Спецблок для м-группы к модулю М



Скачать 209,28 Kb.
Дата14.06.2018
Размер209,28 Kb.


Спецблок для М-группы к модулю


  1. М. – Теперь мы имеем для приложения схемы «страна» материал прошлого. А нам нужно строить видение России будущего. Первый шаг мы сделали летом. Влияние исторического материала было весьма относительным, так как дедукция начинает с «всеобщего» и движет к «особенному», сохраняя исходное основание. Результатом будет это «единичное» как «конкретный» портрет с основой всеобщей. Почему «портрет»? Потому что учитывается «единичное» эмпирическое, созерцательный материал. А если нет материала? Тогда дедукция дает «сущностное самовыражение», т.е. в нашем случае дает картину «страны вообще», все более конкретную. В ней нет содержания, специфичного «для типа страны», следовательно, и России. Так как при дедукции вводятся акценты и акцентированные типы, затем их совмещения на более конкретном уровне, то возможность акцентировки, но уже «принципиальной» всегда есть. Только она не показывается из-за отсутствия учета исторического материала. Этот материал является причиной принципиальности, «выделенности» акцента и перехода к портретированию. Если этот путь – «апостериорный» еще не осуществляется, то остается путь «априорный», о чем мы сказали выше. Преодоление «априорности», но оставляя ее в основе дедукции, и является задачей для концептуально-онтологического движения мысли в проектировании на стадии введения основания «идеала», а это основание, при минимальной конкретизации «страны вообще», создает содержание «идеи» страны, т.е. типа страны. Таков результат в рамках 4-ой доски в рефлексивном пространстве стратегического мыслителя. Когда этот результат переносится «во 2-ю доску» рефлексивного пространства и на функциональное место «цели», оно, содержание результата, превращается в содержание «идеала», т.е. конечного состояния раскрытия бытия страны, здесь – «типа страны» в максимальной развитости. Высшая абстрактность дает содержанию стратегический статус, т.е. обязанность использовать образ в иерархии управления на высшем уровне иерархии, для «иерарха». Он, пользуясь «идеалом страны», оценивает актуальное состояние страны и готовится строить «путь к идеалу», для чего сначала он определяет «желаемое состояние» «типа страны», в линии промежуточных состояний к «идеалу». Актуальное состояние является для стратега тем образом, который и появляется в процедуре портретирования, дедуктивного портретирования. Вместе с определением желаемого состояния из возможных на пути к идеалу выявляются те причины, которые удерживают «тип страны» в актуальном состоянии. Это и составляет подготовку к «проблематизации». Фиксация содержания причин с установкой на «устранение» причин, создание факторов, преодолевающих «сдерживание» и выступает как проблематизация, т.е. нахождение «мест» для более совершенного состояния компонентов «объекта», т.е. «страны», «типа страны», фиксации их «ненаполненности». А поиск адекватного наполнения предстает как процедура «депроблематизации». При вписанности результатов депроблематизации в целое образа состояния страны более близкого к идеалу появляется проектное видение результата «приближения» в масштабах «шага», а суммирование последовательности проблематизаций и депроблематизаций, проектных оформлений всех шагов и является содержанием стратегического проекта данной страны, т.е. «типа страны».

  2. П. – Да!! Вы дали мыслетехническую «карту» для стратегического проектирования. Она невероятно сложна для тех, кто не имеет большого опыта для ее использования, не погружен в логику, семиотику, онтологистику, кто имеет современное образование, но без методологической составляющей, оставаясь как бы методологическим дилетантом. Я таким и являюсь, хотя немного побывал и заинтересовался мыслетехникой в методологическом поле. Хотелось бы разобраться! Давайте, зафиксируем «шаги»!

  3. М. – Хорошо. В рамках обычного подхода с использованием понятия «процесс» как смены «состояний» объекта.

  4. П. – Если попроще – то точки «передвижения» мыслителя, проектировщика.

  5. М. – Хорошо! Пусть так:

        1. фиксация схемы «страна» и ее содержательное прочтение;

        2. дедуктивная конкретизация (первый шаг в ней: акцентирования, построение акцентированных образов и синтезирование акцентированных образов);

        3. фиксация сведений о стране, конкретной;

        4. схематизация (упрощение) материала сведений;

        5. выявление типа акцентировки в дедукции, совместимого с упрощенным материалом сведений о стране;

        6. выделение типа акцентированной целостности как «идеи» типа страны;

        7. перемещение «идеи» типа страны в проектную часть рефлексивного пространства стратега;

        8. фиксация перенесенного содержания как «конечного» состояния «типа страны»;

        9. конкретизация содержания конечного состояния до уровня, соответствующего потребностям стратегической позиции;

        10. фиксация результата как «идеал» типа страны;

        11. дедуктивная конкретизация с учетом сведений о типе страны в актуальном состоянии как «дедуктивное портретирование» в рамках потребности позиции стратега;

        12. фиксация результата портретирования в статусе реконструктивного образа типа страны в рефлексивном пространстве стратега;

        13. проблематизация «стартового состояния» типа страны в направленности движения к идеалу в рамках «первого шага»;

        14. депроблематизация в рамках первого шага;

        15. использование «опыта» первого цикла проблематизации и депроблематизации для определения возможного притязания в целеполагании;

        16. определение «целевого состояния» типа страны, опираясь на опыт «идеала» типа страны и образ «стартового состояния» типа страны, готовности к движению, а также представление об условиях или и глобального положения сообщества стран;

        17. дедуктивное портретирование глобального состояния в позиции макростратега (глобального и локального) стратега;

        18. глобальное (и локальное) самоопределение в позиции стратега для доопределения допустимого притязания в целеполагании;

        19. последовательная проблематизация, депроблематизация и доопределение проектных образов, промежуточных и конечного;

        20. сборка проектных результатов в качестве «стратегического проекта».

  1. П. – Вы вышли за пределы ранее сказанного относительно мыслетехнического проекта. Это случайно?

  2. М. – Нет. В любой работе есть моменты и стратегического прочерчивания, и тактического. Сначала я коснулся мыслетехнического образа «в принципе», стратегически для мыслетехника, а затем пришлось учесть тактические потребности. Например, в соотнесении условий «внутри» и «вне» страны, учете глобального и локального процесса.

  3. П. – Понятно. Поэтому нужны материалы и по положению в стране, и по положению в мире. Глобальный контекст приводит к анализу отношений между странами, как позитивных, так и негативных, противоречий и конфликтов, войн.

  4. М. – Мыслетехнически важно подчеркнуть сложности и перспективность использования средств цивилизационного подхода. Портретирование осуществляется относительно цивилизационных состояний стран, следовательно, и цивилизационных отношений между ними. В позиции глобального стратега возникает возможность эгоцентрического и неэгоцентрического самоопределения, учитывать различие «структурного» и даже «структурно-иерархического» с одной стороны, «системного» и «системно-иерархического» с другой стороны, и «метасистемного» и «метасистемно-иерархического», с третьей стороны, подходов. Все дает разные результаты.

  5. П. – Вы и так все усложняете, а тут буквально «топите» усложнениями. Хотя принцип понятен!

  6. М. – Да, процедуры более крупные, более мелкие. Операции, много операций. Но типовых – не так много. Но операции, процедуры должны обслужить «содержательное движение», изменения в «объекте», в «стране», «типе страны». Кроме того, мы оперируем схемами, графическими конструкциями, которые выражают «содержание». Когда говорится об устройстве объекта, здесь это – страна, то единая конструкция состоит из частей, тоже конструкций. Можем говорить об устройстве схемы, об устройстве объекта, семиотически это значит о знако-символах и о семиотических единицах.

  7. П. – По ходу Вы переконструируете, меняете графику и содержание. Сложно следить в параллели!

  8. М. – Сложнее другое. Вот схема «страна». Ее части имеют свое содержание, свою объектность, соединяемых друг с другом и тоже по объектным критериям. А когда мы начинаем говорить о каждой части, то перерисовываем и появляются новые графика и содержания.

  9. П. – «В кармане» держите графические конструкции и вынимаете их, кладете на более простые части схемы и заменяете на более сложные. Вы говорите, «все было, но невидимым образом, потенциально, а сейчас пора их показывать», но на тех местах, где была графическая подготовка. Фокус!

  10. М. – Семиотическое маневрирование в динамике мышления. Вы же не удивляетесь, когда Вам говорят сначала, что кто-то живет в «домике», а потом договаривают что «домик частный», «домик деревянный» и т.п. И у Вас меняется содержание образа. Он становится сложнее, конкретнее и «откуда-то» втягиваются содержания слов – «частное», «дачное», «деревянное». А оно у Вас уже было «в кармане», в памяти. Вот и меняется картина! По двум принципам: дополнительности («был я и сосед») или уточняемости («партнер – толковый»). Слов больше, но картина усложняется по-разному.

  11. П. – Это ясно. Еще и введенная схема читается, считывается имеющееся содержание, глядя на графику. Присоединяются фрагменты бытия. За счет вспоминания семантических единиц из памяти.

  12. М. – Здесь важно отметить следующее. Чтение – процесс и он включает самоорганизацию, как и любой процесс вообще. Автоматизмы иногда вытесняют самоорганизацию. Но в ходе освоения процедур лучше не надеяться на автоматизмы, могут подвести. И тогда в самоорганизации Вы задаете себе вопрос – что дальше делать? Или – что является содержанием соседней графемы, соседней конструкции? И т.п. Поэтому процедура состоит из единиц: «вопрос-ответ». Содержательное передвижение влечет пакеты таких единиц. Например. «Кто со мной стоит рядом?». «Подчиненный». «Что он делает?» «Читает текст задачи». «Какая задача?». «Которую я ему предложил решить». «Как он читает?». «С недоумением». «Готов ли он ее решить?». «Маловероятно». И т.п.

  13. П. – То есть, мы берем схему страны и читаем ее содержание, еще раз, для надежности. Читаем, опираясь на графику. И задаем вопросы и отвечаем. Если, конечно, мы готовы и знаем содержание всех блоков схемы, особенности отношений между частями. Воссоздаем образ «страны вообще». Мы ведь в начале дедукции и схема является «исходным предикатом».

  14. М. – Верно. «Складываем» локальные результаты в единое представление. Единое и статическое, то есть, как «точка» в линии смены состояний, в динамике. Все, что понял по частям, становится «активным» во взаимодействии со всеми иными частями. Характер взаимодействия указан в графике или поясняется с помощью схем, которые хранятся «в кармане» памяти. В парадигме. Можно из памяти изъять и синтетические образы и даже образ страны в целом, если он есть, для успеха чтения схемы или блока, части блока.

  15. П. – Во взаимодействии выявляется состояние каждой части объекта и частей?

  16. М. – Да, чтобы был ясный образ состояний. Поэтому нужно восстановить появление этого состояния, переходя из «в-себе» бытия в бытие либо «для-иного», либо «для-себя». Состояние «для-в-себе» здесь не актуально, так как схема страны в целом фиксирует функционарные содержания. Нет иных, пока. Все воспроизводится в функционарной динамике.

  17. П. – Нет упадка, нет развития, нет нужды реагировать на неприятелей. Внешние условия рассматриваются также под этим углом, функционарно. Но это уже при помещении страны в локальное или глобальное сообщество стран. В «спокойный» период отношений. Все необычности – потом! Так?

  18. М. – Да. Функционарны или близки к этому, не внося «тревогу» и мобилизацию, сосредоточение, неясность ближайшего будущего, готовность к быстрым изменениям и т.п., все блоки страны: «социум», «экономика», «мир деятельности», «управление», «культура и духовность».

  19. П. – Даже если части по природе своей беспокойны? То есть, легко отходят от системного состояния к структурному.

  20. М. Да. Есть части, способные к воспроизводству системным образом. «Мир деятельности», например. «Образование» и т.п. А есть части склонные к относительному, структурному варианту воспроизводства. Например, «наука», «инноватика», «согласовательный блок» как совмещение видений настоящего и будущего со стороны госуправления и общества, т.е. «общественная палата» и др. В функционарном состоянии страна, ее выразителями в госуправлении, легко переводит «проблемы» в «задачи», обретая стабильность, решает эти задачи и вовремя.

  21. П. – Когда мы читаем «часть», самоорганизуемся с единицами «вопрос-ответ», то можно и конкретизировать, и абстрагировать. Потенциально. Но наступает необходимость вводить акцентировки. Если мы типологически подходим к акцентировкам, то каков порядок, последовательность акцентировок?

  22. М. – Само осуществление типологизации – нейтрально. То есть, неважно с чего начинать акцент. Так как содержание схемы «страна» основанием имеет схему «цивилизация», то и там порядок акцентов неважен, но количество различений меньше, что удобнее. Три источника сил и три типа первичных акцентов, по одному на каждый блок, источник сил. Если акцент «составной», включает два блока, то все немного сложнее, так как два блока нужно совместить в единое. Содержательно это не просто. Сначала в структурном варианте, затем в системном. И после этого совмещения раздельные акценты. Вариантов сдвоенности три.

  23. П. – Это нейтральный подход. А иной?

  24. М. – Если «объективный» подход используется в типологизации, то есть два варианта организации последовательности: от «более низкого по статусу и уровню развитости» и от «более высокого». В стране наиболее «низким» выступает блок «социум», ближе всех по критерию «природности», естественности. Наиболее высоким выступает «духовное». Поэтому типы иерархизируются с переходом от низа к верху и от верха к низу. Обращенность к варианту зависит от особенностей «заказа» на дедуктивную процедуру, следовательно, спроса, потребности. Эти особенности выявляются при эмпирическом анализе ситуации в стране, складывающегося сочетания сил, обращающихся к управленческой иерархии для ее реагирования на импульсивности в стране. Но если мы внимание уделяем не столько событиям в стране, которые имеют момент исторической случайности, а сколько принципиальной специфичности страны, то мы должны выявить в историческом материале признаки, говорящие о сущностной особенности страны. Она и предполагается в ходе исторической реконструкции как ее интегральный результат и только при использовании высших критериев исторического анализа. Они представлены в цивилизационном подходе с опорой на онтологические основания.

  25. П. – Теперь я понимаю, что для дедуктивной акцентировки, т.е. «сверху», при переходе от всеобщего, нейтрального к особенному и уже несущему специфичность типа страны, правда на первом и первых шагах конкретизации, важнейшим выступает не просто учет исторической ситуации и ситуационных изменений, фиксируемых эмпирическими реконструкциями, а уже с применением высших средств и различений. С их помощью история дает портрет страны самым неслучайным образом. Без высоких абстракций не обойтись, захлебнемся в историческом материале. И по результату мы отбираем из вариантов акцентов тот, который ближе к результату. Типологизация превращается в содержательно значимую. Тип акцента ведет к типологически определенному образу страны с самого начала дедукции.

  26. У. – И я тоже стал понимать, почему мы обратились к большой линии истории, чтобы найти неслучайную особенность Рассении, а потом России, ее преемницы. И еще я понял, что летом в г. Дубна методологическая группа, да и все частично, показала, что тип страны, вытекающий из диалектической дедукции, имеет вполне определенное соответствие эмпирической истории различающихся стран в цивилизационном взаимодействии, имеет свой метафизический портрет, диктующий цивилизационный портрет. И противостояние, которое мы наблюдаем сейчас в мире, где участвует Россия, это противостояние типов стран, типов цивилизаций, метафизических типов. Россия и включена здесь в качестве основного «игрока», положительного типа, в отличие от агрессивных проявлений иного основного «игрока», отрицательного типа. Даже то стало понятно, что положительность России она безотносительна лишь на высших уровнях, на первых переходах в более конкретное. Чтобы сохранить в себе это положительное, она должна, в эмпирической реальности, еще «очиститься» от наслоений и деформаций, занесенных в исторических уподоблениях Западу при активном втягивании туда усилиями самого Запада. История становится подтверждающим материалом для таких ответственных выводов.

  27. П. – Это Ваши прозрения. А они пока гипотетичны. Надо проверять. Но я вижу, что между весьма «чистыми» проявлениями типов на высоких абстрактных уровнях, за счет введения дедукцией «принципиальности» движения содержания, и более сложными, более конкретными, сохраняющими сказанное на более абстрактных уровнях, выводами в дедукции имеется потребность в «очищении», в возврате своей специфичности духа, культурно-духовной адекватности своему коду, своему «Я» нашей России. Если это не сделать, то не будет сохранности исходных характеристик и появится «карта», инвалидизации в содержании портрета. Для реконструкции это хорошо, а для проектирования – плохо, так как инерция поведет в сторону от идеала.

  28. М. – Вы оба демонстрируете очень серьезный рост качества мысли! Здорово! Я вернусь к началу акцентирования. Что такое акцент и акцентировка?

  29. П. – Это похоже на фокусировку внимания. Акцентирование. И при выборе, на что именно обращать внимание есть в дедукции соответствующие требования. Следует учесть объектную диалектику. «Объект» и «диалектика».

  30. М. – Верно. При фокусировке фокусирующий рассматривает содержание схемы с двух точек зрения, «объектной» и «диалектической». Если объектной, то средством рассмотрения предстает понятие «система», в отличие от «структуры». Наш объект еще включает момент универсумального рассмотрения, поэтому предполагается еще и использования понятия «метасистема». Это помимо того, что используются понятия «знание», «познание», «типы познания».

  31. П. – Да. И по воззрению Аристотеля, мы говорим о «форме» и «материи» любого «нечто», т.е. «объекта вообще». Нечто появляется в совмещении этих двух сторон. Отсюда, если фокусировки, акцентировки, естественно, на стороне формы и стороне материи. Хотя еще и на процессах. Как мы раньше говорили, процессах «разотождествления» и «отождествления», да, и еще как бы процессах «отождествленности» и «разотождествленности».

  32. М. – Приоритет здесь выделяется?

  33. П. – Что Вы имеете в виду?

  34. М. – Если мы осуществляли акцентировку, значит она нам нужна в момент начала дедуктивного «снижения», конкретизации. А раз нужна, то с чего-то надо начинать. Отсюда приоритет.

  35. П. – Так! Чтобы вывести объект из стабильного, функционарного состояния нужна активность. Либо формы, либо материи. Два ответа, приоритета. Активность формы имеет свою причину, активность материи – свою. И каждая сторона имеет свою «оправданность». Вот и исходное противоречие, по Аристотелю. И, наверное, по Гегелю. В конце концов, приоритет должен быть? Но не ясно, откуда он берется.

  36. М. – Если ввести внешнего заказчика, то все становится проще. Дедукция находится под давлением материала, его носителя, выразителя «конкретных интересов». Заказчики от материала мысли, от «субъекта» мысли в выборе или в конструировании «предиката», всегда конкретны. Либо соответствует стороне формы, либо материи. В цивилизации и стране форму представляют адепты высших оснований, «культуры и духовности», а материю – адепты «социума». Выбрали адепта, то выбрали и приоритет, приоритет интересов. Они, адепты, извне «зовут» соответствующую сторону объекта к активности. Появляется и введение акцента на объекте, т.е. идеальном объекте – «страна». На том или ином, пока противоположном по содержанию блока. И что он «делает»?

  37. П. – Он, мыслитель, фокусирует внимание, предполагает «активизацию» стороны объекта, а сторона – создает процесс разотождествления, дестабилизацию, конечно, по содержанию объектной стороны, стимулирует активизацию и другой, противоположной стороны. Еще нет пороговой активизации, так как всего лишь акцент, но содержательно процесс как бы пошел и инициирует форма. Говорю, а аналога пока не вижу. Пример бы дать!

  38. М. – Приведу пример. В аналитической позиции три лица, принимающих решение, может возникнуть кооперация, реализующая рост неслучайности принимаемых решений. Она, предположим это, включает, помимо, «исходного аналитика», еще ученого (ученых), философа (онтолога) и методолога. При наличии затруднений у лица, принимающего решения, запускается рефлексивное обеспечение с введением позиций, ответственных за неслучайность рефлексии и ее результата, способа самоорганизации управленца. Вклады, по нарастающей, от ученого, философа, методолога. Предположим, команда сработалась и максимум неслучайности удается получать в ряде случаев. Достигается стабильность, функционарность сервиса управленца в меняющихся условиях. Теперь мы вводим акцентировку в рамках возможностей методолога. Это означает, что он не ждет сюжета от философа, затруднения которого вызывают активизацию методолога, так как сам философ еще не получил «заказ» от ученого, не встретившегося еще со своими затруднениями, а ученый – не получил «заказа» от аналитика, и аналитик – от управленца. Он в данной кооперативной цепи «сам себя» активизирует.

  39. П. – Поскольку такова сконструированность ситуации в кооперации?

  40. М. – Да. На объектной стороне не введено затруднение управленца.

  41. П. – Но можно «дождаться». Понял.

  42. М. – Акцент сделан мыслителем на кооперативной схеме и схема «оживает» содержательно, при чтении под замысел, под проставление акцента.

  43. П. – Методолог активизируется, хотя «заказа» от партнера, а потом и всей оставшейся части кооперации, еще нет. Сам себя активизирует? У него есть способ самоактивизации?

  44. М. – Конечно! Есть «априорная» форма, когда он развертывает бытие кооперативной схемы и усиливает свое проявление, вообще, но понятно, не по ситуации. И может создать варианты кооперативных отношений без явных ситуаций. Он их конструирует и порождает априорные сюжеты, «действия» всех.

  45. П. – Понятно. Это работа «чистого мышления», впрок.

  46. М. – Но он может «вспомнить» прошлый сюжет и начать его воспроизводить и менять рисунок под свои более совершенные, более «мощные» способы внесения вклада.

  47. П. – Теперь понимаю. Сам себя «заводит» в активности. А остальные?

  48. М. – Он от работы «в-себе» может перейти, по полученным результатам, к работе «для-иного», для партнеров и будить активность у них, вовлекая в свой сюжетный конструкт. По цепи, до аналитика, включительно.

  49. П. – А им зачем это?

  50. М. – Если повод взят из прошлого, то это повторение прошлого для его усовершенствования впрок. Для подобных случаев.

  51. П. – А если он дойдет до активизации управленца? Тот его пошлет подальше!

  52. М. – Конечно, может быть! В разной степени сопряжения с конкретной ситуацией для кооперации, актуальной для нее, может произойти активация методолога. Но если управленец заинтересован в накоплении опыта или мощи кооперации при работе с сюжетами, сценариями, то он будет подхватывать активность.

  53. П. – Я так понял, что вместе с априорной акцентировкой начинается перераспределение инициацией, идущее по кооперативной цепи, в априорном варианте, от акцентированного позиционера. Дальше уже варианты под «силу акцента», уровень его «принципиальности».

  54. М. – Сначала, достаточный, но минимум.

  55. П. – Типа: «крикнул», как и нужно в функционировании, но «громче», чем обычно, так как акцент. Все вынужденно реагируют. Так?

  56. М. – В основном, «по идее» так!

  57. П. – Это значит, что акцент в пользу формы. Ее лучше всех выражает методолог. По проявлениям усилитель высшей неслучайности. А противоположный акцент? Кричит, но слабее! Так?

  58. М. – В той же кооперативной цепи, в рефлексии, самое случайное звено – аналитик. Он не работает с критериями, ни с научными, ни с философскими, ни с методологическими! Я имею в виду в своем внутреннем поле, в режиме «в-себе». Он обходится «здравым разумом». Что значит здесь акцентировка! Самое простое – усиление стихийности рефлексивной работы, в самовыражении. Стихия усиливается, если он подтягивает свои индивидуальные особенности, особенно вне таланта, обыденные. Тем более, подчиненные слою «жизнедеятельности», под меняющиеся индивидуальные потребности. И тогда он начинает влиять этим на кооперативные отношения, дестабилизируя процесс и результат под случайное самовыражение. Минимум этого при легком акценте, а при росте силы акцента он втягивает всех в их деформации по критерию роста случайности.

  59. П. – Целый спектакль! Так оживает схема?

  60. М. – Да. Схема, при ее «оживлении», дает содержание варианта сценария.

  61. У. – Это очень увлекательно! И неожиданно! Я вижу здесь принципы построения сценариев. Спасибо! Особенно тогда, когда втягивается учет эмпирического материала. Даже при дедукции.

  62. М. – Здорово! Вы заметили очень перспективный путь создания классических сценариев, а также сказок, былин, басен. А теоретику это нужно особенно. В том числе и при порождении экспериментальных моделей! На основе фундаментальных положений теории.

  63. П. – Используя эту подсказку, можно увидеть первые этапы акцентировок в цивилизации, в стране. А потом и выход на типологические варианты того и другого. Сначала крайние типы.

  64. М. – Кооперативный принцип хорош тем, что все процессы протекают, функционально, в одной точке. Для «передвижения» в иную точку нужно менять видение конечного результата при фиксированном «спросе» на него. Соотношение «спрос-результат», а еще и «цель-результат» соответствует обычному аналогу – «потребность – удовлетворение потребности» или метафизическому – «место – наполнение». Оно делает процессуальные линии и сети – одним, либо структурным образом, либо системным.

  65. П. – Проектировщик это должен учитывать как основу «состояния» для разнородного целого?

  66. М. – Конечно! Все разное и по-разному работает на одно. Для страны важно то, что это одно не только прагматично, под меняющиеся заказы, следовательно, создающиеся меняющиеся состояния, ситуационные и «слегка» надситуационные. Страна, чтобы быть имеющей свое опознаваемое и постоянное «лицо», свое «Я», должна иметь постоянное, абстрактное «Я» – то есть, иметь свою «идею». В ней написано и «место», требующее от имени сути, и «наполнение».

  67. П. – Место определяется типом культуры и духовности, особенностью этой сферы, блока страны, а наполнение – всем остальным? И социумом, и миром деятельности, и экономикой, и управлением?

  68. М. – Да, конечно.

  69. П. – Тогда получается, что страна имеет тот или иной тип обобщенного «Я». Точнее пирамиду, матрешку «Я» разного уровня в соподчинении. И тогда есть общее состояние как основа всех более конкретных состояний. Кажется, так!

  70. М. – Верно! А более «конкретные» состояния имеют особенности под активизацию целого и лидерство активизации разных блоков. И все должно соответствовать абстрактному «Я».

  71. П. – Это же сделать очень сложно! Какой расчет должен быть, какие разные требования к частям должны быть реализованы, чтобы так все выстроить! Это похоже на универсальный механизм.

  72. М. – Да. И форма, и материя (морфология по-нашему) должны быть друг другу соответствующими в бытии, в реагировании на меняющиеся условия. И это все в рамках типа страны, под «идею» страны.

  73. П. – Тем самым Вы и ввели «идеал» страны, типа страны?

  74. М. – Да. В нем главные «начала», блоки высших критериев, от формы и социума, от методологии, будучи противоположностями и противоречащими, становятся совмещенными, т.е. противоречие разрешается в динамике воспроизводства бытия.

  75. П. – Диалектика! Единство, а не только борьба противоположностей!

  76. У. – А развитие?

  77. П. – Я понял так, что «Я», высшее в пирамиде, предполагает и функционирование, и развитие.

  78. М. – Да, так, если уже смещаемся и в развитие. Содержание «идеала» меняется, включает потенциал развития. Развитие под тип страны.

  79. У. – Следовательно, развиваться может и формно-ориентированный тип страны и морфологически ориентированный тип страны?

  80. М. – В своих допустимых типом возможностях. Не надо только забывать различие «совершенствования» и «развития».

  81. У. – Теперь яснее становится образ и идеала, и пути движения к нему. Ориентир для нашего типа страны тоже ясен. Будущая Россия во всех своих блоках будет соответствовать своей «идее», формно-ориентированной, то есть, созидательной направленности, может быть моменту, метафизической сути. Остается конкретизировать это положение под метафизические основания. А оно в методологии уже и выражено «метаромбом», с сохранением своего акцента.

  82. П. – Мы уже видели, что еще 100 тысяч лет назад, в тех условиях это было воплощено в устройстве Державы. Потом возникали изменения и показаны были причины и следствия. Но Россия сохранила возможность «возрождения» к чистоте сути, в новых условиях. И при индустриальности, и при экономике, и при методологии с мыслетехникой, с игромоделированием.

  83. М. – Платон мечтал, да и Конфуций, чтобы правители знали и соответствовали «идее идей» и «Небу». Их зовет и будет реализовывать Россия в рамках своего типа страны. Имея положительный универсально значимый идеал и при следовании своему культурно-духовному коду. Очистившись от наслоений, ей несвойственных.

  84. П. – Понятно, что делать. Эмпирика доступна. Надо ее «схематизировать» и строить дедуктивно портрет. Наряду с построением идеала, с уровнем конкретности, близким к конкретности портрета. На разнице появится вопрос о притязании в следовании в сторону идеала. Надо будет учесть глобальную динамику. Ее портрет должен быть создан для макросостояния и для тенденций. Наряду с идеалом глобального процесса. При учете типов страны будет возможность строить и притязания «типовые» и стратегические цели «типовые», и соотношения, вводить условия устранения дестабилизационных моментов в глобальной динамике. С учетом мировой истории и роли типов стран в нем.

  85. У. – Всем место определится! Вообще здесь виден генеральный глобальный проект аналитической работы для мира в целом! Если не сомневаться в возможностях мыслительных инструментов и гибкости ума, его совмещенности с мудростью.

  86. М. – Разумная методологическая мысль уверена в перспективе этого «сверхпроекта». Для этого, конечно, нужно найти или сформировать субъективный ресурс. Мирового субъекта сверхстратегического проектирования и реализатора. Потенциально игромоделирование способно внести нужный вклад в аналитику и формирование способностей. С привлечением опыта духовного воспитания, мирового опыта. Да и гегелевский ориентир по теме «развитие духа» тут существенно поможет.

  87. П. – Все укладывается в Ваше проектное видение по созданию особых стратегических инкубаторов. Я помню эти представления. Все к месту. Только не надо забывать, что каждый блок имеет свое лицо, свое «Я», и оно может быть на разных уровнях развитости, а затем и в состояниях, в зависимости от сопряжений с другими блоками.

  88. У. – Уйма мыслительных возможностей! Это можно назвать априорными мыслительными играми в зависимости от перебора акцентировок и сюжетов, достаточно типовых. Мыслетехнические задачники. И все опираясь на схемы «ромб», «цивилизация», «страна» и парадигма, «100 схем».

  89. М. – Итак! Мы обсудили и чтение схемы «страна», и акцентировку, и переход к акцентированной целостности, т.е. к «типам страны». Далее нужны движения мысли под «проектирование», построение «идеала» для нашего типа страны и выход на притязания, целеполагание, переходные состояния, факторное обеспечение. И получится стратегический проект, «цивилизационный», для России. Да еще и с учетом портретирования глобального целого, идеал для глобального целого, динамика и особенности ситуации сейчас в динамике. Эту определенность надо иметь, чтобы не попасть в формализм. Да, работа гигантская! Но мы решаем задачи «в принципе», но нашим небольшим человеческим ресурсом. Это как бы методологическая «разведка»! Она достаточна на этом этапе, когда Россия еще только просыпается и еще не умылась после «сна» и всяких заимствований.


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница