Учебно-методический комплекс «Современный терроризм: сущность, причины, модели и механизмы противодействия»



страница19/48
Дата17.10.2016
Размер11 Mb.
1   ...   15   16   17   18   19   20   21   22   ...   48
Тема 5. Социально-психологическая характеристика

террористической группы.
Аннотация. В лекции рассматриваются особенности социально-психологических

групп, которые складываются в связи с намерением ее участников осуществления террористических актов. Анализируются свойства социальной группы («групповые эффекты»), которые значительно модифицируются в связи со специфической целью группового замысла. В частности, раскрывается особый характер проявления «Мы-чувства», предполагающий открытую враждебность другим группам, противоречивое содержание групповой сплоченности в таких группах, имеющий следствием «псевдодемократизм», особенности стиля поведения лидеров.


Роль групповых эффектов в становлении террористическойгруппы. Основная характеристика группы, которая приобретает особое значение для принадлежащего ей индивида - возникновение так называемого «Мы-чувства». Этот факт был установлен при анализе развития различных групп в истории человеческого общества. Группа становится для человека психологической реальностью именно тогда, когда у человека возникает это чувство в отличие от другого - «Они-чувства». При помощи этих двух чувств человек как бы устанавливает границу между теми, к кому он принадлежит, и «другими», обозначает круг людей, которых он может рассматривать как «нас». В принципе это нормальное мироощущение человека как члена группы. Однако степень различения «нас» и «других» может восприниматься по-разному: от простого сравнения (то есть констатации, что кто-то «другой», не такой как «Я») до оценочного противопоставления: он не просто «другой», он «хуже меня». Существуют определенные градации при характеристике так называемого качества «инаковости», признания отличий: «другой», «чужой», «враг». Удержаться на первой ступени такой градации не удается, как правило, в тех случаях, когда в «других» усматривается вина за какие - то доставленные неприятности, когда на «них» возлагается ответственность. Тогда и группа, состоящая из этих «других», рассматривается как группа враждебная. Описанные в социальной психологии феномены «ингруппового фаворитизма» (предрасположенности в пользу своей группы) и «внегрупповой враждебности» (негативного отношения к «чужой» группе находят весьма острое проявлени: «чужая» группа превращается во «врага».

Способы групповой идентификации приобретают особое значение для лиц, объединяющихся в группу ради террористической деятельности. Общий момент у различных террористических групп — сильная потребность маргинальных, отчужденных индивидов в присоединении к группе единомышленников со сходным мироощущением, согласно которому «мы против них, а они - причина наших проблем». Для участников террористических групп характерен, в частности, такой механизм как максимизация интересов собственной группы, убежденность в том, что чужая группа должна за что-то платить. В этой связи насилие против нее рассматривается не просто как допустимое, но и как необходимое. Террористический акт при этом легитимизируется, право на него трактуется наравне с правами государственного правосудия. Социально-психологическое обоснование не просто допустимости, но и необходимости насилия – убеждение в исключительности своей группы.

Для террористического сознания принадлежность к группе приобретает особое значение: только в группе человек осознает свою «самодостаточность», целостность своей личности, смысл ее существования. Это важно для личности, обладающей низкой самооценкой, слабо адаптированной к внешним условиям существования, когда группа позволяет ей компенсировать свой неуспех, ущемленность ее положения, в частности, в другой группе, к которой он принадлежал ранее. Испытанные там разочарование, апатия, депрессия от сознания собственной неуспешности и беспомощности заставляют человека не просто примкнуть к террористической группе, но и фетишизировать ее, поскольку она рассматривается им как единственная защита, что ему придает большую уверенность в осуществлении своих поступков, в своем праве поступать так, как он считает нужным.

При этом позиция «своей» группы признается как безусловно правая, ибо она «несоизмерима» с любой другой группой. Психологически такая позиция опирается на феномен локуса контроля – два принципиально различных объяснения ответственности за свой поступок – внутреннее и внешнее. Если ответственность за неуспех, неудачу при всех обстоятельствах возлагается на внешние причины, то идея асимметричности позиций сторон получает оправдание.

Фаворитизм по отношению к «своей» группе дополняется убежденностью в том, что именно эта группа служит «высшей истине», поэтому она и вправе выступать с радикальными действиями, в том числе и наносящим ущерб другим группам и их представителям. Радикализм и фанатизм – характеристики таких групп. Они представляются обязательными условиями в «справедливом» решении задач, как они понимаются участниками террористической группы. Такое решение всегда выглядит как альтернатива другим предлагаемым подходам. Поэтому политика ответного возмездия с целью сдерживания террористических актов может иметь противоположный эффект и укреплять целостный комплекс сознания террориста. Поскольку группа оказывается под угрозой, внешняя опасность имеет своим следствием уменьшение внутренних разногласий и объединение группы против внешнего врага. Выживание группы становится для членов группы делом первостепенной важности.
Активное возмездие может усиливать единство группы, главными для нее могут становиться вопросы выживания. Ни террористическую группу, ни террористическую организацию невозможно принудить отказаться от терроризма, так как это означало бы для них потерю смысла существования.

Агрессивность как типичная черта деятельности террористической группы.

Наиболее общая характеристика террористического поведения – агрессивность, что проявляется в преднамеренном причинении вреда, приводящего к ущемлению или блокаде основных человеческих потребностей объектов, на которых направлено террористическое действие. Кроме персональных характеристик участников террористических актов, важное значение имеют условия, сложившиеся в этих группах: принятые нормы поведения, характер и способы разрешения возникающих конфликтов.

Когда агрессия направлена не на одного человека, а на целую («другую») группу, то агрессивное действие как бы освящается, предстает как возмездие или как предотвращение агрессии, направленной на свою группу. Психологическим обоснованием такого убеждения служит так называемая гипотеза «фрустрации – агрессии». Ее суть заключается в том, что всякое агрессивное поведение есть всегда ответ на угрозу. Эта угроза может быть усмотрена в любых внешних факторах – несправедливых законах, непропорциональном распределении материальных благ, в мстительности каких-то определенных группировок, коварных заговорах и т.п. Агрессивная позиция рассматривается при этом как естественный выход из неблагоприятной сложившейся ситуации, порожденный невозможностью решить проблему альтернативным способом. Даже если при этом и признается неадекватность применяемых насильственных мер, она оправдывается неблагоприятными внешними обстоятельствами.

Мера и степень агрессивности каждого отдельного человека, вставшего на путь террора зависит от его личных особенностей, от условий его воспитания, влияний, оказанных на него значимыми людьми. Но эффект, который получается в группе, когда агрессивное поведение становится коллективным, обусловлен также специфическим психологическим механизмом. Этот механизм получил название «сдвиг риска». Действие этого механизма было установлено экспериментально, и суть его заключается в том, что, принимая решение не индивидуально, а в группе, люди склонны к более рискованным решениям: риск, продемонстрированный в групповом решении, выше, чем любое индивидуальное решение самого рискованного члена группы. Объяснение этого феномена сводилось к тому, что, во-первых, при принятии решения группой ответственность за него как бы «рассеивается», то есть каждый отдельный член группы несет на себе ее меньшую долю, во-вторых, к тому, что в отдельных случаях например в некоторых культурах - риск сам по себе представляет особую ценность, и поэтому группе заманчиво продемонстрировать приверженность такой ценности. Можно предположить, что террористическая группа представляет собой такую субкультуру, в которой эта ценность рассматривается как особо привлекательная: она близка к общим ориентациям на экстремизм и радикализм.

Приверженность к риску способствует принятию агрессивной стратегии, но сама по себе не объясняет ее. При анализе агрессивного поведения террористических групп необходимо более полное и всестороннее рассмотрение его причин, как психологических, так и социально-культурных. Важным элементом такого анализа является изучение и специфических условий существования каждой группы. Поэтому более подробно этот анализ можно осуществить при описании конкретных «групп риска», сложившихся в конкретном обществе в определенный период его развития.

В террористической группе складывается такая ситуация, когда ощущение общей опасности со стороны внешних сил порождает развитие позитивных эмоциональных отношений. Зачастую это подкрепляется соответствующими ритуалами: клятвами в верности, принятием специальных обетов. Но, кроме этого, развивается и «слаженность» в процессе подготовки и проведения террористических актов, т.е. сплоченность в противоправной «деятельности».





Большую роль в этом процессе играет лидер группы. Из известных форм лидерства в ма малых группах - авторитарного, демократического и попустительского - в террористических грх группах явно преобладает авторитарный стиль. Его чертами являются: беспрекословная( власть лидера, отсутствие обсуждения предстоящих задач с рядовыми членами группы (они довольствуются лишь непосредственными указаниями, касающимися исполнения частных задач), высоким уровнем угроз со стороны лидера за провинности отдельных исполнителей. Такой стиль лидерства характерен для определенных типов руководителей, но чаще всего он продиктован и особым характером деятельности группы, требующим решительности, собранности всех участников. Характер террористической деятельности отвечает этим условиям.

Как правило, во главе террористической группы встает человек, личностно наделенный фанатизмом, особо склонный к экстремистским действиям, достаточно опытный по своей прошлой террористической деятельности, часто – наиболее «подкованный» идеологически, то есть готовый к обоснованию «справедливости» деятельности группы и обладающий силой социального влияния. Вместе с тем специфические черты авторитарного лидера террористической группы проявляются в том, что этот стиль в отдельных случаях сочетается



с подчеркнутой гуманностью лидера, с готовностью помочь, с полным и безусловным принятием каждого, то есть демонстрируется псевдодемократизм, цель которого убедить каждого члена группы в том, что и он ощущает себя соавтором «великих планов». Хотя такая практика присутствует далеко не всегда, тем не менее, в результате ее применения действительно возникает ощущение монолитной группы соратников, своеобразная пародия на сплоченность В ряде террористических организаций реально существует культ погибших товарищей: каждый террорист должен знать, что, если он погибнет, к его имени будут относиться также бережно. Для человека, глубоко одинокого и неадаптированного, террористическая группа может оказаться идеальным местом. В ней концентрируется «запас» террористического сознания, накопленный в прошлой жизни каждым отдельным членом.

Террористическая группа представляет собой одну из разновидностей так называемых промежуточных групп, занимающих место между организованным, функционирующим коллективом и сборищем лиц, характеризующимся анонимностью, беспорядочным руководством, основывающим свои действия на эмоциях. Террористические группы могут квалифицировать себя как «борцов за свободу» или «священных мстителей», но вместе с тем, они вполне осознают антиправовой и даже криминальный характер своих действий. Отсюда и ограниченная сплоченность такой группы. Тот факт, что лидеры террористических групп могут манипулировать сознанием и поведением рядовых членов, делает эти группы особенно опасными.

Вопросы для повторения.

1.Что такое «Мы-чувство»? 2.Какие факторы поддерживают противостояние «чужой» группе?3.В чем проявляется фаворитизм террористической группы? 4.Общая характеристика агрессивного поведения. 5.Значение рискованных решений в развитии агрессии. 6.В чем специфика «сплоченности» в террористической группе? 7.Роль лидера террористической группы? 8.Особенности стиля лидерства в руководстве террористической группой.

Список литературы.

Агеев В.С.Межгрупповое взаимодействие: социально-психологические проблемы – М: МГУ,1990

Бодалев А.А. Восприятие и понимание человека человеком – М: МГУ,1982

Ениколопов С.Н. Терроризм и агрессивное поведение. Национальный психологический журнал. 2006

Климова С.Г. Стереотипы поведения «своих» и «чужих» / Социологические исследования. 2000, №2

Ольшанский Д.В. Психология терроризма – М: 2007




Тема 6. Социально-психологический анализ стратегии и тактики терроризма.

Аннотация. В лекции раскрываются основные приемы стратегии и тактики террористических действий. В качестве основного приема рассматривается страх, его распространение в обществе, создание впечатления о его преувеличенном значении. Из тактиче5ских средств особое внимание уделяется неожиданности и непредсказуемости действий террористических группировок. Анализируются также особенности восприятия действий террористов массовым сознанием.

Страх как основное орудие терроризма. «Издержки» групповой идентификации и трактовки существа межгрупповых конфликтов обусловливают выбор стратегии и тактики терроризма. Основным орудием террористического действия выступает страх. По образному выражению одного из исследователей, «Говоря о терроризме, имеют ввиду одно: психологию. Это – психология страха». Когда у террористической группы нет «ресурса» на настоящую войну, используется стратегия посеять непропорциональный страх среди людей, спровоцировать неверие масс во власть, в то, что она может обеспечить безопасность. «Непропорциональный» страх, порождаемый терроризмом, вызывает чувство опасности не только непосредственно среди жертв, но и далеко за пределами объектов, на которые был направлен. Именно поэтому столь велика роль СМИ в освещении террористического акта: «Современный терроризм неизбежно является продуктом политической силы масс-медиа, и они играют критическую роль в поддержании психологических процессов, интенсифицирующих страхи и опасений населения». Страх следует рассматривать как критический элемент стратегии современного терроризма, поскольку именно он оказывает максимальное влияние на население, порождая чувство постоянной уязвимости человека. Это отмечено в Женевской Декларации по терроризму (1987): «отличительная черта терроризма есть страх, и этот страх стимулируется угрозой ужасных форм насилия, направленного повсеместно против обычных людей». Особенностью стимулируемого страха является распространение взгляда на превышение реальной опасности.

Доказательством специфического результата террористического акта является реакция на него, отличная от реакций на другие трагические события, включающая в себя именно рост недоверия к власти, убеждение в ее беспомощности защитить население Психологический механизм фундаментальной ошибки атрибуции, заключающийся в том, что причина действия всегда усматривается в особенностях личности деятеля, а не в обстоятельствах, сопровождающих поступок, проявляет себя здесь в весьма специфическом виде: в качестве ответственного за причиненные террористическим актом страдания выступает …власть. Стратегия терроризма, построенная на сознательном преувеличении роли грозящей человеку опасности, имеет таким образом своей целью посеять не просто недоверие к власти, но и спровоцировать согласие на введение со стороны власти жестких мер, включающих нарушение прав человека, наступающих на гражданские свободы. Распространение терроризма есть всегда поэтому угроза и общим принципам демократической организации общества. В этом – еще одна сторона опасности терроризма.

Стратегия, выдвигающая на первый план распространение страха, опирается в свою очередь на такие специфические основания, как абсолютное нетерпимость к инакомыслию, презрение к общечеловеческим ценностям (в частности, ценности жизни), воинствующая агрессивность. Все это сопровождается определенной тактикой, обеспечивающей успех: внезапность, неожиданность нападения, непредсказуемость места и времени очередной атаки. С психологической точки зрения важно понять, что терроризм руководствуется в своих действиях «другой» логикой, «другой» моралью, ставит себе «другие цели», использует приемы «войны нервов». Последнее убедительно доказано и такой особенностью действий террористов как демонстративность. При совершении террористического акта его исполнители нуждаются в публичности, в широком распространении информации об этом событии, ибо это тоже содействует преувеличению роли опасности среди населения. Стратегия страха находит свое воплощение и в этом тактическом приеме. Поэтому так велика опасность не только самой «пугающей» стратегии и тактики терроризма, но и их более глубоких психологических последствий.

Психологический расчет стратегии терроризма как раз и состоит в том, чтобы обеспечить ощущение, что никакие меры не могут быть приняты для защиты, что следующий акт террора рано или поздно будет неизбежно угрожать каждому. Это ощущение способствует удержанию постоянного страха в обществе, а, следовательно, более пессимистическому взгляду на мир.

Все сказанное делает необходимым самый пристальный анализ тех особенностей восприятия угрозы терроризма, которые характерны для массового сознания.

Особенности восприятия терроризма массовым сознанием. В ряде исследований показано различие ответов массового сознания на различные типы опасностей, поджидающих человека в современном обществе. Источник этих различий в том, что, несмотря на травматическое влияние, например, природных катастроф, причины их воспринимаются как лежащие за пределами человеческой ответственности. В то же время в случае террористического акта наибольшее эмоциональное воздействие обусловлено восприятия недоброжелательности, что заставляет человека при всех сложностях жизни еще и просчитывать возможные проявления этой недоброжелательности со стороны различных сил. Терроризм и в данном случае «целит» в общество, а не в отдельного человека, ибо все могут ожидать, что станут жертвой этого недоброжелательства. Поэтому, если в отношении природных катастроф возникает ощущение возможности возврата к «нормальному» состоянию, в отношении терроризма такого ожидания нет, а напротив есть постоянное ожидание новой угрозы.

Одной из важных характеристик порождаемого тактикой страха является то, что опасность в данном случае явно преувеличивается и не соответствует объективной величине риска, что выявлено в специальных исследованиях. Это имеет свое психологическое объяснение. Массовое восприятие рисков «обгоняет» научный их анализ: никто в момент опасности не взвешивает хладнокровно все плюсы и минусы ситуации, доминируют негативные ассоциации и предубеждения. Это обусловлено особенностями социального познания - принимать решения, опираясь на так называемые эвристики – произвольные суждения, почерпнутые из прошлого опыта и упрощающие процесс принятия решения. Особое значение при этом имеют два типа эвристик: эвристика репрезентативности и эвристика аффекта. В первом случае речь идет о придании событию большей вероятности, чем она существует в действительности: терроризм как раз опирается на эту особенность восприятия людьми грозящей им угрозы. Во втором случае происходит эмоциональное упрощение решения, оно принимается при опоре на интуицию, при игнорировании рациональных соображений.

Психологически же обусловлена и преимущественная ориентация на негативные ассоциации и предубеждения. В психологии широко известен факт большего влияния на человека негативной нежели позитивной информации, своеобразный «принцип асимметрии». Так же в случае восприятия риска - в сознании возникают раньше негативные предположения, которые и распространяются среди населения. Таким образом ощущение угрозы поддерживается. В данном случае проявляет себя психологический феномен «социальной фасилитации», групповой поддержки определенного действия, что и приводит к усилению ожидания негативных последствий, что также имеет значение при восприятии терроризма массовым сознанием.

Важной проблемой восприятия населением угрозы терроризма являются факты егоподдержки определенными группами. Это могут быть маргинальные слои, которым свойственно разделять отдельные цели террористических групп, принимать их отдельные требования. Хотя они могут быть и не согласны с методами террористов, но молчаливо поддерживать их цели в тех случаях, когда сами имеют критическую позицию по какому-либо социальному или политическому вопросу когда сами готовы на протест. Такое восприятие террористической деятельности особенно опасно в двух отношениях. Во-первых, оно провоцирует убежденность террористов в том, что их дело – «правое» и тем самым подвигает их на еще большую активность. Во-вторых, молчаливая и даже пассивная поддержка отдельными представителями граждан означает, как минимум, их устранение от информации правоохранительных органов от угроз готовящихся террористических актов.

Поэтому среди профилактических задач социальной психологии в борьбе с терроризмом надо назвать работу и по широкому просвещению различных групп населения относительно опасности терроризма.

Вопросы для повторения.



  1. В чем сила основного орудия террористического действия – страха?

  2. Какова стратегия воздействия страха на массовое сознание?

  3. Какие социально-психологические механизмы действуют в случае преувеличения опасности терроризма?

  4. Мотивы такой поддержки.

  5. Почему отдельные социальные слои поддерживают террористические действия?

  6. Какие задачи стоят в этой связи перед социальной психологией?

Список литературы

Андреева Г.М. Психология социального познания. - _М: Аспект Пресс.2005

Алавидзе Т.Л., Антонюк Е.В., Гозман Л.Я. Социальные изменения: восприятие и переживание //Социальная психология в современном мире. – М: Аспект Пресс, 2002

Ениколопов С.Н. Терроризм и агрессивное поведение \ Национальный психологический журнал, ноябрь 2006.

Ольшанский Д.В. Психология терроризма. – М:

Терроризм: новый вызов нового века / Под общ.ред. А.В.Федорова. – М: 2002



Тема 7. Социальные конфликты как база террористических действий.

Аннотация. В лекции раскрывается роль социальных конфликтов как фактора, стимулирующего рост террористического сознания; дается определение социального конфликта, его форм и уровней, специфики поведения сторон конфликта и места насилия, регуляторов стратегии и тактики конфликтных действий. Называются основные формы разрешения социальных конфликтов и их роль в предотвращении террористических актов.
Специфика социальных конфликтов. Социальные конфликты – взаимодействие между группами и между их отдельными представителями, выражающими интересы групп, столкновение их за обладание одним и тем же социальным благом. Особенностью социальных конфликтов является характеристика сторон, участвующих в конфликте. Субъект социального конфликта – коллективный субъект, т.е. система высокой степени сложности, поскольку в нее входят непосредственные участники конфликта, организаторы, союзники, посредники. Объективными причинами социальных конфликтов являются дезорганизация общественной жизни, противоположность интересов различных социальных групп, социальное неравенство. Субъективные причины коренятся в восприятии, убеждении, интересах и потребностях разных групп, проявляющиеся в межгрупповых отношениях, в действии социально-психологических феноменов внутригруппового фаворитизма и межгрупповой враждебности.

Разновидностями социальных конфликтов являются экономические, политические, культурные, религиозные, профессиональные, этнические, гендерные конфликты. Каждый конфликт проходит несколько этапов в своем развитии. Конфликту предшествует конфликтная ситуация – возникновение социальной напряженности между субъектами (скрытое недовольство, возникновение очагов сопротивления действиям другой стороны).

Далее следуют непосредственные конфликтные действия, предпринимаемые сторонами, постепенно нарастающие по силе и объему – эскалация конфликта. Последняя стадия – разрешение конфликта. Форм разрешения может быть несколько: урегулирование отношений (примирение сторон), достижения соглашения по основным вопросам, временные меры «перемирия». Способами разрешения конфликта – если не вступает в ход силовое разрешение - являются переговоры.

Стратегии поведения сторон в социальном конфликте. Две стороны вопроса о стратегии поведения сторон в социальном конфликте: набор стратегий, последовательность их применения и субъект планирования этих стратегий. В «набор» стратегий включаются следующие: словесная агрессия (дискредитация противоположной стороны, обвинения, оскорбления, упреки, провокации), физическая агрессия (отдельные нападения, драки, препятствия действиям противника), крайняя форма агрессии – насилие. В социальном конфликте особенно важно определить субъекта, принимающего решение об осуществлении той или иной стратегии, поскольку стороной конфликта всегда является группа. Субъектами, принимающими решение, могут быть: лидеры, представители, специально созданные организации. В первом случае решение принимается единогласно, во втором случае может быть создан представительный орган (выборная власть, «комитет»), в третьем случае стороны конфликта могут обратиться к какой-либо специальной организации с просьбой разработать стратегию поведения в конфликте.

При любых вариантах разработки стратегии поведения сторон в социальном конфликте возникает ряд социально-психологических феноменов. Прежде всего это - обоснование стратегии конфликтного поведения особенностями межгруппового восприятия. Его проявление – отсутствие допустимости равноправия конфликтующих сторон, поскольку группы рассматриваются как исходно «несоизмеримые» в своем социальном статусе: лишь «своя» является безусловно «правой» и потому может позволить себе любую стратегию, включая насилие. Идея какой бы то ни было толерантности при такой позиции исключается. Другой феномен - поляризация группы. Содержание этого феномена - расхождение мнений участников группы, которое происходит в ходе групповой дискуссии, когда часть группы склоняется к одному варианту решения, в то время, как другая все больше настаивает на прямо противоположном решении, то есть «поляризуется» к другому полюсу. Умение зафиксировать процесс поляризации группы чрезвычайно важно при попытках содействия преодолению конфликта.



Регуляторы конфликтного взаимодействия в социальных конфликтах. При условии высокой эмоциональной заряженностью стратегия социального конфликта, его ход неизбежно регулируется определенными нормами. Поэтому нормативные регуляторы рассматриваются как принимаемые в расчет представления о должном и желательном, сколь бы специфична не была трактовка этих представлений. Важнейшим из нормативных регуляторов социального конфликта является представление о социальной справедливости, которая рассматривается, как то, что «должно быть», что «правильно», что «само собой разумеется». Ощущение несправедливости возникает тогда, когда группа полагает, что какие-то социальные блага распределены так, что «моя» группа обделена ими. В социальной психологии феномен получил название «относительная депривация». В отличие от абсолютной депривации – недостатка чего-либо, относительная депривация состоит в восприятии моего (или моей группы) недостатка как большего по сравнению с недостатком другого (или другой группы). Чем больше величина относительной депривации, тем острее чувство несправедливости. Когда в обществе возникает социальная напряженность, относительная депривация особенно остро воспринимается социальными группами и становится выраженным регулятором конфликтного поведения. В современных обществах восприятие социальной несправедливости связано с оценкой и ранжированием социальных групп: характеристики одних как бы «завышаются», других – «занижаются» Исследователи отмечают в современных обществах так называемую «революцию притязаний», когда каждая социальная группа имеет тенденцию рассматривать свое право на более высокий уровень притязаний, что повышает возможность их конфликтного взаимодействия в различных сферах общественной жизни.

В качестве других регуляторов социальных конфликтов выступают морально-этические нормы, которые тоже трактуются с позиций «своей» группы. Символом аморализма, в том числе и в конфликтном взаимодействии, является «маккиавелизм» - допустимость нарушений любых норм, равным образом как и принятых правил поведения. Перечисленные регуляторы социальных конфликтов проявляют себя наиболее отчетливо в случае стратегий террористического действия, в котором проявляются черты протестного конфликта, используемые определенной группой.



Восприятие социальных конфликтов. Поскольку любой социальный конфликт может послужить базой террористического поведения, необходим анализ факторов его восприятия и способов возможного предотвращения. Наряду с уже проанализированными особенностями восприятия террористического поведения в обществе, следует сделать акцент на общих особенностях восприятия межгрупповых отношений и на психологических детерминантах этого процесса. Межгрупповое восприятие обусловлено уровнем сплоченности взаимодействующих групп, степенью социальной идентичности членов группы, способом принятия групповых решений, политической ориентацией и конфессиональной принадлежностью членов групп. Общим социально-психологическим механизмом, на основе которого строится образ другой группы, является социальная атрибуция – приписывание другой группе ее «качеств», т.е. некоторых характеристик. В конфликтующих группах содержанием социальной атрибуции становится «поиск врага», когда противостоящая группа сама воспринимается как «враг».

Образ врага порожден стремлением свести причины трудностей к действием подрывных сил, стремлением принизить противостоящую группу, переложить на нее ответственность за трудности и проблемы, персонифицировать угрозу. Конфликтогенный потенциал модели «образ врага» проявляет себя в утверждении враждебности по отношению к другой группе и увеличивает сплоченность своей собственной группы. Понимание характеристик межгруппового восприятия и, в частности, восприятия социальных конфликтов, помогает более детально исследовать проблемы восприятия террористических действий.

Вопросы для повторения.


  1. Почему социальные конфликты можно рассматривать как базу терроризма7

  2. В чем специфика субъектов социальных конфликтов?

  3. Каковы виды и уровни социальных конфликтов?

  4. Приведите примеры социальных конфликтов разного уровня.

  5. Охарактеризуйте регуляторы социальных конфликтов.

  6. Что такое «относительная депривация»?

  7. Психологические механизмы восприятия социальных конфликтов.

  8. Какие стороны восприятия социальных конфликтов присутствуют при восприятии

террористических действий?

Список литературы.

Анцупов А.Я., Шипилов А.И. Конфликтология – М: ЮНИТИ, 2002

Гришина Н.В. Психология конфликта – СпБ: Питер, 2000.

Здравомыслов А.Г. Социология конфликта – М:1994

Рубин Дж.,Прруйт Д., Ким Сунг Хе. Социальный конфликт .Пер.с англ. –М: Олма-

пресс, 2003

Соколов С.В. Социальная конфликтология – М: ЮНИТИ, 2002

Хасан Б.И. Конструктивная психология конфликтов – СпБ: Питер, 2003



Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   15   16   17   18   19   20   21   22   ...   48


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница