближение протестантских сил перед лицом угрозы со стороны католических государств во главе с Габсбургами2.

При этом XVI в. был веком непримиримости в вопросах веры, и идея толерантности в религиозных вопросах не поддерживалась ни одной из политических сил Европы того времени (подобные проблемы распространения религиозной непримиримости мы видим и в наши дни). Как считал В. Станкевич, несмотря на попытки создать теорию разделения религии и государства, появившиеся в это время, эта концепция не была принята большинством и осталась чужда как лагерю католиков, так и лагерю протестантов3. В исследовании американского ученого У. Монтера отмечается, что проблемы религиозной терпимости сохранялись в Европе вплоть до Великой французской революции4.

Период конца 60-х - начала 70-х гг. XVI в. стал одним из показательных в этом отношении, поскольку именно на этом этапе произошли большие перемены в международных отношениях, что было связано с изменением внешней политики Англии и Франции. В это время произошло очередное сближение этих стран, окончившееся подписанием мирного договора в апреле 1572 г. Также была предпринята первая попытка установить династические связи между французским и английским королевскими домами во второй половине XVI в.

Это изменение внешней политики Англии оказало столь существенное влияние на международные дела, что некоторые историки обозначают его термином «дипломатическая революция»5, под которым понимается отход Елизаветы от испанской политики и начало сближения с Францией, которое закончилось подписанием договора в Блуа (1572 г.). Однако, такое изменение политики английской короны было не первым в истории XVI в., так в царствование Генриха VIII игра на противоречиях Габсбургов и Валуа была одной из основ внешней политики Альбиона6. Имел этот конфликт и существенные отличия от будущего противостояния Англии и Испании: если в 1568 г. несмотря на враждебность Филиппа II к Елизавете он все таки рассматривал ее как главное препятствие к усилению политики Гизов в Европе, то с 1580 г., когда последние стали полностью зависимы от испанского королевства, Англия стала его основным противником7.

В отечественной и зарубежной историографии вопрос взаимоотношения о причинах сближения Англии и Франции в этот период чаще всего объясняется либо внешними факторами - наличием угрозы со стороны Испании и неудачными попытками создания протестантского союза, либо внутренними факторами - ослаблением Гизов во Франции, и усилением католической оппозиции в Англии8. Некоторые историки большую роль отводят матримониальным планам Екатерины Медичи, желавшей женить своего сына герцога Анжуйского на английской королеве9. Нашей задачей, таким образом, будет показать причины и события, приведшие к подписанию договора в Блуа (апрель 1572 г.) между Англией и Францией, а также проследить причины помешавшие дальнейшему сближению двух стран.

Необходимо отметить, что к 1570 г. как международная так и внутренняя обстановка в Англии и Франции были очень нестабильными. В Англии только что было подавлено католическое восстание на севере страны, но оставалась опасность его повторения, особенно после отлучения Елизаветы I от католической церкви. Сложной была и внешнеполитическая обстановка, поскольку назревал конфликт с Испанией. Помощь испанского короля восставшим лордам на севере Англии, оживление его отношений с Марией Стюарт, а также участие испанского посла де Спеса в заговоре Ридольфи были показателями ухудшившихся отношений между двумя странами.

Внутреннее положение Франции также сильно изменилось после заключения Сен-Жерменского мира (1570 г.), которым закончилась третья религиозная война, и по которому гугеноты получили большие права, включая право иметь крепости, что послужило основой для складывания гугенотского «государства в государстве». В результате этого ослабло влияние Гизов при дворе, что создало возможность сближения французского королевства с Англией, особенно после начала переговоров о браке между герцогом Анжуйским и Елизаветой I, которые получили одобрение Екатериной Медичи.

Внешнеполитическим фактором, сблизившим оба государства, стало нарастание антииспанского движения в Нидерландах, куда после иконоборческого восстания 1566 г. был введен большой воинский контингент под командованием герцога Альбы. Это сразу же нарушило баланс сил, существовавший в этом регионе. Для Англии это была прямая военная угроза, поскольку руководитель английской внешней политики У. Сесил считал, что испанцы используют Нидерланды как плацдарм для нападения. В то же время для Франции большая испанская армия означала не только ослабление влияния в этом регионе. Эта ситуация могла привести к усилению нестабильности внутри страны и попытке реванша со стороны Гизов.

При этом провал всех попыток создания единого протестантского союза в конце 1560-х гг. между немецкими протестантскими князьями, Англией, французскими гугенотами и принцем Оранским, из-за нежелания немецких лютеранских чинов вмешиваться в европейские конфликты, привели к переориентации части нидерландского дворянства на союз с Францией. В этой обстановке в 1570 г. начались консультации между Лондоном и Парижем, а во Францию был послан Френсис Уолсингем, которому было поручено способствовать улучшению англо-французских отношений.

Важным моментом в отношениях между двумя странами стали переговоры о заключении брака между герцогом Анжуйским, братом короля Карла IX, и Елизаветой I. Этот брак, по замыслу участников должен был скрепить союз между королевствами и способствовать дальнейшему их сближению. Но герцог Анжуйский, который считался одним из лидеров католиков во Франции, наотрез отказывался от этого брака. Для Елизаветы I этот союз также был невыгоден, поскольку прочно связал бы ее внешнюю политику с Францией. В итоге переговоры зашли в тупик по вопросу вероисповедания, т.к. французы требовали разрешения для герцога Анжуйского свободно отправлять католические обряды, на что Елизавета не соглашалась. Но этот брак был настолько важным для укрепления союза, что для того чтобы продолжить переговоры Екатерине Медичи пришлось предложить английской королеве в мужья своего младшего сына - герцога Алансонского.

Но в итоге, несмотря на некоторые разногласия и незаконченные брачные переговоры в апреле 1572 г. в Блуа был подписан англо-французский договор10. Этот договор носил оборонительный характер, т.к. стороны обещали предоставить помощь друг другу в случае нападения третьей стороны. Этот пункт был направлен, прежде всего, против Испании, вторжения которой опасались обе стороны. Второй пункт договора предусматривал предоставление купцам обеих стран больших привилегий. Также предполагалось предпринять шаги с обеих сторон для умиротворения Шотландии.

При этом, несмотря на очевидное сближение обоих государств, существовало множество факторов, которые не позволили создать крепкий союз в начале 70-х гг. XVI в. Хотя Англия и Франция стремились ослабить испанскую угрозу и испанское влияние в Нидерландах, для них было не выгодно усиление друг друга. Елизавета I и ее министры прекрасно понимали, что сами Нидерланды без испанской помощи будут представлять собой маленькую слабую страну, которая будет быстро поглощена Францией. Поэтому для английской королевы было важнее убедить Филиппа II втом, что предоставление автономии Нидерландам будет для него более полезным, чем проведение там репрессивной политики. В итоге Елизавета I, опасавшаяся начала военного конфликта с Испанией, пошла на смягчение своей антииспанской позиции, запретила своим указом морским гезам базироваться в английских портах и начала тайные переговоры с послами испанского короля.

Для французской стороны к 1572 г., в отличие от Англии, главной проблемой стало нарастание внутренних противоречий. Если Екатерина Медичи не была против сближения с Англией и брака своего сына с Елизаветой I, то внешняя политика гугенотов и Карла IX, который поддерживал их, вызывала ее резкий протест. Она опасалась усиливавшегося влияния адмирала Колиньи, чей план заключался в том, чтобы направить агрессию двух религиозных группировок против Испании, начав войну в Нидерландах. Для адмирала было важным поддержать своих единоверцев за границей, и в то же время это был удобный случай усилить влияние гугенотов внутри французского королевства. В итоге ему удалось склонить Карла IX на свою сторону, чему способствовали захват Бриля морскими гезами, после их изгнания из Англии, и обращение за помощью Людовика Нассауского.

Но несмотря на то, что к в это время был заключен договор с Англией, он не был ратифицирован, а значит нельзя было рассчитывать на помощь англичан, тем более, что в конце апреля было объявлено о возобновлении англо-нидерландской торговли, означавшее, что герцог Альба и Елизавета I смогли договориться. Неудачны были и первые попытки оказать военную помощь Нидерландам. Екатерина Медичи прекрасно понимала, что война с Испанией вряд ли принесет успех Франции. Большую опасность она видела и в том, что большинство населения Франции, которое было католическим, не поддержит эту акцию. Собственно, именно планы вторжения в Нидерланды стали роковыми для Колиньи, поскольку

Екатерина Медичи, опасаясь чрезмерного усиления гугенотов, спланировала убийство адмирала. В итоге все это привело к печально известным событиям Варфоломеевской ночи.

Это событие прервало англо-французское сближение. Прежде всего были прекращены брачные переговоры, а затем свернуты и все остальные. Это не привело к полному разрыву англо-французского альянса, на что надеялся испанский посол, но Елизавета I недвусмысленно выразила Карлу IX и Екатерине Медичи свое неудовольствие11. В итоге идея французско-английского договора возродилась только в начале 80-х гг. XVI в. и была связана с новым поворотом в европейской политике - с началом открытой войны между Англией и Испанией.



В заключении можно сказать, что англо-французское сближение начала 1570-х гг., закончившееся подписанием мирного договора в Блуа, стало одним из поворотных моментов в истории международных отношений XVI в. Была предпринята попытка создания англо-французского союза, направленного против Испании, начаты брачные переговоры, которые продолжаться уже в конце 1570-х гг. Другим важным моментом стало то, что именно в этот период противоречия между Испанией и Англией, которые вскоре приведут к открытой войне между этими государствами, впервые проявились так открыто. Показателем этого стала попытка организовать англо-французскую интервенцию в Нидерланды, что найдет свое продолжение в последующий период.




1О концепции конфессионапизации см.: Schilling Н. Confessional Europe // Handbook of European History. 1400-1600. Late Middle Ages, Renaissance and Reformation. / Ed. by T. Brady, H. Oberman, J. Tracy. Vol. II. Leiden; New York; Koln, 1995. P. 641-681; idem. Confessionalisation and the rise of religious and cultural frontiers in Early Modem Europe // Frontiers of Faith Religious exchange and the constitution of religious identities. 1400-1750. / Ed. by E. Andor and I. Toth. Budapest, 2001. P. 21 -35; ibid. La situation religieuse en Allemagne: conflits confessionnels et paix juridiques // L'acceptation de I'autre. / Par. J. Delumeau. Paris, 2000. S. 72-85; Ивонин Ю.Е. Религия и политика в истории Западной Европы раннего нового времени // Религия и политика. От античности к эпохе Просвещения. Отв. ред. Ю.Е. Ивонин. Смоленск, 1997. С. 12-14; его же. Религиозно-политические аспекты отношений между священной Римской империей и территориальными государствами Германии в XVI-XVIII вв. // Религия и политика в Европе XVI-XX вв. Под ред. Ю.Е. Ивонина, Л.И. Ивони-ной. Смоленск, 1998. С. 8-10; его же. Политика Габсбургов в Юго-Восточной Европе в XVI-XVIII вв. // Славяне и их соседи. Средние века -раннее новое время. Вып. 9. Славяне и немцы. 1000-летнее соседство: мирные связи и конфликты. М., 1999. С. 153-154; его же. Международные отношения в Западной и Центральной Европе XVI в. Очерки. Смоленск, 2001. С 85-86; его же. Концепция конфессионализации и Старая империя... С 5-46; Ивонина Л.И. Тридцатилетняя война и Восточная Европа // Вопросы истории. 1996. № 11. С. 135-136.

2 Kingdon R. International Calvinism // Handbook of European History 1400-1600. / Ed. by T. Brady, H. Oberman, J. Tracy. Vol. II. Leiden, N.Y., Koln, 1995. P 232-235.

3 Stankiewicz W. Politics and Religion in seventeenth-century France. Berkeley; Los Angeles, 1960. P. 12.

4 Монтер У. Ритуал, миф и магия в Европе раннего Нового времени. М., 2003.

5 Демин О.Б. Дьомш О.Б. Англо-французью вщносини та «дипломатична революц1я» зовншньо! пол1тики Элизавети I Тюдор / Питания HOBoi и HOBJTHboi icTopii. М1жвщомчий науковий зб1рник. Випуск 42. KniB, 1996. С. 3.

6 Ивонин Ю.Е. Международные отношения в Западной и Центральной Европе XVI в. Очерки. Смоленск, 2001. С. 40-65.

7 Crowson P. Tudor foreign policy. London, 1973. P. 190.

8 См. Демин О.Б. Из предыстории становления внешней политики Англии нового времени / Проблемы новой и новейшей истории. М., 1979. С. 182-96; Дмитриева О.В. Варфоломеевская ночь и перспективы англо-французского союза / Варфоломеевская ночь: Событие и споры. М., 2001. С. 49-71; Crowson P. Op. cit. Р. 181-83; Sutherland N. Princes, politics and religion. 1547-1589. London, 1984. P. 187-95.

9 Клула И. Екатерина Медичи. Ростов-на-Дону, 1997. С. 203-211; Read С. Lord Burghley and Queen Elizabeth. London, 1960. P. 51-65.

10 Corps universel diplomatique du Droit des Gens / Par. J. Du Mont. T. 5. Amsterdam, 1728. S. 211-215.

11 The letters of Queen Elizabeth I / Ed. by G.B. Harrison. London 1968. P. 111-114.



Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2019
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал