Учебно-методический комплекс «Современный терроризм: сущность, причины, модели и механизмы противодействия»



страница31/48
Дата17.10.2016
Размер11 Mb.
1   ...   27   28   29   30   31   32   33   34   ...   48
Тема 11. Методологические аспекты социально-психологического изучения террористических организаций.

Всякая деятельность имеет психологическую структуру. Согласно известной схеме А. Н. Леонтьева, любая деятельность имеет иерархическое строение. Деятельности в целом соответствует мотив — предмет потребности человека, на удовлетворение которого направлена деятельность. Мотив как предмет, удовлетворяющий потребность, обладает двумя функциями. Во-первых, это побудительная функция, побуждающая человека к данной деятельности. Во-вторых, это смыслообразующая функция, придающая деятельности личностный смысл.

Деятельность может быть рассмотрена на уровне действия, которое направлено на достижение цели. Обычно достижение мотива всей деятельности определяется реализацией цепочки промежуточных целей.

Действия, в свою очередь, складываются из отдельных операций. За счёт осуществления цепочки действий достигается мотив, то есть осуществляется определённая деятельностью. Террор можно представить себе как особый вид деятельности, главным мотивом которого является устрашение людей. Для достижения массового страха террористы совершают самые различные действия: определяют целевую аудиторию, выбирают жертву, поражающий фактор, решают финансовые и организационные вопросы. Д.В. Ольшанский предложил следующую классификацию мотивов террористической деятельности:

Меркантильные мотивы. Участие в террористической деятельности является хорошо оплачиваемой работой. Поэтому многие становятся террористами из материальных соображений.

Идеологические мотивы. Человек принимает определённую идеологию, которая совпадает с идеологией группы, занимающейся террористической деятельностью. Идеологические мотивы можно условно подразделить на политические, религиозные, социальные, социокультурные.

Мотивы преобразования, активного изменения мира. Эти мотивы основаны на понимании несовершенства мира и желании изменить его к лучшему.

Мотивы власти над людьми. Большинство террористов занимаются террором в силу желания властвовать над жизнью других людей и манипулировать их поведением.

Мотив интереса и привлекательности террора как профессиональной деятельности. Террор бывает интересен как увлекательная сфера занятий.

Товарищеские мотивы эмоциональной привязанности. Мотив состоит в мести, участии в терроре по клановому принципу и др.

Мотив самореализаци. Терроризмом занимаются для того, чтобы реализовать себя в насильственной, разрушающей деятельности. Такая самореализация оборачивается на деле самоубийством.

Указанные мотивы реализуются, прежде всего, в рамках социального взаимодействия террористами внутри террористических организаций. Анализ любой из известных террористических организаций может показать, как действуют социально-психологические механизмы внутри них. Самую значительную роль в деятельности террористических организаций играют их лидеры. Именно лидеры выступают организаторами террористических актов и главными генераторами распространяемой террористами идеологии.

Так, например, успех международного сообщества в уничтожении лидеров террористов и сокращении потенциала в проведении ими операций заставил «Аль-Каиду» уделить больше внимания распространению дезинформации и антизападной пропаганде. Эта тенденция усилилась, когда «Аль-Каида» цинично эксплуатировала недовольство местных групп и пыталась представить себя в качестве авангарда всемирного движения. «Аль-Каида» все еще обладает потенциалом совершать операции и желанием устраивать везде крупные и «эффектные» теракты, в том числе в США и в других развитых странах Запада. Тем не менее, при этом ключевым элементом нынешнего подхода «Аль-Каиды» является использование пропаганды как оружия — сочетание терактов, повстанческой деятельности, каналов СМИ, средств Интернета и искаженных фактов с целью ослабления доверия и единства среди населения стран и создания ложной картины мощного международного движения.

Радикализация иммигрантского населения, молодежи и маргинальных меньшинств в Европе, на Ближнем Востоке и в Африке продолжается. Однако становится все яснее, что такая радикализация совсем не случайна и не вызвана внутренней склонностью к экстремизму. При этом появляется все больше свидетельств того, что террористы и экстремисты манипулируют недовольством среди маргинальной молодежи или иммигрантского населения и затем цинично эксплуатируют это недовольство для свержения законных властей и подстрекательства к беспорядкам.

Террористы пытаются манипулировать недовольством для радикализации других слоев населения, толкая их все дальше и дальше по пути незаконной деятельности. Лучшей иллюстрацией этого процесса является «конвейер» изготовления террориста — процесс, который начинается с попыток террористов склонить маргинальные или униженные слои населения к экстремистским воззрениям и постепенно превратить их сначала в сочувствующих, потом в сторонников и, наконец, в членов террористических сетей. В некоторых странах «Аль-Каида» и другие террористы пытаются эксплуатировать повстанческое движение и местные конфликты в качестве средств радикализации и вербовки, активно используя Интернет для передачи своих призывов и сообщений. Противодействие такой практике требует от нас обращения с иммигрантами и молодым населением не как с источниками угрозы, от которой необходима защита, а как с теми, кого необходимо защищать от врага. Для этого также необходимо, чтобы местные лидеры взяли на себя ответственность за действия членов своих общин и противостояли экстремистской пропаганде.

Фактически наблюдаемые явления отражают более глубокую тенденцию — трансформацию международного терроризма. Оно состоит в том, что терроризм переходит от традиционных форм активности к более широким и разнообразным транснациональным негосударственным военным действиям. В своей совокупности эти действия в настоящее время напоминают некоторую форму международного повстанческого движения.

«Аль-Каида» и ее главная группа представляют собой международную сеть, которая стремится объединить и использовать действия разрозненных полунезависимых активистов. Она также открыто провозглашает себя транснациональным партизанским движением и применяет классические стратегии повстанческого движения на международном уровне. «Аль-Каида» использует не только средства терроризма, но и прибегает к подрывной деятельности, организует пропагандистские кампании и идет на открытые военные столкновения. Кроме того, она пытается завладеть оружием массового поражения для причинения максимального вреда своим противникам. Она также апеллирует к более широкому кругу — с неопределенными границами — региональных, национальных и местных активистов, которые разделяют некоторые из ее целей, но при этом преследуют и свои собственные. Наконец, «Аль-Каида» использует сеть местных и приграничных безопасных убежищ, которые упрощают их действия и затрудняют принятие ответных мер правительством.

По мере того, как «Аль-Каиде» удастся консолидировать эти разрозненные группы экстремистов, она может увеличить число и расширить географию терактов. Поэтому важно действовать, чтобы не допустить подобной консолидации, углубляя международное сотрудничество, борясь с подрывной и повстанческой деятельностью и совершенствуя традиционные меры по борьбе с терроризмом. Усилия, противостоящие консолидации, помешают эксплуатации недовольства простых людей и манипулированию ими в целях привлечения их в ряды террористов. Эти усилия помогут людям, сознание которых только начало радикализироваться, уйти с этого пути; они также помогут социально отчужденным слоям населения выражать свои законные претензии и недовольство, не обращаясь к террористическим организациям. Наконец, эти усилия будут препятствовать достижению «Аль-Каидой» своей главной цели — возглавить экстремистские движения по всему миру и сплотить их в единое движение. Подобные усилия не устранят угрозу полностью, но позволят сократить ее, перенеся ее на местный уровень, где с ней легче бороться отдельным правительствам и коллективам людей.

Сотрудничество требует создания сетей доверия для вытеснения и маргинализации экстремистских сетей. Хотя убийство и захват главных террористов являются крайне важными в борьбе с терроризмом, эти меры могут иметь негативные последствия. Они не устраняют угрозу и при неправильном исполнении могут оказаться весьма контрпродуктивными. Необходимо стремиться к созданию сетей доверия между правительствами, гражданами, международными организациями и деловыми кругами и вместе бороться с угрозой экстремизма, применяющего насилие.

Такие сети с течением времени помогают населению, которому угрожают губительные манипуляции террористов, создать механизмы для решения проблем и устранения поводов для недовольства и, тем самым, маргинализировать террористов. Кроме того, при поддержке со стороны правительства могут сыграть свою роль молодежные ассоциации, учреждения образования, бизнес, группы, выступающие в защиту прав женщин и организации, занимающиеся социально-экономическим развитием на местах.

Чтобы обеспечить эффективность таких мер, необходимо нейтрализовать три стратегических компонента террористической угрозы: руководителей, безопасные убежища и глубинные причины. Руководители выполняют мотивационную, мобилизационную и организационную функцию и выступают в качестве символических лидеров. Убежища террористов, которые часто находятся на неуправляемых или плохо управляемых территориях, являются безопасной средой для обучения и планирования, организации финансовой и операционной поддержки, а также служат базами для подготовки терактов. По сути, они могут быть физическими или виртуальными. Наконец, глубинные причины — это то, что питает терроризм, ибо недовольство людей и конфликты усиливает процессы радикализации. Если международное повстанческое движение составляет содержание новой эры конфликтов, то отсюда следует, что методы борьбы с повстанцами являются основными в борьбе с новой формой международного терроризма. Эти методы включают в себя, прежде всего, особое внимание к защите и безопасности населения, а во-вторых — политическую и физическую маргинализацию повстанцев, завоевание поддержки со стороны населения, которое находится под угрозой, и сотрудничество с ним. Для этого необходимо проводить целенаправленные меры, восстановительные работы и «точечные» специальные операции. Все это позволит устранить критически важные составляющие потенциала вражеской стороны с минимальным побочным ущербом.

Интеллектуальные и психологические аспекты угрозы не менее важны ее физического измерения, поэтому меры по противодействию должны адекватно координироваться и финансироваться. Таким образом, военная составляющая государственной власти играет в этой деятельности лишь роль поддержки — главным фокусом является невоенное воздействие. Поскольку террористическая организация — это внегосударственная структура, источником укрепления которой является недовольное население, усилия частного сектора не менее важны, чем правительственная деятельность. Гражданская дипломатия, культурные мероприятия, личный контакт с людьми, экономическое взаимодействие и развитие, а также использование СМИ и академических ресурсов — это важнейшие составляющие ответа на угрозу. Мотивация, мобилизация и поддержка таких частных инициатив — главные задачи руководства для работы в новой обстановке. Ключевым фактором успеха в усилиях, которые препятствуют распространению насильственного экстремизма, является готовность правительств разных стран к сотрудничеству друг с другом, с международным сообществом, частными организациями, а также с собственными гражданами и иммигрантами. Когда правительства сотрудничают друг с другом, строят сети отношений доверия и требуют активной и сознательной поддержки со стороны населения, обеспечивают активное и эффективное государственное управление, основанное на законе, и активно сотрудничают с международным сообществом, уровень угроза терроризма значительно снижается.



Контрольные вопросы и задания

Перечислите возможные мотивационные тенденции, определяющие участие человека в террористических организациях.

Укажите социально-психологические меры противодействия террористическим организациям.

Перечислите социально-психологические особенности террористической организации (на примере «Аль-Каиды»).

Тема 12. Психологический анализ механизмов возможной трансформации радикальных групп в террористические организации.

Для понимания природы терроризма необходимо рассматривать его в социально-культурном контексте, а не пытаться ограничиться только лишь индивидуальными особенностями отдельных террористов. Некоторые социально-культурные условия можно считать способствующими появлению и развитию террористических групп. Это, прежде всего те условия, которые связаны с социальными изменениями и преобразованиями, а точнее особенности восприятия и понимания этих условий членами потенциальной террористической группы.

В качестве яркого примера социально-культурной обусловленности терроризма можно привести хорошо известный факт различия террористических организаций в разных регионах мира.

Несмотря на эту специфику, можно выделить общие социально-культурные факторы, предрасполагающие трансформацию радикально настроенной группы в террористическую организацию. Эти общие факторы могут оказывать влияние как бы помимо индивидуальных особенностей членов группы. Влияние этих факторов следует рассматривать в совокупности, потому что их действие зачастую носит не изолированный от других факторов характер, а комплексный. Даже при условии наличия всех факторов группу риска следует рассматривать лишь как потенциально террористическую, то есть это еще не означает обязательного участия группы в реализации террористических актов. Хотя все факторы могут играть существенную роль, два фактора могут выполнять роль катализаторов трансформации в террористическую группу, поэтому их следует рассматривать особо. Это следующие факторы: изоляция группы от общества, определенный способ понимания изменений общества.

Факторы возможной трансформации радикально настроенной группы в террористическую организацию можно расположить на континууме, где один полюс будет соответствовать исключительно социальным факторам, а другой — индивидуальным. Вместе с тем «индивидуальные» факторы должны рассматривать как продукт процесса социализации, подверженный изменениям. Тогда на континууме эти факторы расположатся следующим образом:

(1) изолированность группы;

(2) категоричное мировоззрение;

(3) восприятие настоящего общества как нелегитимного и несправедливого;

(4) актуализация потребности радикальных социальных изменений;

(5) вера в то, что идеальное общество должно быть создано любой ценой;

(6) представление о том, что акты террора могут эффективным средством дестабилизации существующего общества;

(7) убежденность в том, что кто-то должен обязательно произвести изменения в обществе;

(8) вера в то, что исполнение террористических актов ведет к самосовершенствованию;

(9) восприятие себя в роли мессии;

(10) мнение о том, что легче оставаться в террористической группе, чем покинуть ее.
Контрольные вопросы и задания

Перечислите факторы, влияющие на трансформацию радикально настроенных групп в террористические организации.

Как эти факторы можно упорядочить, расположив на континууме? Что составляет полюсы континуума этих факторов?

Тема 13. Мотивационно-смысловая сфера личности и аксиологические ориентиры общества в контексте террористической угрозы.

Мотивационно-смысловая сфера личности человека в значительной степени определяется представлениями и ценностями, разделяемыми обществом. Аксиологические ориентиры общества в отношении проблемы терроризма изучаются посредством проведения массовых опросов населения. Результаты этих исследований во многом зависят от репрезентативности формируемых выборок в отношении изучаемой проблемы.

По данным социологического опроса, уровень осведомленности россиян о принятии нового закона «О противодействии терроризму» относительно невысок: по данным опроса, 14% респондентов знают, что такой закон принят, 35% что-то об этом слышали, 47% впервые услышали о законе в ходе опроса. При этом менее трети участников опроса, знающих или слышавших о принятии закона (14% по выборке), смогли дать тот или иной ответ на вопрос, что нового появилось в нем по сравнению с законами, действовавшими ранее. Часть опрошенных говорили, что новый закон предполагает ужесточение мер по противодействию терроризму и повышение бдительности в целом (4% ответов), часть упоминали более конкретные новации: право сбивать пассажирские самолеты, захваченные террористами (5% ответов), принцип уничтожения террористов без переговоров (2%), увеличение наказаний для террористов (1%), повышение самостоятельности и объединение усилий служб, противодействующих терроризму (по 1% ответов).

Следующие несколько вопросов по теме задавались только тем респондентам, кто знал или слышал о принятии упомянутого закона. Две трети из них заявили, что одобряют его принятие, и лишь десятая доля — что не одобряют (32% и 5% по выборке соответственно). И тех, и других участников опроса попросили аргументировать свою позицию. Те, кто одобряет принятие закона, чаще всего приветствуют уже саму установку на усиление борьбы с терроризмом (8% ответов), ожидают реального ужесточения мер противодействия ему (4% ответов) и упорядочения работы спецслужб (2%), уповают на позитивные последствия принятия закона: укрепление безопасности граждан (7%), сокращение числа терактов и количества их жертв (4%), устрашение террористов (1%). Те, кто не одобряет принятие закона о противодействии терроризму, опасаются, что в результате его применения возрастет число жертв среди мирного населения. Некоторые говорили, что принятие закона ничего реально не изменит, и что он только прикрывает неспособность правительства и спецслужб справиться с проблемой (по 1% ответов). Несмотря на выраженное одобрение нового закона, нельзя сказать, чтобы участники опроса были твердо уверены в его продуктивности. Менее трети респондентов, знающих или слышавших о принятии закона (14% по выборке), ожидают, что после этого количество терактов в нашей стране уменьшится, тогда как половина считают, что в этом отношении ничего не изменится, или даже опасаются увеличения числа терактов (21% и 5% по выборке соответственно). Всех участников опроса, независимо от их осведомленности либо неосведомленности о принятии нового закона, спросили, как они относятся к положению, разрешающему сбивать захваченные террористами пассажирские самолеты, если те будут направлены на жизненно важные объекты или в места массового скопления людей. В целом преобладает отрицательное отношение к этому нововведению: не одобряют его 45% опрошенных, одобряют — 26%.

Те, кто не одобряет разрешение сбивать захваченные пассажирские самолеты, в большинстве своем говорят, что нельзя жертвовать невинными людьми (28% ответов), опасаются ошибки в оценке ситуации спецслужбами (2% ответов) и настаивают, что нужно вести переговоры с террористами и спасать пассажиров в любом случае (2% ответов). Очевидно, что эти респонденты предполагают возможность спасения пассажиров захваченного самолета. Некоторые участники опроса говорили, что спецслужбы должны предотвращать захваты самолетов (а не сбивать их), а также что подобными методами терроризм победить не удастся (по 3% ответов). Те респонденты, кто одобряет разрешение сбивать захваченные пассажирские самолеты, в большинстве своем видят в этом способ предотвратить более крупные катастрофы со значительно большим количеством жертв (19% ответов); звучали мнения, что пассажиры самолета в любом случае практически обречены. Некоторые считают, что такая законодательная норма послужит предупреждением террористам, и те будут бояться захватывать самолеты (1% ответов). Следует отметить, что респонденты, знающие или слышавшие о принятии нового закона о противодействии терроризму, существенно чаще одобряют разрешение сбивать захваченные пассажирские самолеты (40% и 30% соответственно), чем респонденты, впервые услышавшие о законе во время опроса (20%). Доля не одобряющих данное положение практически одинакова во всех трех группах.

По данным опроса Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ), более половины россиян убеждены, что политика России в области борьбы с терроризмом постепенно улучшается. С другой стороны, 21% опрошенных социологами граждан не верят в то, что правительство способно защитить их в случае угрозы нового теракта.

Большинство (53%) россиян заметили позитивные изменения в антитеррористической политике страны. В основном положительные сдвиги зафиксировали люди средней возрастной группы: от 35 до 44 лет. Почти 60% опрошенных из этой категории обозначили серьезный сдвиг в сторону общественной безопасности. Люди пенсионного возраста, пусть чуть в меньшем количестве, но также заметили положительные результаты: одобрили госполитику в этом направлении 45% респондентов.

Молодежь, однако, кардинальных перемен не разглядела. Самый популярный ответ населения в возрасте от 18 до 24 лет: «Ситуация лишь немного улучшилась». Позитивные изменения молодые люди связывают с повышением бдительности населения и с усиленной охраной общественных мест.

Ухудшение антитеррористической государственной политики отметило, казалось бы, совсем немного респондентов — 6%. Свою оценку они объясняют плохой работой силовых ведомств, коррупцией и беззаконием. По результатам исследования, отрицательные аспекты в антитеррористической деятельности видят, как правило, люди с невысоким уровнем образования. Причины негативных изменений коренятся, по мнению этой части респондентов, в основном в безответственности властей (17%).

Однако, несмотря на столь разные оценки, две трети россиян все же полагают, что власть сможет защитить страну от новых террористических посягательств (66%). Но при этом здесь прослеживается любопытная тенденция: чем выше уровень образования у опрошенных, тем меньше они верят в способность власти обеспечить мир и порядок. Люди с начальным образованием практически в абсолютном большинстве доверяют власти и лишь 2% респондентов сомневаются в возможности руководства страны защитить страну. Однако каждый пятый человек, имеющий диплом, власти не верит.

Контрольные вопросы

Как отнеслись россияне к принятию закона «О противодействии терроризму»?

Как воспринимается в российском обществе динамика борьбы с терроризмом?

Тема 14. Методическое обеспечение научно-исследовательской и практической работы в области противодействия терроризму.

Психотравмирующая ситуация во взаимодействии с конституционно-типологическими и соматическими индивидуальными особенностями человека и его жизненным опытом определяет развитие специфической картины психических расстройств. При этом частота и характер этих расстройств зависит как от внезапности и остроты экстремальной ситуации, так и от своевременности и адекватности оказанной психологической помощи.

В контексте проблемы взаимоотношений психологического, медицинского и социального персонала и пациентов-жертв экстремальных событий важное значение приобретает 1) развитие у персонала качеств, характеризующих толерантную личность, и 2) формирование толерантного отношения к пациентам.

На разных этапах психической травматизации (начиная от момента воздействия события до отдаленных этапов реакции) психологическая помощь пострадавшим в терактах будет различной, как с точки зрения целей и задач, так и с точки зрения возможности использования различных методов.

О возможности оказания психологической помощи во время воздействия события имеет смысл говорить только в том случае, если событие достаточно протяженное. Кроме того, необходимо понимать, что в данном случае речь, как правило, может идти об оказании психологической помощи не тем, кто непосредственно оказался в роли жертвы террористического акта (например, заложникам), а их родственникам и близким, переживающим за судьбу пострадавших. Учитывая напряженность «ситуации ожидания», спасательным службам необходимо обеспечить родственникам возможный «комфорт ожидания», с постоянным получением свежей информации о происходящем событии; с определением мест для отдыха и приема пищи. Представляется целесообразным организованное привлечение этих людей к участию в посильной работе в данный момент (дежурства, составление списков) для снижения актуальной тревоги.

Основная цель психологической помощи в данный момент – поддержка родных и близких: присутствие рядом, готовность выслушивать и сопереживать. Необходимо также регулировать и контролировать действия этих людей, помогать им чувствовать себя активно вовлеченными в ход спасательной операции (в том числе и с использованием специальных психологических техник) - с целью предотвращения паники и возникновения «циркуляции слухов». Нецелесообразно предлагать специальные методики, направленные на оптимизацию психического состояния, вне специального контекста, без наличия специального запроса.

Непосредственно после воздействия события цель психологической помощи – облегчение возникающих травматических переживаний; создание чувства безопасности, профилактика возможных осложнений; выявление людей, нуждающихся в помощи (в том числе и психиатрической), с целью оказания этой помощи на возможно более раннем этапе.

Одним из возможных специально организованных методов психологической работы на данном этапе может стать метод психологического дебрифинга как метод групповой психологической помощи при работе с людьми. Дебрифинг нацелен на оказание поддержки в эмоциональном отреагировании путем нормализации эмоциональных реакций и на подготовку к переживанию травматических событий в будущем. Кроме того, в задачи дебрифинга входит выявление людей, нуждающихся в помощи, с целью оказания этой помощи на возможно более раннем этапе. В фокусе воздействия находятся имеющиеся в данный момент реакции индивида на травмирующее воздействие. Делается акцент на нормализации актуального состояния.

В программу подготовки персонала, оказывающего помощь жертвам террористических актов могут быть включены: организация и проведение дебрифингов; проведение Балинтовских групп; тренинги, направленные на развитие культурной сензитивности, навыков разговора; организация тренингов по профилактике стресса и эмоционального выгорания.

Человек, работающий с жертвами катастроф и беженцами, часто имеет дело с представителями других культур. Поэтому в программу его подготовки должны включаться элементы тренинга культурной сензитивности – понимания культурных различий, знания адекватных форм взаимодействия с людьми иных культур и, что наиболее важно, толерантности к культурным различиям и освобождения от стереотипов.

Для развития культурной сензитивности разработаны различные методы, из которых целесообразно использовать в подготовке специалистов в области медицины катастроф «культурные ассиммиляторы» и тренинги межкультурной толерантности.

Программа комплексного обследования пострадавших в результате теракта включает в себя основной набор методик, позволяющих оценить общее психоэмоциональное состояние пострадавшего, выявить когнитивно-оценочные структуры и нарушения психического здоровья, а также набор методик, позволяющих в случае необходимости провести более детальное обследование пострадавшего. Диагностика при помощи тестов и методик проводится только в том случае, если это позволяет состояние пострадавшего, и обычно спустя несколько месяцев после события, так направлена на выявление посттравматических симптомов. В ином случае психолог должен полагаться на результаты беседы и наблюдения.

Ряд методик рекомендовано использовать как для взрослых, так и для детей, другие методики используются только для диагностики либо взрослых, либо детей.

Основная программа обследования направлена на оценку следующих аспектов психического состояния пострадавших:

1. Общее психоэмоциональное состояние. Наиболее распространённым последствием психотравмирующего события являются нарушения эмоциональной сферы, которые могут проявиться в нарастании тревожно-депрессивных переживаний, снижении уровня субъективной удовлетворённости, преобладании негативных эмоциональных переживаний над позитивными. Своевременная диагностика и коррекция этих нарушений позволяет избежать развития патопсихологических синдромов и состояний, ассоциированных с переживанием психотравмирующего события.

2. Уровень агрессии и личностной тревожности. Нарастание уровня тревоги, характерное для переживших травматическое событие, может в дальнейшем привести к развитию депрессивной симптоматики. В ряде случаев высокий уровень тревожности становится причиной деструктивных, агрессивных тенденций которые, в свою очередь, могут вызывать значительные затруднения в сфере межличностных отношений.

3. Наличие депрессивной симптоматики. Своевременная диагностика нарастающей депрессивной симптоматики и оказание необходимой психологической, а порой и психиатрической помощи вмешательство позволяют с большей вероятностью прогнозировать быстрый и благоприятный выход из патологического состояния.

4. Особенности восприятия и отношения к миру, себе и окружающим людям. Базовые убеждения личности по отношению к себе, окружающим людям и миру, претерпевают серьезные изменения под влиянием перенесенных травматических событий. в результате которых основательно разрушаются привычные жизненные представления и схемы поведения. Экстремальный негативный опыт настолько противоречит существовавшей ранее картине мира, что его осмысление вызывает тяжёлые психологические проблемы. Чувство беспомощности и потери контроля над собственной жизнью может сохраняться ещё долгое время после того, как исчезнут другие патологические симптомы.

Дополнительный набор методик был разработан с целью более точной диагностики основных проблемных областей, выявленных в ходе первичного обследования пострадавшего:

1. Наличие различных видов патопсихологической симптоматики. Среди патопсихологических синдромов, наиболее часто ассоциируемых с переживанием экстремальной психотравмирующей ситуации можно выделить: ПТСР, суицидальные тенденции, синдром хронического утомления. Данные расстройства, как правило, носят затяжной характер и имеют целый ряд негативных последствий как для психического, так и физического здоровья личности. В силу этого необходимым является их своевременное выявление и коррекция.

2. Наличие затруднений в сфере межличностных отношений. В результате пережитой травмы наиболее уязвимыми оказываются детско-родительские, супружеские отношения, а также отношения с представителями различных референтных групп. Возникающая психологическая изоляция, отсутствие психологической поддержки и интимно-личностного общения в значительной мере снижают способность личности самостоятельно справляться с психотравмирующими переживаниями.

Учитывая специфику теракта 1 сентября 2004 года, имеющего одной из причин этнический конфликт, в Беслане также можно было ожидать рост напряжённости в межэтнических отношениях, способствующий социальной нестабильности в регионе и затрудняющий оказание психологической помощи пострадавшим.

Методика «Шкала оценки состояний»

Методика «Шкала дифференциальных эмоций»

Шкала базовых убеждений

Диагностика агрессивности (опросник Басса - Дарки)

Опросник для оценки личностной и ситуативной тревожности (Ч.Спилбергер)

Шкала оценки уровня депрессии Зунга

Миссисипская шкала ПТСР (Н.М. Кеан, Дж.М. Кэддел.,К.Л. Тэйлор)

Опросник для оценки риска суицида

Опросник «Степень хронического утомления»

Программа психодиагностического обследования включает в себя основной набор методик, позволяющих оценить общее психоэмоциональное состояние пострадавшего, выявить когнитивно-оценочные структуры и нарушения психического здоровья, а также набор методик, позволяющих в случае необходимости провести более детальное обследование пострадавшего.

Знание того, что происходит с людьми в чрезвычайных обстоятельствах, может помочь соответствующим службам в подготовке и проведении операций.

Первая реакция большинства людей, попадающих в ситуацию похищения, угона транспортного средства или захвата заложников — неверие в происходящее: все, что происходит у них перед глазами, представляется им нереальным. Однако довольно скоро происходит осознание действительного положения дел, и это может сопровождаться психосоматическими реакциями: наступает отток крови от головы, в результате чего возникает головокружение, вплоть до потери равновесия. Более распространенные реакции касаются непроизвольных изменений работы нервной системы: выброс адреналина в кровь, увеличение частоты сердечных сокращений, повышение частоты пульса, напряжение мускулатуры, осложнение дыхания, увеличение потоотделения. В последующем по мере развертывания событий может нарастать неприятная дрожь тела, начаться плачь навзрыд, потеря контроля над телом, проявляющаяся, в частности, в виде непроизвольного мочеиспускания или дефекации. Возможно впадение в состояние ступора или сна как попытка избегания реальности ситуации. По мере продолжения нахождения в плену может развиться ряд эмоциональных состояний. Например, праздничное настроение как попытка наилучшим образом изменить плохую ситуацию. Настойчиво возникают мысли о побеге или оказании сопротивления захватчикам. Однако в итоге большинство людей принимают свою роль пленников, понимая, что они не обладают контролем над ситуацией. Как только возможность рассуждения возвращается к ним, они начинают защищать себя от возможного ущерба.

После того, как попавший в заложники человек приходит в себя, и его тело возвращается к нормальному функционированию, жертва оказывается способной оценить ситуацию рационально, чтобы выделить в инциденте различные стороны. Похищение человека, так же как и хорошо спланированный захват заложников, предполагает их удержание в течение нескольких дней. Типичная тактика захватчиков состоит в том, чтобы запугать жертву и посредством вербальных угроз и физического насилия продемонстрировать смертельную опасность и вызвать соответствующие эмоции.

Общим факторов в таких инцидентах является помещение жертвы в изоляцию, с преднамеренными попытками дезориентировать жертву путем исключения внешних звуков, суточных изменений освещенности и отнятия часов и других предметов, позволяющих определить продолжительность заключения. Для человека в такой ситуации единственная стратегия отсчета времени — это отслеживание собственных циклов сна или поведения похитителей (например, смена караула). В таких условиях важно помнить, что вместо увеличения тревоги и страха лучше ждать, наблюдать и запоминать. Одна из наиболее подходящих мыслей при этом состоит в том, что если бы похитители хотели смерти жертвы, они уже убили бы ее. Тот факт, что человек еще жив, должен означать для него, что он скорее выживет, чем умрет.

При долгосрочных похищениях семья страдает не меньше, чем сама жертва, вне зависимости от того, какой из планов спасения намечен для реализации.



Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   27   28   29   30   31   32   33   34   ...   48


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница