Внутренний предиктор СССР



страница7/23
Дата24.08.2017
Размер3,31 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   23

2.5. Попытка освобождения
от библейской мерзости


Русский флот снова начал возрождаться при Сталине как океанский флот, способный воспрепятствовать деятельности любого враждебного флота. Интересно отметить, что флот в СССР стал возрождаться только после разгрома троцкизма. Пока же троцкизм был силён и властен, в СССР уничтожались не только остатки военно-морской мощи Российской империи, но и предпосылки к её возобновлению в <гипотетически возможном (в альтернативной истории)> троцкистско-советском государстве: так в 1920‑е годы борцы за мировую перманентную революции продали на слом в Германию не только действительно старые корабли, исчерпавшие свой ресурс, но и те корабли, которые могли бы служить ещё пару десятков лет, а также недостроенные линейные крейсера типа “Измаил”.

Эти крейсера невозможно было достроить в 1920‑е гг. по первоначальному проекту по причине того, что СССР был не способен произвести некоторые важные детали башен главного калибра, заказанные ещё до начала первой мировой войны на заводах Австро-Венгрии1. И хотя как линейные корабли они устарели, поскольку принципы, заложенные в их первоначальных проектах, в ходе первой мировой войны были обесценены становлением авиации как эффективной боевой силы2, но сохранение их корпусов с законсервированными энергетическими установками открывало возможность перманентным революционерам-интернацис­там (если бы им удалось победить большевиков-сталинцев) ввести в строй к началу 1940‑х гг. четыре не слабых для своего времени авианосца. И уничтожение недостроенных линейных крейсеров типа “Измаил” в период всевластия психтроцкизма в СССР указывает на то, что Л.Д.Троцкий и его сподвижники не были посвящены до конца в тайну мировой “социалисти­ческой” «перманентной революции».

Здесь важно обратить внимание на то, что Троцкий и его последователи были марксистами. Марксизм — светская разновидность библейского проекта1, вследствие чего истинные марксисты, хоть и провозглашали лозунг мировой социалистической революции и писали трактаты о революционных войнах как средстве экспорта революции, но флот — как одно из средств осуществления этого проекта — в СССР создавать не собирались (если судить по их делам с 1918 г. до конца 1920‑х гг.).

И.В.Сталин марксистом не был, и океанский флот в СССР стал создаваться под его непосредственным руководством в тот период истории СССР, когда открытые троцкистские структуры были разгромлены, а нелегальные продолжали действовать, маскируя антирусское вредительство под защиту государственных интересов страны. Борьба за флот и против флота в СССР в условиях двоевластия явного сталинизма и подпольного психтроцкизма была жестокой. О последней кораблестроительной программе эпо­хи И.В.Сталина и борьбе вокруг неё С.Зонин в статье “Неправый суд” (“Морской сборник”, № 2, 1989 г.) сообщает следующее:

«Предусматривалось строительство 9 линейных кораблей водоиз­мещением по 75 тыс. тонн, 12 тяжёлых и 60 лёгких крейсеров, 15 авиа­носцев, более 500 подводных лодок… Между тем отношения руководст­ва ВМФ с наркоматом, а потом и министерством судостроения складыва­лись трудно. Авианосцы по замыслу Кузнецова и Галлера2, становились основополагающим элементом надводного флота. В этом заключалась первая особенность программы. Вторая состояла в том, что строитель­ство кораблей всех классов должно было вестись по новым проектам, учитывающим военно-техническим прогресс Флота за годы второй миро­вой воины. Такая направленность не получила поддержки руководства судостроения во главе с И.И.Носенко, которое предпочитало не форсировать строительство авианосцев; линкоры, крей­сера и эсминцы строились по откорректированным <довоенным> проектам. Кузнецов и Галлер резко возражали, утверждая, что при такой технической политике страна истратит миллиарды, а уровень кораблей будет уступать тем, которыми располагают флоты США и Великобритании».

И.В.Сталин поддержал эту программу, но Н.Г.Кузнецов и Л.М.Гал­лер были обвинены в передаче государственных секретов союзникам в ходе Великой Отечественной войны и предстали перед судом. Н.Г.Кузнецов был оправдан, а Л.М.Галлер осуждён и скончался в заключении в 1950 г.

Неправильно сваливать ответственность за это на Сталина: миропонимание и воля одного человека не может подменить собой работу всего государственного аппарата и общественных организаций. В отличие от своих критиков хрущёвской эпохи и последующих времён, И.В.Сталин это понимал и во многих случаях давал кадровому корпусу государственного аппарата и деятелям общественных организаций проявить их истинную сущность<; а во многих других случаях, И.В.Ста­лин не был властен над аппаратом, а тем более над внутриаппаратными антибольшевистскими мафиями1>. В «про­цес­се адмиралов» он лично защитил только Н.Г.Кузне­цова, остальные были предоставлены государ­ственной маши­не и общественным организациям — таким, какими они сложились к тому времени.

2.6. Горшковщина и ложь
как зёрна будущих катастроф


После устранения И.В.Сталина атаки психтроцкизма на Русский флот возобновились. К тому времени Министерство ВМФ и Министерства обороны были объединены в одно Министерство обороны, вследствие чего Н.Г.Кузнецов оказался в прямом подчинении Г.К.Жукова.

Г.К.Жуков был выдающийся сухопутчик, но он не утрудил себя вникнуть в существо военно-морской проблематики1. Вследствие этого у него не сложились и личные отношения с Н.Г.Куз­не­цовым, а став прямым начальником бывшего военно-морского министра СССР, Г.К.Жуков принял активное участие в его травле. Нежелание Г.К.Жукова вникнуть в военно-морские дела и его участие в травле Н.Г.Кузнецова дают основания к тому, чтобы утверждать:

В холодной войне 1946 — 1985 гг. Маршал Советского Союза Г.К.Жуков воевал на стороне НАТО против СССР в режиме биоробота-зомби, на амбициях которого умело играли кукловоды, не искавшие мирской славы.

28 октября 1955 г. на флоте случилась очередная трагедия. В результате диверсии в главной базе Черноморского флота Севастополе был подорван доставшийся СССР по репарациям бывший итальянский линкор “Джулио Чезаре” (“Юлий Цезарь”), в Черноморском флоте получивший название “Новороссийск”. Корабль опрокинулся спустя несколько часов после взрыва и затонул. Большинство экипажа погибло. Аварийно-спасательная служба Черноморского флота оказалась не способна вывести оставшихся в живых людей из воздушных подушек в отсеках корпуса опрокинувшегося корабля.

Эта трагедия была использована для того, чтобы выгнать Н.Г.Куз­не­цова с Флота. После Н.Г.Кузнецова на 30 лет Главкомом ВМФ, пересидевшем нескольких Министров обороны СССР и нескольких генсеков, стал С.Г.Горшков1.

Этому назначению сопутствовали два обстоятельства. До назначения на должность временно исполняющего обязанности Главнокомандующего ВМФ СССР в мае 1955 г. в связи с болезнью Н.Г.Кузнецова, С.Г.Гор­шков был командующим Черноморским флотом и в силу этого непосредственно отвечал за организацию обороны, в том числе и противодиверсионной, главной базы Черноморского флота в Севастополе.

Обстоятельства взрыва, организации и хода борьбы за живучесть “Новороссийска” расследовала Государственная комиссия. Ей были предоставлены и материалы водолазного и докового (после подъёма корабля) осмотра разрушений корпуса линкора. Из них следовало, что корпус корабля общей высотой 17 метров2 прожгла кумулятивная струя направленного взрыва3 мощностью в тротиловом эквиваленте около 1,5 тонн, которая прошибла насквозь в общей сложности 190 мм стальных корабельных конструкций, включая две броневых палубы. Сейсмическая станция в Крыму в момент взрыва зафиксировала землетрясение на дне Северной бухты Севастополя силой, которую мог обеспечить подрыв примерно полутора тонн тротила, что потом было подтверждено экспериментальными взрывами разной мощности.

Народам СССР о гибели линкора, а тем более о причинах, официально сообщено не было. Но даже и в предназначенном для очень узкого круга высших чиновников совершенно секретном акте Государственной комиссии, которую возглавлял Зам. пред. Совмина СССР В.А.Малышев1, причиной гибели линкора была названа неконтактная магнитная мина, оставшаяся на дне Северной бухты Севастополя со времён войны. Это была ложь с далеко идущими последствиями, одними из которых являются гибель АПЛ “Комсомолец” 7 апреля 1989 г. и гибель АПЛ “Курск” 12 августа 2000 г.



Ложь о причинах гибели “Новороссийска” была <почти> очевидна:

  • во-первых, неконтактный взрыв поражает корпус корабля не непосредственно продуктами распада взрывчатых веществ и осколками взрывного устройства, а прохождением через конструкции корабля сформировавшегося в воде фронта ударной волны. В результате воздействия фронта гидродинамической ударной волны на корпус корабля и последующего её распространения через корабельные конструкции в радиусе нескольких десятков метров от эпицентра взрыва деформируется обшивка корпуса и расходятся её швы (образуется течь), срываются с фундаментов и ломаются механизмы, разрушаются корпусные конструкции и оборудование, заклиниваются двери и люки, лопаются лампочки и т.п.2 При контактном же направленном взрыве куму­лятивная струя наносит повреждения, локализованные зоной непосредственного её распространения, что и было выявлено при осмотре разрушений корпуса “Новорос­сий­ска” <(см. рис. 2 и 3 несколькими страницами далее)>;

  • во-вторых, на вооружении ВМФ СССР и Германии в годы второй мировой войны не было мин с боевым зарядом порядка 1,5 тонн в тротиловом эквиваленте, тем более предназначенных для осуществления направленного взрыва; всё минное оружие, и, прежде всего, предназначенное для постановки с самолётов (именно так гитлеровцы минировали бухты и фарватеры) имело заряды в пределах 800 кг1.

  • в-третьих, одним из общеупотребительных способов контрольного траления2 особо значимых районов акватории, таких как штатные места якорной стоянки наиболее важных кораблей флота на рейде, является бомбометание глубинными бомбами. Глубинные бомбы, состоявшие на вооружении ВМФ СССР в 1940 — 1950‑е гг., предназначенные для сбрасывания с <лотковых> бомбосбрасывателей кораблей и катеров, имели заряд около 200 кг тротила3. При бомбометании их сбрасывали сериями по-нескольку штук, и от их взрывов всякая магнитная мина, оказавшаяся в зоне поражения взрывом, у которой, допустим, был заклинен взрыватель или прибор кратности, вследствие чего она действительно могла уцелеть при обычном тралении, неизбежно сдетонировала бы. <Но даже если детонации не происходило, то прохождение ударной волны взрыва глубинной бомбы через конструкции мин повреждало их, после чего они утрачивали способность взрываться под воздействием физических полей кораблей в штатных для них ситуациях. После взятия Севастополя (9 мая 1944 г.) в период с 5 июля по 3 ноября 1944 г. Севастопольские бухты были протралены, в том числе дважды бомбометанием: первый раз с интервалом сбрасывания глубинных бомб 70 м, второй раз с интервалом сбрасывания глубинных бомб 50 м.

  • в-четвёртых, в 1949 — 53 гг. в Севастополе было произведено обследование водолазами всей причальной линии на ширину 100 м. Кроме того, в 1950 г. было произведено обследование мест якорной стоянки кораблей. Было обнаружено 26 неконтактных мин, 2 якорные мины и другой боезапас. Разоружение найденных мин показало, что взрыватели всех мин были неисправны, вследствие чего мины не реагировали на тралы и не были уничтожены при обычном тралении1 (при этом было выявлено, что неисправности многих мин были результатом явного саботажа на заводах-изготовителях в Германии и оккупированной Европе).

Обратимся к рис. 2, который взят из книги Б.А.Кар­жа­вина “Тайна гибели линкора «Новороссийск»” (СПб, «Политехника», 1991, стр. 52). От рисунка в названной книге приводимый далее рисунок отличается тем, что на нём дополнительно показана предположительная возможная граница разрушений обшивки и днищевых конструкций корпуса в случае истинности официальной версии подрыва корабля на донной магнитной мине времён Великой Отечественной войны1.




Рис. 2. Схема повреждения взрывом линкора “Новороссийск”

(Рисунок добавлен в 2002 г.).






Рис. 3. Вид на пробоину
в днище линкора
“Новороссийск”


Кроме того, выносками с надписями на нём отмечены особенности конструкции корабля, сыгравшие неблагоприятную роль в развитии аварии: монорельсы подачи боеприпасов (вдоль обоих бортов), прорезавшие все “водонепроницаемые” переборки на своём пути (и соответственно в каждой переборке под монорельсом — люк (дверь), через который должен был пропускаться контейнер с боезапасом при работе системы); вырез в “водонепроницаемой” переборке на 85 шпа­нгоуте1, сделанный для удобства размещения телефонной станции в одном помещении.

На схеме также видно, что переборки на третьей палубе не совпадают с переборками на четвертой. Несовпадение “водонепро­ницаемых” (в кавычках вслед­ствие наличия монорельсов системы подачи боеприпасов, про­реза­ю­щих переборки) переборок третьей и четвертой палуб воспроизвело в гибели линкора «эф­фект “Титаника”»: при нарастании дифферента на нос и появлении крена вода, распространяясь по третьей палубе сквозь дырявые и не на должном месте стоящие переборки, заливала сверху нижерасположенные помещения.

На рис. 3 представлен снимок, взятый из той же книги — “Тайна гибели линкора «Новороссийск»” (фотография в группе вклеек после стр. 240). Он сделан после подъёма корабля. Вдоль плавающего кверху днищем корпуса линкора находятся судоподъём­ные пон­тоны, на днище рядом с пробоиной стоит группа людей. Вверху кадра видны смонтированные на днище компрес­сорные станции и дру­гое оборудование, необходимое для обеспечения работ и поддува понтонов и корпуса при транспор­тировке.

На этой фотографии хорошо видны локализация и характер разрушений при поражении корпуса корабля подводным контактным взрывом. Кроме того, хотя водолазный осмотр дна 30 октября 1955 г. выявил воронку на дне Северной бухты на месте стоянки линкора, однако по мнению водолаза, осматривавшего воронку, взрыв произошёл не на грунте, а выше — над грунтом, под днищем линкора (“Тайна гибели линкора «Новороссийск»”, фотокопия рапорта командира отделения водолазов старшины 1 статьи Яковлева на вклейке перед стр. 193).>

Вопреки этим фактам Государственная комиссия пошла на подлог и своим заключением о причинах подрыва линкора “Новороссийск” <по существу> сняла с С.Г.Гор­шко­ва обви­нение в пре­ступной халат­ности, выра­зившейся в неудовлетво­ри­тельном состо­янии <и функционировании системы> противо­ло­дочной и про­тиво­дивер­сионной обо­ро­ны главной базы Черноморского флота в Севастополе, вследствие чего один из кораблей флота был уничтожен не установленными диверсантами-профессио­налами.

<В.А.Малышев вскорости расплатился за ложь о гибели “Новороссийска”. Хронология его нравственно-этически (т.е. греховно) обусловленной смерти такова: в 1955 — 1956 гг. под его руководством работала Госкомиссия по расследованию причин гибели линкора “Новороссийск”; 16 декабря 1956 В.А.Ма­лы­шев праздновал своей день рождения с семьёй на даче, и в этот день у него проявились симптомы острого лейкоза (одно из объяснений <его возникновения> — последствия участия в испытаниях ядерного оружия и радиоактивного облучения); 20 февраля 1957 г. он умер на 55 году жизни (тоже, знаменательно: “Новороссийск” погиб в 55 году).>

В отличие от него С.Г.Горшков прожил долгую жизнь. И вся дальнейшая деятельность С.Г.Горшкова на посту ГК ВМФ СССР показывает, что он был подневолен остававшимся в тени агентам влияния. Под его руководством в хрущёвские времена (во второй половине 1950‑х гг.) была свёрнута кораблестроительная программа, унаследованная от времён Н.Г.Кузне­цова; были устранены с флота офицеры и адмиралы, сторонники продолжения военно-технической политики ВМФ, разработанной под руководством Н.Г.Кузнецова и Л.М.Галлера; в хрущёвские времена (под лозунгом «перековки мечей на орала»1) <было прекращено проектирование новых кораблей, отвечавших военно-морской доктрине Галлера-Кузне­цова;> были уничтожены новейшие построенные кора­бли, в проектах которых был <отчасти> учтён боевой опыт войны, но сохранены в строю устаревшие корабли того же назначения ещё довоенной постройки2; была пересмотрена военно-морская доктрина. А с начала 1960‑х гг., большей частью уже в брежневские времена, под вздорную военно-морскую доктрину был создан избыточно многочисленный флот, не являющийся военно-морской силой по двум причинам:



  • отсутствию в его составе авианосцев1;

  • качественному отставанию от подводных лодок стран НАТО отечественных атомных подводных лодок в скрытности (шумно­с­ти, прежде всего), в средствах осве­ще­ния обстановки и целеуказания (это главная причина мно­жества столкновений отечественных подводных лодок с под­водными лодками НАТО: наши не слышат натовских, а те, осуществляя ближнее слежение2 на дистанции неско­лько сотен метров в кормовых полусферах наших лодок, не всегда успевают уклониться от столкновения, когда наши лодки внезапно совершают тот или иной манёвр);

  • <неразвитостью инфраструктуры базирования и тылового обеспечения по отношению к корабельному составу и численности личного состава;

  • неготовности Минсудпрома к комплексной модернизации находящихся в строю кораблей и судов прошлых лет постройки и утилизации отслуживших свой срок>.

Всё это происходило под водительством библейского эгрегора, но не его церковной ветви, как это было до 1917 г., а светской — марксистской — ветви. В ВМФ этот эгрегор олицетворяли одержимые карьеризмом С.Г.Горшков и его присные, под руководством которых изводили на нет реальную военно-морскую мощь СССР, распыляя производительные силы страны на тупиковых <«экзотических»> направлениях, в результате чего к 1985 г. была создана иллюзорная морская мощь, в действительности таковой не являющаяся.

А если более конкретно, то гибель АПЛ “Комсомолец”, гибель АПЛ “Курск” — закономерный итог порочности концепции подводного кораблестроения, унаследованной от времён С.Г.Горшко­ва. Понимание порочности горшковской концепции строительства ВМФ в целом и подводного кораблестроения, в частности, требует специальных знаний, и потому в этом разделе мы не будем рассматривать эту тему.

Тому, кто возражает против сказанного, насмотревшись красивых фотоальбомов о флоте времён конца застоя или начала перестройки <(“Океанскй щит Страны Советов”, Москва, «Планета», 1987 г.)>, начитавшись книг, подобных книге Максима Калаш­никова “Сломанный меч империи” («Крымский мост-9Д», «Палея», «Форум», 1999 г.) и обзору “Отечественные атомные подводные лодки” (в журнале “Техника и вооружение”, май — июнь 2000 г.) или по каким-то другим причинам, — следует подумать о том, что разрабатывают концепцию флота, проектируют и строят корабли точно такие же по нравам и характеру россияне, как и те, что проектируют и строят жилые дома, выпускают “Жигули”, делают мебель и шьют одежду. И мы, россияне, <на протяжении всей послесталинской эпохи> задумываем, проектируем и строим военные корабли так же плохо1, как и делаем всё то, с чем мы же все сталкиваемся в повседневном быту. Единственная разница между всем этим повседневно бытовым и вооружением: вооружение задумывается, проектируется и производится за грифами секретности от «секретно» до «особой важности». И за этими же грифами сокрыты все реальные пороки военной техники точно так же, как и все реальные и мнимые достижения в этой области. Вследствие этого пороки сокрыты от ничего не ведающего о них большинства.

И если лодка самая большая в мире (Пр. 941 «Тайфун») или американцы таких не строят (Пр. 949А «Антей»), то это вовсе не означает, что она самая лучшая в мире или её вообще следовало строить. О превосходстве над лодками противника можно говорить только по достижении превосходства в «потаённо­сти», что понимал простой русский крестьянин Ефим Никонов, в петровские времена предложивший построить «потаённое судно»: с той поры менялись только содержание понятия «потаённости» и технико-технологические способы достижения «потаённости». Но в ХХ веке этого понять не могут ни многие адмиралы, ни некоторые академики-кораблестроители, ни болтливые журналисты2.



А кроме разработчиков и строителей есть ещё эксплуатационники: Чернобыль дело общее — проектантов, строителей и эксплуатационников.


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   23


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница