Сборник статей Исследование вопроса взаимного восприятия и формирования



страница1/8
Дата24.10.2016
Размер1.65 Mb.
ТипСборник статей
  1   2   3   4   5   6   7   8

Е.В. Кухарева

К.ф.н., доцент, доцент кафедры языков стран Ближнего и Среднего Востока МГИМО (У) МИД России

АРАБСКИЙ МИР: МЕЖЭТНИЧЕСКИЕ КОНТАКТЫ ̶

ПУТЬ К ВЗАИМОПОНИМАНИЮ

(Сборник статей)

Исследование вопроса взаимного восприятия и формирования

адекватного образа друг друга представителями русской и арабской культур, а также влияния межэтнических контактов на становление и развитие

арабо-мусульманской культуры.



Содержание


СОДЕРЖАНИЕ…………………………………………………………........

2

ВВЕДЕНИЕ………………………………………………………………......

3

Межкультурная коммуникация – путь к взаимопониманию……………

3

Часть 1. АРАБСКИЙ МИР И РОССИЯ: ДИАЛОГ КУЛЬТУР………………

9

Арабский мир: как его видят россияне…………………………………...

9

Арабский след в русской культуре………………………………………..

19

Россия глазами арабов: из глубины веков в современность…………….

28

Часть 2. АРАБО-МУСУЛЬМАНСКАЯ КУЛЬТУРА: ПУТИ

СТАНОВЛЕНИЯ………………………………………………….


38

Переводческая деятельность арабов как один из факторов становления арабо-мусульманской и современной арабской культуры………………

38


Образование в арабских странах. Традиции и современность………….

45

Арабо-мусульманская культура – зеркало межэтнических контактов…..

57

Часть 3. КУЛЬТУРА ОБЩЕНИЯ И ЛЮБОВЬ К ЗЕМЛЕ – СТУПЕНЬ К

ДИАЛОГУ ЦИВИЛИЗАЦИЙ………………………………………


65

Культура общения и формы её проявления в арабской этнокультуре….

65

Традиции земледельческой культуры в арабских пословицах и

поговорках…………………………………………………………………..


78


Значение понятий «пальма» и «финики»в арабских пословицах и поговорках………………………………………………………………….

87


ПОСЛЕСЛОВИЕ

98

ЛИТЕРАТУРА

100

ПРИЛОЖЕНИЕ

107





Введение
Межкультурная коммуникация – навстречу друг другу
Межкультурная коммуникация, которая особенно активно осуществляется в последние тридцать лет, больше, наверное, внушает оптимизм, чем пессимизм, и создает атмосферу взаимопонимания. Она способствует сотрудничеству между всеми заинтересованными сторонами по многим направлениям. Диалог помогает представителям различных вероисповеданий, прежде всего ислама и христианства, и разных этнокультур устанавливать личные дружеские контакты, позволяющие преодолевать непонимание и находить больше точек соприкосновения и распространять дружеские и мирные отношения во всем мире.

Вместе с тем, совершенно очевидно, что диалог является делом, требующим максимума усилий особенно в современных условиях. Множатся вызовы, представляющие угрозу самому человечеству, обостряются проблемы в отношениях между представителями политических, социальных, религиозных направлений. На международной арене происходят глубокие и стремительные перемены во всех областях: в идеологии, экономике, политике, общественных движениях. Они не связаны границами и культурами. Человечество является свидетелем «взрыва» в сфере информационного обмена гуманитарными знаниями, развития коммуникационных технологий, создания глобальных информационных сетей. И здесь наблюдается проникновение в чисто культурные явления социальных, экономических, политических кризисов и конфликтов. Все очевиднее становятся другие возникающие в мире явления, известные как «глобализация», и то влияние, которое она оказывает на национальные ценности, отношения, культуры. Все это делает необходимым равноправный взаимный диалог между современными цивилизациями и мировыми религиями.

Вместе с тем, мы видим, с какими трудностями сталкивается межкультурная коммуникация, как непросто проходит диалог цивилизаций. Невежество и фанатизм с обеих сторон часто приводят к возникновению различного рода «фобий», которые подчас превращается в конфликт. А возникший конфликт может привести и приводит к насилию.

Среди этих «фобий» можно назвать «исламофобию». Идеологические и политические кампании по «демонизации» ислама и мусульман на Западе, которые осуществляются через СМИ и центры исследований и принятия решений, создали в сознании значительного числа народов Запада представления об исламе как о закрытой доктрине, порождающей насилие и террор. Несомненно, и на исламе лежит часть ответственности за сложившуюся ситуацию. Часто слова, раздающиеся из исламского мира и обращенные к западным странам, резки, а иногда отмечены неспособностью или нежеланием объяснить свои позиции. Безусловно, факты проявления насилия со стороны исламских экстремистов, а в последнее время и не скрывающих своих целей террористов, дают повод для таких настроений. Однако их жертвами становились и становятся не только европейцы по происхождению, христиане, мирные граждане западных стран, но и мусульмане, живущие в Европе, или граждане европейских стран – выходцы из арабского региона и других исламских государств. Жестокими и откровенно наглыми тому подтверждениями, например, являются трагедия, разыгравшаяся в Тулузе в марте 2012г., когда мусульманский экстремист, гражданин Франции алжирского происхождения, расстрелял людей у еврейской школы и трёх военнослужащих с арабскими именами, или террористические атаки в Париже в ноябре 2015г. Да и то, что творится последние пятнадцать лет, особенно сейчас, на Ближнем Востоке (в Ираке и Сирии), где мощнейшая террористическая организация «ИГИЛ», или «ДАИШ», под знаменем Ислама в открытом эфире совершает свои злодеяния, убивая иностранных журналистов и своих единоверцев или соотечественников, уничтожая культурные памятники мирового значения и культовые сооружения «неправильных» религий и религиозных течений, порождает протест и враждебное отношение ко всем носителям мусульманской культуры.

Вместе с тем и на Западе есть и свои «фундаменталисты». Например, «норвежский стрелок» Брейвик, убивший 78 человек, находясь при этом в здравом уме и трезвой памяти. «Красные бригады» в Италии, баскские экстремисты и другие, устраивавшие не менее кровавые террористические акты в европейских странах. Существует также угроза возрождения в некоторых европейских странах расизма и правого радикализма, и мы видим, как ветераны частей СС маршируют по улицам прибалтийских городов. Но никто не говорит, что они представляют угрозу современной западной цивилизации. В то же время образ исламского фундаментализма внушает ужас западному обывателю и ассоциируется в его сознании со множеством негативных явлений и противопоставлением агрессии и демократии. Однако для ведения диалога и изыскания приемлемых для всех решений необходимо отделить террористов от обычных верующих, соблюдающих предписания своей религии, стремящихся жить в мире и согласии со своими соседями. А для этого нужен диалог и добрая воля, чтобы понять причины возникновения этого противостояния. Истинное понимание заключается в изучении политической, экономической, социальной ситуации, истории развитии научной мысли и культуры в исламском мире и западных странах.

Что же мешает ведению равноправного диалога между двумя цивилизациями?

Во-первых, демонстрация со стороны Запада своего рода «культурного превосходства», эдакий «нео-неоколониализм», который исключает мусульманский мир из сообщества современных цивилизаций, ставя знак равенства между исламом и отсталостью. Такое понимание ненаучно и необъективно.

Во-вторых, серьёзные трудности, связанные с вопросами иммиграции, её расширением и последствиями этого процесса. С ними сталкивается как коренное население западных стран, так и мусульмане – граждане европейских стран и другие иммигранты. Чаще всего они в сложной ситуации оказываются «козлом отпущения»: их обвиняют в том, что именно в них причина всех кризисов и проблем. При этом игнорируется, забывается или отвергается тот факт, что непродуманная миграционная политика западных лидеров порождает рост числа иммигрантов в европейские страны из ближневосточного региона и Северной Африки, что в дальнейшем приводит к всплеску расизма, шовинизма и ненависти, направленных против этих людей.

Но не сам ли Запад причина многих из этих проблем, препятствующих прогрессу в диалоге цивилизаций? Не сами ли западные страны, проявляя чудеса толерантности, долгое время закрывали глаза на различные негативные явления, связанные с иммигрантами из мусульманских стран? Продолжая попытки навязывать всем свои понятия о том, «как надо жить», не считаясь ни с чем, и стремясь распространить так называемые «демократические ценности» без учёта культурных и исторических традиций мусульманских, в том числе и арабских стран, разрушая не только социально-политические структуры, но и экономическую инфраструктуру арабских государств, в которых разыгралась «арабская весна», западная цивилизация своими действиями привела к массовому исходу жителей этих стран и их переселению, всеми правдами и неправдами, в «дружественную Европу», которая так им помогла свергнуть «диктаторские режимы» и установить, так сказать, «подлинную демократию».

В-третьих: поднимая вопрос о так называемом «притеснении» христиан в мусульманском мире, на которое Запад обращает особое внимание, западные либералы не возмущаются с таким же негодованием притеснением христиан в самой Европе. Вызывает удивление то, что, например, в христианской Европе открытое ношение символа христианства – нательного крестика – воспринимается как вызов европейскому принципу толерантности, как чуть ли не отказ от «западных ценностей», и грозит «нарушителю» увольнением с работы. В то же время представители так называемых «меньшинств» могут открыто демонстрировать свои пристрастия, а критиковать их за это считается «нецивилизованно».

Между тем, христианские общины в арабских странах представлены коренными гражданами этих государств (Ливан, Сирия, Иордания, Палестина, Египет, Тунис, Алжир и другие). Ни для кого не секрет, что там существуют угрозы межэтнических и межконфессиональных противоречий. Этот хрупкий баланс удерживается исторически сложившимися в этих странах режимами. Только политическое, тем более внешнее, вмешательство в них, способно превратить эти скрытые противоречия в открытое религиозное и межэтническое противостояние. За примерами далеко ходить не надо: события в Ливане в 70-е годы прошлого века, опасное положение, сложившееся в Египте, после падения режима президента Мубарака, который удерживал достаточно крепко межэтническое и межконфессиональное равновесие. Добавим сюда Ирак, Ливию, Сирию.

В-четвёртых: анализ того, что происходит в социально-культурной сфере западного общества наводит на мысль, а не нависла ли опасность распада над самой системой нравственных ценностей западной цивилизации, что угрожает не только основам христианства, но и существованию самого общества. Проводится массированная атака на церковь с помощью киноиндустрии и других средств с целью дискредитировать христианство и внести сомнение в его предписания. Ведь истинное христианство высоко держит планку нравственности и морали, чем крепче нравственный стержень и дух человека, тем труднее гнили ложных идей и извращённых ценностей поразить его. Поэтому атака ведётся на самые важные для здоровья общества сферы: семью и мораль. Под удар ставится не только духовность и нравственность человека, но и его биологическое естество. И недаром так активно представители очень либеральных западных слоёв и наши доморощенные радетели за свободу во всём и от всего вступились за арестованных за хулиганство участниц кощунственного действа в Храме Христа-Спасителя в Москве. И всё это преподносится как борьба за «демократические ценности и свободы», «права личности» и т.д., которые пытаются проповедовать и продвигать, в том числе и в арабские страны, некоторые ослеплённые своей «миссионерской ролью» западные круги.

Однако у ислама вообще и в арабских странах в частности свои представления на этот счёт, в которых, как и в христианстве, не признаются двойные стандарты в отношении нравственных ценностей (одни для верующих, а другие для не верующих). Обе религии призывают придерживаться единых идеалов и верят, что права человека, как их понимают ислам и христианство, есть часть общего представления человека о мире, о его месте в нём, о его предназначении. Другими словами, у ислама и христианства есть общий взгляд на вопросы морали. Представители обеих цивилизаций, считают, что соблюдение прав личности – это священная обязанность. Никто не может пренебрегать ими или умалять их. Защита прав человека становится долгом, юридической обязанностью. Но часто понимается это по-разному, с опорой на культурно-исторические особенности развития этих обществ. И вот именно здесь многократно возрастает роль межкультурной коммуникации и диалога вменяемых представителей арабо-мусульманской и западной цивилизаций. Неукоснительное уважение прав человека любой национальной принадлежности на свободу совести и вероисповедания, получение религиозного образования, способствующего взаимопониманию, сотрудничеству, толерантности, основанных на принципе «непринуждения» в делах веры; соблюдение социальной справедливости на всех уровнях поможет противостоять опасности «тирании» во всех ее проявлениях.

Примером такого мирного сосуществования, доверительных дружеских отношений между представителями различных религий и этносов является Россия, которая в последние годы, когда она открыто заявила о своих национальных интересах и начала их защищать, стала предметом истерики и всяких «фобий» у части западного истэблишмента. Когда Россия была в 90-е и начале 2000-х слабая, то она была хорошим «младшим партнёром», с которым было приятно вести диалог, диктуя ей чужую волю. Но когда она «вышла из под контроля», стала освобождаться от навязанный «дружеских объятий» и крепнуть, то она превратилась из партнёра в вызов и чуть ли не в угрозу западному «цивилизованному миру» вместе с международным терроризмом. Эта ситуация не способствует диалогу и не ведёт к взаимопониманию. Но вернёмся к сосуществованию и диалогу цивилизаций в самой России. На протяжении многих веков, через войны и договоры, через совместное преодоление общих напастей, через браки и союзы вырабатывались и были выработаны правила взаимодействия и проживания на общей территории людей с различными историческими, культурными, религиозными корнями. Существование тысячелетней многоликой, многонациональной, многоконфессиональной России подтверждает, что диалог культур может и должен опираться на веру в единую природу человека и обеспечивать благоприятные условия для терпимости, плодотворного обмена мнениями для создания адекватного образа людей, имеющих иной взгляд на мир. Диалог служит поддержанию и укреплению нравственных ценностей и морали. Он также способствует отказу от претензий на превосходство, гегемонию и неприятие другого образа мысли.

С арабо-мусульманским миром у России также очень давние отношения, уходящие в глубь веков. На протяжении столетий паломники и путешественники, дипломаты и военные, учёные и просветители, писатели и художники, студенты и преподаватели, журналисты и просто интересующиеся люди с обеих сторон формировали образы друг друга, наблюдая за жизнью людей, за их поступками и словами.

Этот сборник статей посвящён, с одной стороны, вопросу о том, как видят нас арабы и как мы видим их. С другой, ̶ в нём автор рассматривает вопросы о вкладе арабо-мусульманской культуры в общую копилку развития мировой цивилизации и продолжает исследовать тему нравственно-этических основ арабского менталитета.



Часть 1. АРАБСКИЙ МИР И РОССИЯ: ДИАЛОГ КУЛЬТУР

Арабский мир: как его видят россияне

Станислав Плутенко «Всадники в белом», 2009 (www.plutenko.ru)


Общение представителей русской культуры, начиная с первых «хождений» русских паломников в Палестину и до наших дней, с арабами – это не только восприятия ими этических и эстетических ценностей арабо-мусульманской цивилизации, но и анализ общего и отличного в характеристике арабов, данной им разными людьми в разное время и в различных ситуациях. Непонимание и отторжение арабов первыми православными паломниками постепенно превращается в интерес к арабо-мусульманской цивилизации, её изучение и осмысление представителями русской культуры. Великие русские писатели и поэты (Н.В.Гоголь, М.Ю. Лермонтов и другие), современные советские и российские дипломаты и учёные, журналисты и различные специалисты, обращавшиеся к истории и культуре Арабского востока, общавшиеся с арабами при посещении различных арабских стан, рисуют «собирательный портрет араба», что позволяет более объективно посмотреть на представителей различных арабских народов. Авторы многочисленных работ, очерков, путевых заметок отмечают такие черты арабов, как знание своей истории и великих достижений арабо-мусульманской культуры; свободолюбие и защиту своей чести и чести рода; терпение, стойкое перенесение трудностей, смирение, граничащее с фатализмом. При этом они отмечают беспечность, а иногда и безрассудство арабов. В их описаниях араб гостеприимен и щедр, любит принимать гостей и не без удовольствия слушает их похвалу. Он, в целом, религиозен, старается честно исполнять все предписания своей религии, что не мешает ему проявлять житейскую хитрость и смекалку в обыденных делах. Он достаточно толерантен в отношении других, но может быть решителен и даже жесток, если считает, что задеты его честь и достоинство, или если кто-то покушается на его принципы и моральные ценности.

Ключевые слова: арабы, арабо-мусульманская культура, Ближний Восток, Магриб, Машрик, народные традиции и обычаи.

*****


Удивительный и притягательный АРАБСКИЙ МИР. Мир таинственных запахов далёких восточных краёв и волшебных сказок, в котором на всём лежит отпечаток суровости и простоты жизни кочевников-бедуинов. Говоря о сынах пустыни – арабах, великий русский писатель Н.В. Гоголь восхищался их «природными элементами и колоссальностью воображения, пламенной природой…». Он говорил: «Этот чудесный народ не шёл, а летел к своему развитию» [6, с.63].

Гоголя многое удивляло в арабо-мусульманской культуре. В статье об истории архитектуры он так характеризовал мастерство арабских зодчих: «Но более исполнены роскоши очаровательной, которою говорит восточная природа, те здания, которых коснулся вкус аравитян. В Азии, во время этих разрушительных встреч новых и старых народов, особенно магометан, произошло необыкновенное смешение архитектур, произошли самые дерзкие отступления. Но никогда, нигде не соединялось смелое с такою прекрасною роскошью, как у аравитян. Они заимствовали от природы всё то, что есть в ней верх прекраснейшего. Их архитектура не носит на себе печати дремучих лесов; она вся состоит из цветов. […] Здание так прелестно, очаровательно, как восточная красавица с чёрными, яркими, как молния, глазами, в пёстром своём убранстве и драгоценных ожерельях» [6, с.53]. Об этом же слиянии с природой, уважении ко всем её творениям пишет и Е.Я. Шидфар в книге «Образная система арабской классической литературы (VI-XII вв.)»: «Древнеарабская культура не дошла до философского осознания мира, но зато её художественное мышление отличается чрезвычайной яркостью… Человек чувствует себя частью мирозданья, не противопоставляя себя миру, а осознавая свою тесную связь с ним. [...] Высшим образцом красоты и критерием прекрасного в его сознании является природа; всё, что естественно, прекрасно. [...] Нет низменных и ничтожных явлений природы, нет безобразных животных» [8, с.18].

Арабо-мусульманская культура – это сплав, с одной стороны, единых религиозных, государственно-правовых, философско-этических и эстетических представлений, а с другой стороны, национально-особенных, многоплановых и многоуровневых специфических черт народов, которые её создавали. Образ араба и арабского Востока складывался в русской культуре не одно столетие.

Первым письменным источником о путешествии на Восток являются «Хождения игумена Даниила», который совершил поездку к святым местам Палестины в самом начале XII века. Это своего рода «путевые заметки» с подробным описанием не только личных впечатлений, но и городов, рек, гор, островов, через которые Даниилу пришлось пройти по пути в Иерусалим. Весь текст «Хождений» наполнен святыми для христиан именами и названиями: Христос, Дева Мария, Иоанн Предтеча, Пётр и Павел, Иерусалим, Гроб Господень, Вифлеем и другие. Об арабах Даниил пишет очень мало и всегда очень негативно: «[…] и близь есть Асколонь град, выходять бо оттуду срацини и избивають странныя на путЂхъ тЂх, да ту есть боязнь велика… И есть мЂсто то страшно и неудобь проходно: ту бо живуть срацини силнии погании и биют на рЂках тЂхъ на бродЂхъ.» [10]. Этому есть объяснение. Ведь Даниил посетил Палестину в один из самых острых периодов противостояния Запада и мусульманского Востока. Это время крестовых походов и существования Иерусалимского королевства времён короля Болдуина. Даниил прямо указывает на это: «[…] поиде бо князь Иерусалимьский Балдвинъ на войну к Дамаску путем тЂм к Тивирьядьскому морю…» [10]. Естественно, в тот период нельзя было ожидать от православного христианина-паломника, подвергавшегося реальной смертельной опасности во время путешествия, объективной оценки арабов, их обычаев и традиций.

Русские люди могли иметь представление о Ближнем Востоке и благодаря одному из древнейших памятников русской литературы – «Повести временных лет». В «Повесть», помимо событий из истории нашей родины до 1110 года, внесены многочисленные данные географического, а также этнографического характера, включая описания арабских территорий. В летописи мы читаем: «Так начнём повесть сию.

По потопе трое сыновей Ноя разделили землю – Сим, Xaм, Иaфeт. И достался восток Симу: Персия, Бактрия, даже и до Индии в долготу, а в ширину до Ринокорура, то есть от востока и до юга, и Сирия, и Мидия до реки Евфрат, Вавилон, Кордуна, ассирияне, Месопотамия, Аравия Старейшая, Елимаис, Инди, Аравия Сильная, Колия, Коммагена, вся Финикия.

Хаму же достался юг: Египет, Эфиопия, соседящая с Индией, и другая Эфиопия, из которой вытекает река эфиопская Красная, текущая на восток, Фивы, Ливия, соседящая с Киринией, Мармария, Сирты, другая Ливия, Нумидия, Масурия, Мавритания, находящаяся напротив Гадира… и река Геона, иначе называемая Нил.

Иафету же достались северные страны и западные, […] часть Азии, называемая Иордания, и река Тигр, текущая между Мидией и Вавилоном…» [9].

Хотя в летописи арабы непосредственно не упоминаются, но данные об их религии присутствуют, что можно считать опосредованной характеристикой её изобретателей. Такую информацию об исламе мы находим в описании процесса выбора князем Владимиром одного из монотеистических религиозных учений. В «Повести» мусульмане описывали свою веру так: «[…] учит нас Магомет так: совершать обрезание, не есть свинины, не пить вина, зато по смерти, говорит, можно творить блуд с жёнами. Даст Магомет каждому по семидесяти красивых жён, и изберёт одну из них красивейшую, и возложит на неё красоту всех; та и будет ему женой». Летописец добавляет: «[…] и другую всякую ложь говорили, о которой и писать стыдно». А о реакции князя Владимира на предложение мусульман он пишет: «[…] было ему (князю – Е.К.) нелюбо: обрезание и воздержание от свиного мяса, а о питье, напротив, сказал он: "Руси есть веселие пить: не можем без того быть"» [9].

В былинах известного «Владимирова цикла» сохранились отголоски многочисленных русских паломничеств в Палестину, чтобы «святой святыни помолитися, господню гробу приложитися, во Ердань-реке искупатися, нетленной ризой утеретися» [11]. Совершались эти «хождения» при князе Владимире, т.е. в последней четверти X и начале XI столетий, носили распространенный характер и совершалось большими группами, дружинами.

Проходили века. На огромной территории, которую когда-то занимал Арабский халифат, шли процессы, приведшие в конечном итоге к образованию более двадцати независимых арабских государств. Общая многовековая история, религия, язык, безусловно, способствовали возникновению некой «общеарабской личности». В то же время смешение с арабами Аравии, несшими и распространявшими свои идеи от границ Китая до Атлантического океана, этносов, испокон веков населявших завоёванные территории, придало оригинальные и неповторимые черты каждому арабскому народу.

Наверное, лучше всего охарактеризовать арабов разных стран в наше время могут те, кто долго жил или часто путешествовал в этих краях. Обратимся же к впечатлениям советских и российских дипломатов, учёных-арабистов, журналистов, которые в силу своей профессиональной деятельности много и близко общались с арабами.

Общую характеристику нынешним арабам даёт российский дипломат, востоковед-арабист Е.М. Богучарский, более сорока лет проработавший в странах Ближнего Востока и Северной Африки. Он пишет: «История победоносного шествия войск первых арабских халифов способствовала выработке в сознании мусульман комплекса превосходства в отношении других народов […]. Многие мусульмане живут прошлым, постоянно вспоминая арабскую средневековую империю, которая была отражением их могущества […]. К примеру, египтяне считают себя самыми лучшими на земле, а свою страну центром цивилизации» [2, с.141]. Историческая память присуща не только египтянам. Вот что пишет о значении древних традиций известный советский учёный-востоковед Р.Г. Ланда (литературный псевдоним В.А. Аргентов – Е.К.), много лет посвятивший изучению истории арабских стран, в частности Магриба: «Историческая память всякого народа является в известной мере мерилом его цивилизованности. Эта память о минувшем у магрибинцев просто поражает. Если не каждый из них знает о Ганнибале.., то уж о древнеберберских царях… знают многие. А об арабских полководцах, династиях, поэтах и предводителях восстаний большинству магрибинцев известны не только легенды» [1, с.5].

Арабский характер замечателен не только верностью памяти предков. Многие вслед за Гоголем с восхищением описывают и внешний облик и черты характера представителей этого народа. Журналист-международник А.М. Васильев, который побывал в 70-е годы прошлого столетия в странах Персидского залива, можно смело сказать, очень поэтически рисует образ бедуина-кочевника из аравийских пустынь: «Вместе с ветрами из глубины пустыни приходят кочевники-бедуины с длинными волосами цвета воронова крыла. Их насурмлённые глаза смотрят с удивлением, восторгом, жадностью и осуждением на базары из стекла и бетона, на залитые электрическим светом города» [4, с.4]. В чём причина такого отношения бедуинов к не виданным ими доныне чудесам современной цивилизации? А. Васильев объясняет это, не без восхищения, на наш взгляд, говоря о сынах пустыни: «Аравийский кочевник-бедуин представляет собой выдающийся пример выживания, приспособления почти к немыслимым условиям существования. Он рождается в жалком жилище – в палатке из козьей шерсти, под испепеляющим солнцем или в пронизывающий до костей холод […]. Он выживает один из трёх или четырёх братьев и сестёр, как будто для того, чтобы бросить вызов своей нелёгкой судьбе…

Но, несмотря на постоянный голод и жажду, самый бедный из бедуинов, который действительно победил нужду и жестокую природу своим непреклонным духом, почитает себя лучшим из людей» [4, с.52]. Как это похоже на самооценку египтян! Как бы в подтверждение этой мысли в другой книге об арабских странах А. Васильев описывает бедуина, встреченного им в Адене (сейчас Йеменская Республика – Е.К.): «Он гордо вышагивал среди автомашин, держа за поводок верблюда. Кочевник был обнажён по пояс, и верхняя часть его тела отливала синевой втёртого в кожу индиго. Тюрбан также был выкрашен в тёмно-синий цвет, поверх голубой юбки повязан многоцветный шарф, а на нём – пояс с патронташем и серебряными бляхами. Чеканное лицо бедуина с прямым «римским» носом и пушистой бородкой было почти чёрным. На этого спокойного, гордого, мускулистого человека было приятно смотреть» [3, сс.34-35]. Приведённые впечатления вполне соответствуют тем характеристикам, которые зафиксированы в арабских пословицах, поговорках и различных фразеологизмах. О бедуинах говорят свободные сыны пустыни, смельчаки Хиджаза (Хиджаз – историческая область Аравии – Е.К.). Неспешность, даже медлительность арабов объясняется тем, что Поспешность от шайтана, а медлительность от Всевышнего.

Характеризуя араба-бедуина, А. Васильев отмечает: «Самое страшное преступление для него (бедуина – Е.К.) – предать товарища. Его верность другу, своему роду и племени кажется безграничной. С врагами он свиреп и жесток…

Характер бедуина […] построен на неукротимом стремлении к свободе Житель пустыни уважает силу и презирает любой признак слабости. Однако для него священно убежище, и отказать просящему в убежище – значит поступиться честью.

Бедуин – деликатный, умный и жизнерадостный спутник […]. Кочевник жаден до денег, но в такой же мере великодушен […]. Принимая незнакомца в качестве гостя, он отдаст ему то, в чём сам крайне нуждается. Трудно превзойти бедуина в гостеприимстве» [4, сс.52-53].

Данная характеристика позволяет нам увидеть человека, который полностью соответствует арабскому понятию мурувва – кодексу чести истинных бедуинов, как они называют себя. В арабских пословицах мы находим подтверждение этим впечатлениям: Сражался, пока не был убит, то есть сражался до последнего вздоха; У кого не хватает клыков, бывает съеден. А щедрость и гостеприимство бедуинов вытекает из постулата, что Щедрость – достоинство, а скупость – порок и что Гость есть гость, даже если в руке его меч (то есть, даже если это враг).

Образ араба, который очень перекликается с впечатлениями А. Васильева, рисует М.Ю. Лермонтовым в поэме «Три пальмы»:



«[…] И, стан худощавый к луке наклоня,
Араб горячил вороного коня.
И конь на дыбы подымался порой,
И прыгал, как барс, пораженный стрелой;
И белой одежды красивые складки
По плечам фариса вились в беспорядке;
И с криком и свистом несясь по песку,
Бросал и ловил он копье на скаку [7, с.414].

Какие ещё общие черты заметили наши соотечественники у представителей различных арабских народов? Уже упомянутый выше А. Васильев делится своими впечатлениями о сирийцах и других арабах в книге «Трудный перевал», посвящённой переломным моментам в жизни ряда стран Ближнего и Среднего Востока. Он пишет: «Гостеприимство, доброжелательность, приветливость – черты сирийского характера. В глубине души сириец считает, что проверять документы у гостя, особенно у друга, – значит оскорбить его подозрением, даже во время войны» [3, с.5]. Следует отметить, что в рассказе А. Васильева речь идёт об арабо-израильской войне 1973 года.

Щедрость и широта души отмечается не только у сирийцев. Это вообще отличительная черта любого араба, где бы он ни жил. Отчего так? «Для арабов гостеприимство – прежде всего и главным образом закон самосохранения, закон пустыни. Кочевник, да и оседлый отдаст последнее, но не позволит гостям уйти голодными. И права была английская путешественница прошлого века Энн Блант, заметив, что арабы смотрят на гостеприимство как на "первичный инстинкт нормального ума"», – пишет А. Васильев [3, сс.71-72]. Эта мысль подтверждается и бытующими у арабов пословицами: Гость от Аллаха Всемилостивого, Подай гостю хоть одну пустую лепёшку, лишь бы он не лёг спать голодным.

Среди других черт в характере арабов присутствует и такая черта, как беспечность, даже фатализм и смирение, «выраженные словами «маалеш» – «авось пронесёт, наплевать, ничего» и «иншалла» – «если пожелает Аллах» [3, с.12]. Это часто граничит с необязательностью, что вызывает справедливое неудовольствие у тех, кто общается с арабами. Но сами они ничего дурного, как правило, в этом не видят. Если араб что-то обещает, он всегда приговаривает: «Если пожелает Аллах». Если просьба не выполнена, значит, Аллах не пожелал. Если же араб сдержал слово, то на это была воля Аллаха. Чудесная позиция, которая объясняет все удачи и неудачи. Но в трудные для стран и народов минуты и сирийцы, и представители других арабских народов умеют собраться и проявить организованность и военную дисциплину, независимо от родственных и племенных связей, которые до сих пор играют немаловажную роль.

Однако арабы – это не только диковатые и гордые сыны пустыни. В арабских городах и сельской местности живут и трудятся люди разных профессий. Их мы встречаем не только на Ближнем Востоке и Аравийском полуострове. Такие же люди живут и в Магрибе-аль-Акса, или Дальнем Западе великой империи арабов прошлого, то есть в Марокко, Алжире и Тунисе. Это – торговцы – мастера восточной купли-продажи; кузнецы, которые в своих кузницах делают всевозможные орудия; ювелиры, чеканящие и отливающие оригинальные, иногда грубоватые и тяжеловесные, но всегда притягательные изделия из золота и серебра; рыбаки и ловцы жемчуга; строители судов в прибрежных городах; моряки – смелые и стойкие покорители морской стихии; ткачи, на старинных станках создающие волшебные узоры на шёлковых и атласных тканях; мастерицы ковроткачества, работающие над созданием оригинальных прекрасных ковров с пяти – шестилетнего возраста и до глубокой старости; рабочие и служащие современных предприятий и учреждений и крестьяне, возделывающие в поте лица часто практически непригодные для сельского хозяйства участки земли.

Как же видят наши соотечественники эти края и этих людей? Вот как выразил своё впечатление о марокканской действительности побывавший в Марокко в 70-е годы прошлого века советский специалист: «Начинаешь внимательно всматриваться в окружающее – и ритмы нашего времени как бы замедляются: бешеный вой электромузыкальных инструментов уступает место тягучим, бесконечным, заунывным мелодиям андалузского оркестра, уходящего корнями в мусульманское прошлое соседней Испании; широкий проспект с неоновой рекламой модных магазинов и кинотеатров теряется в лабиринте узких улочек медины – старого города, спрятавшегося за крепостными стенами XII века…» [5, с.8]. Пожалуй, это определение наиболее полно отражает двойственность характера современных арабов как на Востоке арабского мира, так и на его Западе: переплетение древних традиций с устремлением в новую, современную жизнь.

По свидетельству очевидцев, никакие современные преобразования, никакие передовые технологии до сих пор не могут поколебать традиционные устои самоорганизации арабского общества, особенно в сельской местности. В Марокко «племенные традиции живы и сейчас, несмотря на то, что марокканское правительство предпринимает меры по организации общенациональной жизни и воспитанию национального чувства у всех марокканцев» [5, с.37]. Но это не только черта марокканского общества. Преданность традициям, верность своему роду-племени, хорошо это или плохо – другой вопрос, вот ещё одно отличительное качество арабов на всём пространстве, где они проживают. Арабские пословицы гласят: Новое люби, а от старого нос не вороти (не отступайся), Нет обновы у того, у кого нет старого платья. Племенные традиции зафиксированы даже в топонимике арабских стран. Названия городов, деревень, гор, целых административных единиц указывают на проживающие в них племена: Бени-Изген, Бени-Хилаль, Улад-Наиль, Аит-Аммар и так далее. Слова бени, улад, аит на арабском и берберском языках означают дети. А имена собственные говорят, что родоначальниками, предками этих людей были некие Хилаль, Наиль, Аммар и другие.

И вот что удивительно, хотя, может быть, и нет. Как в Машрике, ближневосточных странах, так и на другом конце арабского мира, в Марокко, русские путешественники отмечают одни и те же незыблемые черты арабского характера – щедрость и солидарность. «Главный философский принцип кочевника – человек не может прожить в одиночку в огромном мире пустыни. Щедрость – неотъемлемое свойство кочевника, воспитываемого в духе уважения к негласному закону кочевого общества – солидарности, ибо без неё нет общественной жизни, а без общественной жизни в пустыни не может быть и жизни индивидуальной. Одинокий человек – мёртвый человек» [5, с.38].

Вместе с тем, путешественники указывают на некоторые особенности, например, марокканского характера. Прежде всего, это – религиозная толерантность, спокойное сосуществование, в частности среди берберов Марокко, ислама и доисламских верований. Примером такой экзотики может служить тот факт, что некоторые берберские племена, давно исповедующие ислам, в полнолуние загоняют бесплодных кобыл в воды Атлантического океана в надежде на таинственных жеребцов, обитающих в пучине, во владениях Посейдона. [5, с.42].

Поскольку речь зашла о верованиях, то следует отметить, что большинство путешественников указывают на религиозность арабов, особенно простых людей, горожан и селян. Арабы говорят: «Начало мудрости – страх перед Аллахом. Благочестие и набожность – голова нравственности». Ислам является государственной религией во всех арабских странах, и большинство людей верят, что «нет божества, кроме Аллаха и что Мухаммад Его посланник». Они соблюдают все религиозные предписания и совершают все обряды согласно установленным правилам. Это не значит, что среди арабов нет людей, далёких от религиозного рвения, и даже атеистов. Однако ислам так глубоко вошёл в сознание и поведение арабов, что стал неотъемлемой частью их повседневной жизни.

Те, кто посещал Марокко, обращают внимание на любовь марокканцев к своим праздникам: религиозным, национальным, местным. Последние называются мусемы (лит. – маусем). Они собирают у могил доморощенных «святых» огромное количество людей. Во время мусема марокканцы радушно принимают гостей и обязательно подносят им финики и молоко. Это – основная пища кочевого населения Сахары, ставшая марокканским «хлебом-солью». [5, с.46]. В странах Машрика, восточной части арабского мира, таким символом гостеприимства выступает, как правило, кофе.

Во время праздников столы ломятся от традиционных кушаний и на западе, и на востоке обширного арабского мира. Гости, знающие и уважающие местные традиции арабского застолья, ничему не удивляются. А для новичков некоторые правила застольного этикета арабов могут показаться странными. Однако приняты они как в домашнем кругу, так и на дипломатическом приёме или на торжествах в королевском дворце. Например, гостей могут посадить вокруг стола на коврах или низеньких пуфиках. Их обойдёт прислужник с чайником для мытья рук и полотенцем. Обмыв правую руку (она у мусульман является «чистой»Е.К.) и, закатав рукав, гость может приступать к еде. Многие арабские блюда не требуют вилок и ножей. Их вкуснее, проще и быстрее есть руками. Пока шокированный западный гость ищет столовые приборы, самые вкусные части, например, жареного барана оказываются в желудках расторопных завсегдатаев таких празднеств. Запивать обильные и сытные блюда в арабских странах принято минеральной водой или апельсиновым соком. Вино подаётся редко и, как правило, только иностранным гостям.

Многие отмечают детскую непосредственность арабов, особенно во время праздников. Вот как описывает очевидец арабскую свадьбу. «Свадьба празднуется шумно. Некоторые горожане умудряются для такого случая обзавестись микрофоном с динамиком, и тогда весь квартал вынужден бодрствовать, поневоле участвуя в свадебном веселье. Но и этого мало. Развеселившиеся гости усаживаются в украшенные разноцветными лентами машины и начинают носиться по всему городу, беспрерывно сигналя» [5, с.49]. Такие процессии можно увидеть на улицах Рабата и Александрии, Алжира и Дамаска, Абу-Даби и Туниса. Радость и веселье во время праздников выливается на улицы всех арабских городов после окончания Рамадана (мусульманского постаЕ.К.). Несмотря на ночное время, города сияют огнями, отовсюду слышна музыка, люди целыми семьями гуляют, ходят по магазинам, отдыхают в кафе или катаются на машинах вдоль набережных, как в Кувейте. Такое же бесшабашное веселье и радость мы можем наблюдать перед сошествием Благодатного огня и после него во время православной Пасхи в Иерусалиме. Молодые арабы-христиане по сложившейся традиции, сидя друг у друга на плечах, выкрикивают радостные речёвки, бьют в барабаны, хлопают в ладоши, всем своим видом показывая, как они счастливы и как ждут грядущее событие.

Можно было бы ещё много рассказать об арабах и о том впечатлении, которое они оставляют в душе и сознании наших соотечественников. Однако объём статьи не позволяет этого сделать.

Подведём лишь некоторые итоги. Приведённые выше впечатления наших соотечественников, побывавших в арабских странах и общавшихся с арабами при всевозможных обстоятельствах, рисуют нам приблизительный «коллективный портрет» представителя арабского этноса. Это – человек, знающий свою историю и гордящийся великими достижениями арабо-мусульманской культуры. Отсюда его высокая самооценка и некоторая снисходительность к представителям других народов. Это – свободолюбивый и ревниво оберегающий свою честь и честь рода человек. Он терпелив, стойко переносит трудности, проявляет смирение, граничащее с фатализмом, но при этом часто беспечен, а иногда и безрассуден. Араб гостеприимен и щедр, любит принимать гостей и не без удовольствия слушает их похвалу. Он, в целом, религиозен, старается честно исполнять все предписания своей религии, что не мешает ему проявлять житейскую хитрость и смекалку в обыденных делах. «Милосердного Аллаха славь, а вперёд поглядывай», – говорят в Алжире. Он достаточно толерантен в отношении других, но может быть решителен и даже жесток, если считает, что задеты его честь и достоинство, или если кто-то покушается на его принципы и моральные ценности.

Безусловно, мы не претендуем на то, что это – всеобъемлющая характеристика. Однако нам кажется, что она отражает основные черты представителей арабского этноса, которые может увидеть доброжелательный и непредвзятый взгляд путешественника по арабским странам.

Арабский след в русской культуре
Неповторимость и уникальность арабо-мусульманской культуры заключается в том, что в основе её лежит ислам, который является не просто мировой религией, а удивительным сплавом права и государства, философии и искусства, религии и науки. Поэтому точно так же, как ветер сирокко (кстати, арабизм, ибо происходит от арабского слова «шарк», которое означает «восток») приносит таинственные, чудесные запахи из далёких восточных краёв, так и арабо-мусульманская культура таила и таит в себе новые, неизвестные, волнующие образы и сюжеты. Многие великие русские литераторы, художники и музыканты вдохновлялись ими.

Следует отметить, что знакомство русских с Ближним Востоком началось значительно ранее XII столетия, от которого дошел до нас первый письменный источник о путешествии на Восток – «Хождения игумена Даниила», – совершённым к святым местам Палестины в самом начале XII века. Это своего рода «путевые заметки» с подробным описанием не только личных впечатлений, но и городов, рек, гор, островов, через которые Даниилу пришлось пройти по пути в Иерусалим, и которые освящены присутствием таких личностей, как Христос, Дева Мария, Иоанн Предтеча, Пётр и Павел, и других [26]. О его впечатлениях более подробно упоминалось в предыдущей статье.

Академик Борис Дмитриевич Греков считал, что славяне знали дорогу на Ближний Восток еще в VI-VII вв. Он пишет: «В этот же период анты русь входят в непосредственное общение с Византией и народами Востока и завязывают с ними постоянное общение» [3, с. 20]. Первые сведения письменных источников о торговле русских с Византией через Черное море и с мусульманскими странами через Каспийское море относятся к 40-м годам IX в. О торговле «русских из племени славян» мехами «из самых отдаленных краев Славянской земли …на берегах Румского (Средиземного) моря» в 60-70-х годах IXв. писал арабский географ Ибн-Хордадбех [18].

В одном из древнейших памятников русской литературы «Повести временных лет», охватывающем события из истории нашей родины до 1110 года. содержится множество данных географического, а также этнографического характера, связанных регионом Ближнего Востока. Таким образом, «Повесть временных лет» можно рассматривать как первый русский «географический справочник» [20]:

«Так начнём повесть сию.

По потопе трое сыновей Ноя разделили землю – Сим, Xaм, Иaфeт. И достался восток Симу: Персия, Бактрия, даже и до Индии в долготу, а в ширину до Ринокорура, то есть от востока и до юга, и Сирия, и Мидия до реки Евфрат, Вавилон, Кордуна, ассирияне, Месопотамия, Аравия Старейшая, Елимаис, Индия, Аравия Сильная..., вся Финикия.

Хаму же достался юг: Египет, Эфиопия…, Фивы, Ливия, соседящая с Киринией, Мармария, Сирты, другая Ливия, Нумидия, Масурия, Мавритания, находящаяся напротив Гадира… и река Геона, иначе называемая Нил.

Иафету же достались северные страны и западные, ... часть Азии, называемая Иордания, и река Тигр, текущая между Мидией и Вавилоном…» [20].

В былинах известного «Владимирова цикла» мы находим свидетельства многочисленных русских паломничеств в Палестину, которые имели место при князе Владимире, т.е. в последней четверти X и начале XI столетий. Былины рассказывают, что паломничество к святым местам было не отдельным эпизодом в жизни того или иного русского человека, а носило распространенный характер и совершалось большими группами, дружинами, часто по несколько десятков человек («Сорок калик»). Былина о «Сорока каликах» описывала их путешествие во главе с атаманом Касьяном сыном Михайловичем «ко граду Иерусалиму», чтобы «святой святыни помолитися, господню гробу приложитися, во Ердань-реке искупатися, нетленной ризой утеретися» [24]. В былине новгородского происхождения о Василии Буслаеве рассказывается, как он с товарищами отправился «в Ерусалим-град… Святой святыни приложитися, во Ердане-реке искупатися» [17].

Невозможно также пройти мимо «Хождения за три моря», составленного купцом из Твери Афанасием Никитиным во время его путешествия в индийское государство Бахмани в 14681474гг. Путешествуя, он посетил Персию, Индию, Маскат, Персидский залив, африканские берега. Его «Хожение» называют купеческим произведением. Действительно, в нём много упоминаний о базарах в различных городах и странах, о товарах и их стоимости. Причём по каждому торговому месту даётся подробный отчёт, что здесь «родится». Он говорит, например, что «Дабыло (Дабхол – Е.К.) же есть пристанище велми велико, а приводят кони из Мисюря (Египтпа – Е.К.), изо Арабъстани (Аравии – Е.К.), изъ Хоросани, ас Туркустани, из Негостани» [25]. В поле его зрения попадали не сакральные объекты христиан, а люди другой веры, другого уклада жизни. «Хождение» написано не только по-русски. В оригинале есть части, изложенные на тюркском, персидском, арабском языках. Долгие годы пребывания и выживания в чуждой среде заставили его приспосабливаться. Афанасий Никитин путешествовал под «бесерменским именем – ходжа Юсуф Хорасани» [23]. Ему были знакомы события, связанные с историей ислама: «Тут убили шаха Хусейна, из детей Али, внуков Мухаммеда, и пало на убийц проклятие Мухаммеда – семьдесят городов разрушилось» [Там же]. Он знал, что «Парват (священный город в Индии – Е.К.), где у них бутхана (храм – Е.В.) – то их Иерусалим, то же, что для бесермен Мекка» [Там же]. В его «Хождении» много арабских слов «мелик-ат-туджар» (царь купцов), «кафары (неверные – Е.К.), не христиане они и не бесермены: молятся каменным болванам и ни Христа, ни Мухаммеда не знают», «бесерменский улу байрам (праздник разговения после мусульманского поста – Е.К.)» [23]. В его молитвах, обращённых к Христу, чувствуется влияние мусульманских молитв: «Да молился есми Христу вседержителю, кто сотворил небо и землю, а иного есми не призывал никоторого именемъ, богъ олло, богъ керим, богъ рагимъ, богъ худо, богъ акьберь, богъ царь славы, олло варенно, олло рагим ельно сеньсень олло ты» [20].



Новый толчок интереса к арабо-мусульманской культуре дали переводы Корана на русский язык, первые из которых появляются в период правления Петра Первого. По его указу в 1716 г. в Петербурге в Синодальной типографии был издан перевод Корана на русский язык – «Алкоран о Магомете, или Закон турецкий». Этот перевод долгое время приписывался Петру Васильевичу Постникову. Перевод в свою очередь был сделан с перевода французского дипломата и востоковеда Андре дю Рие. Перевод П.В. Постникова сохранился только в рукописях [19]. Новое обращение к Корану в России происходит в царствование Екатерины Второй, по указу которой в 1787 г. в типографии Шнора впервые в России был напечатан полный арабский текст Корана. Коран был напечатан специально отлитым для этой цели шрифтом Академии наук в Петербурге, который воспроизводил почерк одного из лучших каллиграфов муллы Усмана Исмаила и превосходил все арабские шрифты, существовавшие тогда в типографиях Европы [Там же]. Однако это был не последний перевод Корана, сделанный во времена Екатерины. Второй перевод священной книги мусульман под названием «Книга Аль-Коран аравлянина Магомета, который в шестом столетии выдал оную за ниспосланную к нему с небес, себя же последним и величайшим из пророков Божиих», выполненный в 1790 г. драматургом М. И. Верёвкиным, сыграл важную роль в истории русской литературы [19].

Каталог: upload -> iblock -> 199
iblock -> Программа «Парламентский стиль»
iblock -> Центральная Азия: отход от России или интеграция в рамках Евразийского союза?
iblock -> Справка о материально-техническом обеспечении основной профессиональной образовательной программы высшего образования 35. 06. 01 Сельское хозяйство, направленность Общее земледелие, растениеводство № п/п
iblock -> Функциональные и технические требования
iblock -> Правительствомоскв ы
199 -> А. В. Чибис Информация по актуальным вопросам функционирования региональных систем капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах и деятельности региональных операторов


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4   5   6   7   8


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2019
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал