В плену терминологических заблуждений



Скачать 66,86 Kb.
Дата28.10.2016
Размер66,86 Kb.

В ПЛЕНУ ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКИХ ЗАБЛУЖДЕНИЙ

В.И. Лубовский

Научная терминология – явление сугубо историческое. Она отражает прежде всего определенные этапы развития науки, а кроме того общие изменения лексики данного конкретного языка (постепенное прекращение употребления некоторых слов; замена их на более удачные продукты или удобным иностранным эквивалентом). Подробнее об историческом характере терминологии мы уже писали[1, 2, 3]. Ярким примером исторической «динамики» понятий может служить происходившие на протяжении XX столетия замена одного термина, обозначающего «лицо с нарушениями (недостатками)» другим.

Однако случается (по крайней мере, в нашей стране), что новые термины вводятся произвольно. Так произошло в начале 90-х г.г. прошлого века, когда к власти пришел Ельцин. В руководстве образования тоже произошли существенные изменения: министром образования стал Д.Днепров, а Президентом АПН СССР А.В. Петровский. Последнее событие в среде сотрудников Академии обозначалось как Днепро - Петровская революция. Академия стала Российской академией образования, а Институт дефектологии - Институтом коррекционной педагогики, потеряв, таким образом, название всего обширного диапазона своей работы, кроме педагогического. А ведь понятие «дефектология» обозначает обширную научную и практическую область, охватывающую не только педагогические, но и психологические, физиологические, медицинские и специальные технические вопросы.

Особо отмечаем, что замена терминов «специальная педагогика» и «специальное обучение», принятых во всем мире [4]. В США термин «correctional education» (коррекционное обучение, коррекционная педагогика) обозначает педагогическую работу с правонарушителями. Кстати, Federal Correctional Institution в США - федеральная тюрьма.

В России этот термин в несколько ином сочетании (педагогическая коррекция) был впервые введен до Октябрьского переворота П.Я. Кащенко и тоже для обозначения работы с детьми и подростками с нарушениями поведения.

Новые названия специальной педагогики, специальной психологии, введенные, несмотря на сопротивление и убедительную аргументацию сотрудников Института дефектологии, вызывали недоумение у англоговорящих посетителей Института (по крайней мере, первое время). А «революция» в области дефектологии, начатая» переназыванием, на нем и закончилась.

Надо сказать, что специалисты только вынужденно и в необходимых официальных случаях пользуются этим термином, который сводит на нет все реальное содержание этой интереснейшей, сложнейшей и широчайшей области психологии, окончательно оформившей себя лишь недавно в первом в мире и пока единственном учебнике «Специальная психология». В учебных планах Министерства образования совершенно разумно и справедливо сохраняется это термин, так же, как и в перечне профессий.

Чрезвычайное значение специальной психологии для психологии общей и педагогической отметил один из ее отцов - петербургский психиатр, психологи и педагог Г.Я. Трошин, который во введении к двухтомной монографии «Педагогическая антропология. Сравнительная психология нормальных и ненормальных детей», которая в 1916 г. получила Премию Российской академии наук, писал: «Всякий, кто хочет знать нормальных детей, должен изучать ненормальных, иначе он лишается очень важного метода в понимании детской души».

Что касается второго «революционного» переименования, оно тоже вызывает сомнения. Следуя такой логике, нужно было бы Академию медицинских наук назвать Академией здравоохранения. Но такая идея никому в голову не пришла. А вот как назвать Российскую академию наук – это уже настоящая головоломка, которую предлагаю читателям.

Еще одно терминологическое недоразумение проникло даже в Закон об образовании: «дети с ограниченными возможностями здоровья» (ОВЗ). В английском языке «ability» - это способность, а не физическая возможность, следовательно, получается «способности здоровья». Кроме того, следует знать, что самая большая часть детей с ограниченными возможностями (в смысле способностей - более 80% это дети с задержкой психического развития, общим недоразвитием речи и легкой степенью умственной отсталости, физическое здоровье которых в полном порядке. Умственно отсталые могут водить трактор, выполнять практически любую физическую работу, а у детей с задержкой психического развития, например, был даже такой профиль профессиональной подготовки как вождение троллейбуса. При подготовке закона следовало хотя бы посмотреть в англо-русский словарь.

И еще один пример. Летом 1991г. автору этих строк посчастливилось в качестве руководителя советской делегации, состоявшей из педагогов- тренеров и умственно отсталых спортсменов побывать на Международных специальных олимпийских играх в Миннеаполисе, США.

Эти олимпийские игры предусматривают участие только лиц с выраженной умственной отсталостью, т.е. по современной классификации (МКБ-10) с умеренной и тяжелой степенями умственной отсталости. По прежней классификации они вместе назывались имбецильностью. Отбор участников производится по жестким международным требованиям. Только осенью 1990 г. наш Спорткомитет получил от Международного комитета Специальных олимпийских игр предложение принять участие в Специальном олимпийском движении и уже зимой группа американских тренеров - инструкторов приехала для подготовки наших учителей физкультуры и тренеров к программе этих игр, а летом мы уже участвовали в Международной специальной олимпиаде. Так быстро удалось все оформить и организовать благодаря нашему знакомству с патронессой Международного специального олимпийского комитета г-жой Юнис Кеннеди - Шрайвер, младшей сестрой покойного президента США Джона Кеннеди. Несмотря на такое, почти внезапное участие, наши умственно отсталые юноши и подростки выступили успешно. Особенно удачно в программе водного спорта, где они завоевали (если память не изменяет), 12 медалей, включая золотые медали по всем видам плавания. Их получили воспитанники Петергофской школы-интерната для глубоко умственно отсталых. Конечно, их результаты ниже, чем профессиональных спортсменов, но нам, простым смертным до них очень далеко! Какие же это ограниченные возможности здоровья?! Фамилия директора Петергофского интерната и его брата-тренера Асикритовы (имен, к сожалению, уже не помню).

Еще одна серьезная проблема - нынешнее сверхрасширенное использование слова «образование». С 60-х и до середины 80-х г.г. прошлого столетия у нас существовало Министерство общего и специального образования. Но под специальным образованием имелось в виду отнюдь не школы и сады для детей с ограниченными возможностями, а средние и высшие учебные заведения, дававшие специальность. Нынче дети с ограниченными возможностями благодаря неадекватному употреблению терминологии получили возможность получать аж три образования: общее – оно закреплено в названии специальных школ, «специальное» и «инклюзивное». Интересно, какие специальности дает «инклюзивное образование»…

Что же привело к такой нелепости? Очевидно невнимание к семантике слова «образование». Оно имеет два основных значения: первое - обозначение всей соответствующей области с ее деятельностью и учреждениями («сфера образования», «министерство образования»); и второе значение - определенный уровень или объем знаний, который может быть получен (среднее образование, высшее образование).

А вот «глагольного», действенного значения у этого слова нет. Вы же не скажете «Я образовываюсь на 3 курсе МГПУ». Это имеет совсем другой смысл.

Так вот в словосочетании «инклюзивное образование» пытаются использовать термин «образование» именно в «глагольном» значении: имеется в виду условия и способ обучения и ничто иное. То же самое относится и к «специальному образованию». В действительности речь идет о получении того или иного уровня общего образования средствами специального обучения или в условиях инклюзии. Развилась эта нелепость в постперестроечный период, когда многие стали слишком свободно пользоваться терминологией и придумыванием новых названий давно известным явлениям, внося, видимо, по их мнению, некое новаторство.

Активно поднимается вопрос о переименовании так называемых «стигматизирующих терминов». Конкретно имеются в виду замены в «Законе об образовании» термина «умственная отсталость» каким-то « более мягким аналогом». Эта проблема обсуждалась специалистами США в середине 1990-х годов. После нескольких обсуждений пришли к выводу, что аналога, адекватно и точно отражающего суть явления не существует, а требования адекватности и точности – первейшее для научных терминов. И в Законе могут быть только такие.

И последнее. Есть в «Законе об образовании» еще один недостаток, который заслуживает серьезного обсуждения и решения. Формулировка «равные права на образование» по отношению к лицам с ограниченными возможностями в действительности не обеспечивает им равных прав именно в силу их ограниченных возможностей (замедленность приема и переработки информации, недостатки зрения и слуха и др.). Мы не говорим здесь о других особенностях лиц этой категории, которые тоже необходимо учитывать. В законодательстве ряда стран речь поэтому идет не только о равных правах, но и о «равном доступе к образованию» («equal access to education»). Следовательно, нужно думать об обеспечении предоставления лицам с ограниченными возможностями некоторых «уравнивающих» преимуществ. Например, выполнение ими любых контрольных заданий, в том числе сдача вступительных экзаменов в учебные заведения, должно проходить в других условиях.

Чувствуется, что серьезных специалистов из соответствующей области не очень-то привлекали при разработке Закона.

Литература

1.Валявко С.М. О понятийно - терминологических проблемах логопедии и логопсихологии // Специальная психология. 2008. № 2. С.34-40.

2.Валявко С.М. К вопросу о категориях специальной психологии // Специальная педагогика и специальная психология: современные проблемы теории, истории, методологии. Материалы международного теоретико - методологического семинара. Департамент образования города Москвы, Московский городской педагогический университет, Научно-исследовательский институт столичного образования, факультет специальной педагогики. 2009. С.15-18.



3.Лубовский В.И., Валявко С.М. Терминологические проблемы специальной психологии и специальной педагогики // Культурно - историческая психология. 2010.№1. С.50 -55

4. Терминология дефектологии. Словарь. –Париж, ЮНЕСКО, 1983

Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница