Белашко С. А. 1 Роль политических партий в процессах модернизации россии и украины



Скачать 197.81 Kb.
Дата23.12.2017
Размер197.81 Kb.
Белашко С.А.1
РОЛЬ ПОЛИТИЧЕСКИХ ПАРТИЙ В ПРОЦЕССАХ МОДЕРНИЗАЦИИ РОССИИ И УКРАИНЫ2
Успешное решение задач системной модернизации (разработка и принятие государственной программы модернизации, её трансформация в национальную идею, практическое воплощение программных политико-экономических преобразований в национальные проекты опережающего развития) возможно только при активном и конструктивном участии политических партий. Именно партии играют главную роль в достижении необходимого для проведения модернизации общественного консенсуса. Именно от способности их лидеров отказаться от жёсткого противостояния в борьбе за власть ради общего дела зависят и темпы реформ, и сама возможность глубокого обновления, «осовременивания» общества.

В настоящее время проблемы модернизации находятся в центре политического, научного и общественного дискурса большинства стран мира. В России и на Украине ситуация усугубляется отсутствием развитой институциональной основы и реальных политических субъектов, способных проводить системные модернизационные преобразования, а также фрагментарностью научного осмысления феномена модернизации.

Адекватная оценка места той или иной страны в мировом сообществе, состояния и хода модернизационных процессов, роли субъектов преобразований, целей и перспектив дальнейшего развития является сложной политологической проблемой. Современная модернизация «обеспечивается опережающим развитием и проводится на основе креативных действий в сферах науки, образования и инноваций как в экономике, так и в социальном конструировании и в их институциональном обеспечении, с использованием новых форм и методов управления, включающих эффективный корпоративный и государственный менеджмент»3. Соответственно, перед политической наукой и практикой возникает целый ряд теоретических и прикладных задач, касающихся всестороннего анализа сути модернизации, исследования её закономерностей, прогнозирования возможных вызовов и угроз, уменьшения издержек, построения моделей оптимизации отдельных институтов.

Современные партийные системы России и Украины можно описать формулой «одна плюс все остальные». Правящая партия, руководимая президентом, мирно сосуществует с «системной оппозицией», представленной в парламенте, местных и региональных представительских органах, но почти не влияющей на принятие ключевых решений. «Единая Россия» и Партия регионов доминируют на всех уровнях власти. Обе позиционируют себя как партии модернизации, но фактически работают на консервацию существующего строя.

Владимир Путин и Виктор Янукович стали первыми президентами своих стран, которые занимают посты, будучи лидерами политических партий. Причём их лидерство является не формальным публичным статусом, а активной формой политического участия. Этим они принципиально отличаются от своих предшественников, которые пытались приуменьшить роль политических партий, чтобы гарантировать себе статус главного и ни от кого не зависимого игрока.

Характерно, что и «Единая Россия», и Партия регионов побеждали на парламентских и президентских выборах именно под лозунгами системной и безотлагательной модернизации. Впрочем, не меньшую активность в модернизационной риторике демонстрировали и их оппоненты. Они провозглашали другие приоритеты, по-своему расставляли акценты, но не выходили за рамки дискурса модернизации, не ставили под сомнение её необходимость. Однако, несмотря на однозначность и даже радикализм модернизационных лозунгов, реальные действия партийных лидеров и представителей в органах власти зачастую направлены не на проведение радикальных преобразований, а на сохранение существующего положения дел.

Постсоветские партии, как справедливо отмечает Татьяна Демидова, играют в процессах модернизации двойственную роль. С одной стороны, будучи политическим институтом, они являются объектом модернизации. С другой стороны, выполняя роль своеобразного «локомотива реформ», партии являются активными субъектами модернизационных преобразований. При этом, по мнению исследователя, традиции, особенности и практика осуществления модернизации определяют целенаправленный выбор в качестве методологической основы преобразований левомобилизационной модели с преобладанием консервативных методов осуществления1.

Евгений Седов сформулировал закон иерархических компенсаций, обратив внимание на то, что изменение характеристик сложной системы затрагивает различные уровни её иерархической организации, причём продуктивный рост разнообразия на верхнем уровне возможен только при его ограничении на предыдущих2. В контексте нашего исследования это означает, что реализация широкого круга модернизационных задач невозможна без унификации норм социального поведения. Фридрих Хайек писал о правилах поведения в социуме: «Именно потому, что эти правила сужают выбор средств, которые каждый индивид вправе использовать для осуществления своих намерений, они необычайно расширяют выбор целей, успеха в достижении которых каждый волен добиваться»3. То есть, для того, чтобы массовое желание модернизации имело реальную основу, обществу необходимы признанные всеми гражданами, по крайней мере, бесспорным большинством, правила общежития, в частности консенсус по принципиальным вопросам государственной идеологии.

Миссия политических партий в контексте модернизации – сформулировать базовые положения нового общественного договора и мобилизовать своих сторонников для обеспечения его имплементации. Причём речь должна идти не только о правовой имплементации – внесении соответствующих изменений и дополнений в действующее законодательство, а прежде всего об имплементации моральной, ценностной – изменении отношения граждан к соответствующим реалиям нашего прошлого и настоящего и проецировании таким образом желаемого будущего.

Политическое участие, основным механизмом которого служат политические партии, является одним из важнейших факторов развития постсоветского пространства. Именно оно, так или иначе, определяет вектор и темп общественных преобразований. Ведь эффективная модернизация невозможна без максимально широкой поддержки и непосредственного вовлечения активных и ответственных граждан. Новые социально-политические тренды и современные вызовы глобализации требуют кардинальной модернизации постсоветских обществ. Соответственно, изменения должны претерпеть и подходы к изучению его институтов и происходящих в нём процессов. В частности, необходима качественная научная ревизия феномена политического участия, всестороннее исследование его форм, уровней, структуры, идеологических и культурных аспектов, внешних воздействий, взаимосвязей с другими видами социальной активности.

Сегодня модернизация, причём глубокая и ускоренная, отвечает интересам абсолютного большинства социальных групп российского и украинского обществ. На деле же постсоветская модернизация оторвана от граждан, даже наиболее политически активных. Осознание этой главной проблемы имеет место на самом высоком государственном уровне. Так, в послании Президента Украины Верховной Раде подчёркивалось: «Одной из основных проблем осуществления общественных реформ, на данный момент, является низкая степень участия граждан в процессах их разработки, реализации и корректировки»1.

Оторванность граждан России и Украины от модернизационных процессов уже имеет достаточно долгую историю. Фактически она началась ещё в советское время, когда правящая партия не сумела донести до масс суть доктрины «ускорения», призванного вытянуть страну из «застоя». Во многом именно из-за отсутствия у граждан необходимого понимания задач модернизации и её необходимости соответствующие инициативы КПСС, несмотря на изначально высокий потенциал общественной поддержки, достаточно быстро стали объектом анекдотов. Именно скептически-негативное отношение активных граждан к способности правящей партии адекватно поставить в повестку дня и эффективно выполнить задачи модернизации обусловило фрустрацию советского общества, которая и стала главным фактором краха СССР. «Перестройка», которая задумывалась как масштабный модернизационный проект, при отсутствии контроля общества над властью, конституционно закрепленной монополией на которую владела партия-гегемон, привела к прямо противоположным последствиям.

Ситуация повторилась во время постсоветской трансформации. Оптимизм граждан относительно рыночных реформ, которые воспринимались как модернизационные, не нашёл практического подкрепления действиями элит, пришедших к власти в результате демонтажа Советского Союза. Власть воспринимала активность граждан не как мощный ресурс модернизации, а как угрозу собственному господству, всячески пытаясь минимизировать эту угрозу, чтобы не повторить судьбу советской номенклатуры. «Отчуждение от государственного аппарата, характерное для тоталитарного режима, не только не исчезло, а после трансформации в 90-х годах даже усилилось. Фактически государство превратилось в замкнутую самодостаточную корпорацию»1. Это крайне негативно сказалось на политическом участии граждан России и Украины. Значительная часть избирателей отказалась от автономной политической активности, делая выбор в пользу мобилизованного или манипулятивного участия в политических процессах, вовлекаясь в формирование партийных клиентел2.

Окончание «лихих 90-х» и начало восстановительного роста экономики вернули в повестку дня вопрос коренной общественной модернизации. Последние десять-пятнадцать лет общественный запрос на модернизацию и в российском, и в украинском обществе только растёт. В начале второй половины 2000-х социологи Л. Бызов и В. Петухов зафиксировали, что сформировалось качественно новое массовое недовольство – не ухудшением ситуации, как в 1990-х, а отсутствием улучшений3. Весьма показателен вывод, сделанный российскими исследователями модернизации: «Итоги развития России в 1990–2010 гг. свидетельствуют о глубоком кризисе, в котором находится наша страна. Главной причиной кризиса являются некомпетентность и коррумпированность власти»4. В значительной степени это «заслуга» партий, которые, по крайней мере, в последнее десятилетие, являются основной формой организации и структурирования политического класса.

Большинство политических партий России и Украины предлагают в своих программных документах собственные доктрины модернизации. Однако при этом они, как правило, трактуют задачи модернизации, исходя из своих текущих целей и задач, а не долгосрочной стратегии развития общества. Деятельность политических партий имеет свою внутреннюю логику, которая определяется преимущественно текущей конъюнктурой. Как следствие, вопросы стратегического характера часто остаются на уровне деклараций, теряются в водовороте политической борьбы. Руководствуясь политической целесообразностью, партии активно эксплуатируют эмоциональные факторы, манипулируют массовым сознанием, апеллируя к чувствам, а не разуму избирателей. Часто это ведёт к архаизации общества, восстановлению и распространению (как это ни парадоксально, при помощи самых современных и изощрённых гуманитарных технологий) традиционных общественных практик, препятствующих развитию и прогрессу.

Между тем, одним из важнейших критериев легитимации существующей системы власти и консолидации демократического режима является автономное политическое участие граждан. В свою очередь, эффективная модернизация невозможна в нестабильном обществе, поскольку, как правило, рассчитана на долгосрочную перспективу. Камалудин Гаджиев подчёркивал, что легитимность и стабильность политической системы зависят от степени соответствия её ценностей политической культуре общества, а количество «положительных политических ценностей», которые разделяют все члены общества, определяет степень консенсуса между его членами1. Таким образом, для обеспечения успешности модернизационных процессов стабильность общества, устойчивое развитие и постоянное стремление к обновлению, прогрессу, конструктивным преобразованиям должны стать политическими ценностями. Это требует от граждан конвенционных форм политического участия, сознательного отношения к демократическим процедурам, ответственности за свой электоральный выбор, активного использования легитимных средств контроля за властью. Олег Бардяк справедливо отмечает, что гражданская активность должна превратиться в обычное явление, стать общественной ценностью2. Соответственно, партийные лидеры могут либо способствовать утверждению в обществе модернизационных ценностей, укоренению их в массовое сознание, имплементации их в правила политической игры, либо дискредитировать идеи и принципы модернизации, используя соответствующее поле дискурса как площадку для борьбы за власть и собственность.

Партийные лидеры России и Украины, руководствуясь политической конъюнктурой, не хотят или не могут понять, что модернизация «должна постоянно возвращаться к истокам, к глубинным основам человеческой жизни, к фундаментальным и простым вопросам человеческого бытия, связывая их со всем многообразием новых современных форм и обеспечивая гуманистическую направленность всего движения»3. Лидеры постсоветских партий воспринимают модернизацию прежде всего как инструмент получения преимуществ в политической конкуренции. Так, Вячеслав Володин, комментируя роль «Единой России» в модернизации РФ, заявлял: «Наша партия претендует на то, чтобы быть движущей силой модернизации страны, партией будущего. Значит, чтобы соответствовать новым задачам, мы должны в первую очередь меняться и модернизироваться сами. Партия «Единая Россия» должна меняться и развиваться быстрее, чем оппоненты, чтобы оставаться лидером»1. Такая путаница с целями, задачами и инструментами модернизации весьма характерна для постсоветских партийных функционеров, политическая активность которых направлена главным образом на как можно более длительное и бесконтрольное распоряжение властными полномочиями.

Эксперты Национального института стратегических исследований при Президенте Украины отмечали, что жизненная необходимость модернизации была осознана основными политическими силами Украины относительно недавно, причём в значительной степени вынужденно. Более того, по их мнению, субъекты украинского политикума начали декларировать необходимость модернизации, не столько стремясь реформировать неэффективные общественные отношения, сколько пытаясь сохранить «правила игры», которые обеспечивали им определенные преимущества: «Уже во время президентской избирательной кампании 2009–2010 гг. начался поиск формулы спасения «харизматической» модели политической силы. В частности партийные лидеры начали позиционироваться как выразители синтетической идеологии – программы, направленной на политическую модернизацию страны»2.

Общая идеология украинской модернизации достаточно основательно, аргументированно и взвешенно изложена в Национальном докладе «Новый курс: реформы Украины. 2010–2015»3. Однако низкая заинтересованность политического класса, чьи интересы публично представляют ведущие партии, фактически приводит к тому, что модернизация Украины в значительной мере остается теоретической доктриной, не воплощаясь в повседневной практической деятельности. При этом она выступает универсальным аргументом, которым лидеры правящей партии пытаются оправдать любые свои действия. Весьма показательны в этом плане слова Виктора Януковича: «Выбирая политику сближения с Европейским Союзом, мы делаем прагматичный выбор оптимальной модели национальной модернизации»4.

Трансформация общественно-политических отношений, особенно в условиях системного кризиса, обостряет проблемы качества и системности публичной политики. Их решение предусматривает, прежде всего, расширение границ публичной политики и реализации дискурсивной этики1. Ведь пассивность и нерациональность граждан неизбежно «компенсируется» бесконтрольной активностью профессиональных политиков и чиновников. Партии должны не просто мобилизовать активность масс, а направлять её на решение вопросов, имеющих стратегическое значение для развития общества. В России и на Украине вопросы модернизации имеют сегодня первостепенное значение, поэтому партии должны сосредоточиться именно на них. При этом они должны работать максимально публично, привлекая к решению модернизационных задач максимально широкий круг граждан и социальных групп.

Очевидно, что «власть, политические партии, общественные организации могут воспользоваться трендом постепенного улучшения экономической ситуации для расширения и активизации общественно-политической активности населения»2. При этом чрезвычайно важно направить эту активность в конструктивное русло, мобилизовать творческий потенциал граждан для решения первоочередных задач модернизации страны. Это должно стать главной миссией политических партий России и Украины. Правящие партии должны сделать модернизацию стратегическим приоритетом работы своих представителей во властных структурах, оппозиционные – обеспечить жёсткий парламентский и общественный контроль за этими действиями.

Особо следует подчеркнуть, что без становления полноценных национальных элит партии будут всего лишь инструментами электоральной мобилизации и пропаганды, а не полноценными механизмами политического участия и «локомотивами модернизации». Пока же в России и на Украине сохраняется ситуация, описанная Рифатом Шайхутдиновым: «Одни псевдоэлиты настроены консервативно и тем самым препятствуют развитию страны, противодействуют её выведению в конкурентоспособное состояние с сильнейшими мировыми державами. Другие псевдоэлиты являются сторонниками ценностей чужих стран и культур»3.

Современные общества, которыми являются Россия и Украина, не состоят из пассивных субъектов, вынужденных подчиняться господству политических институтов. Нелепость, неэффективность или отсутствие власти вызывают возмущение и сопротивление граждан. Люди подтверждают свою культурную идентичность в пределах определённых территорий, мобилизуя усилия на защиту своих ценностей (в том числе политических) и достижение своих требований, организуя свои сообщества, устанавливая хотя бы ограниченный контроль за местами работы и проживания1. В значительной степени именно так, «снизу», формируются тренды общественной модернизации. При этом политические партии зачастую просто не успевают за событиями, реагируют «вдогонку» вместо того, чтобы предупреждать будущие проблемы.

Интеллектуальные и организационные основы будущего возникают преимущественно не в политикуме, а в среде новых гражданских структур «креативного класса», который первым получит выгоду от социально-экономической модернизации страны2. Ключевым лозунгом, в полной мере разделяемым и другими сегментами общества, становится требование максимальной прозрачности: политики, экономики, социальных отношений. Пока ни российские, ни украинские партии этому требованию не отвечают. Они, даже обладая властью, оказываются неспособны предотвратить многочисленные нарушения на выборах, коррупционный «беспредел», злоупотребления в силовых структурах, эскалацию межэтнического противостояния.

Для реализации любой системы мер в первую очередь необходим заинтересованный в этом субъект. Эффективное проведение модернизационных преобразований требует сложнейшей системы согласованных действий общенационального масштаба. Соответствующим должен быть и уровень осознанных интересов. Андрей Гриценко справедливо отмечает, что «все предлагаемые в Украине концепции и программы ограничивались содержанием и способом преобразований, но не отвечали на вопрос о том, какой социальный субъект, учитывая своё объективное общественное положение, заинтересован в этих преобразованиях, и достаточно ли у него власти и сил для их осуществления»3. Это утверждение в целом отвечает и российским реалиям.

В современных обществах заинтересованные в масштабных преобразованиях социальные группы приобретают субъектность в виде политических партий. Россия и Украина не должны искать в этом контексте какого-то особого пути. Именно политические партии должны предложить обществу такую программу модернизации, которая найдёт искреннюю и активную поддержку в самых широких слоях населения. Задачи модернизации должны быть переведены с языка науки на язык повседневной жизни, стать понятными для каждого гражданина, хоть как-то вовлечённого в политику.



Курс на модернизацию нуждается в постоянной, длительной и последовательной политической поддержке. В демократической политической системе (а Россия и Украина, несмотря на всю неоднозначность их постсоветской истории, несомненно, являются демократиями) роль «локомотивов модернизации» принадлежат политическим партиям. Дмитрий Орлов формулирует десять требований к политической партии, претендующей на роль движущей силы модернизации. По его мнению, такая партия должна:

    • проводить модернизационные законопроекты через парламент;

    • стимулировать модернизационные изменения в системе государственного управления;

    • создать «национальную модернизаторскую коалицию»;

    • «обкатывать» модернизационные идеи среди сторонников различных идеологий и ценностей;

    • располагать специальной сетевой площадкой для обсуждения идей модернизации;

    • иметь опыт осуществления реальных модернизационных проектов – социальных и инфраструктурных;

    • продвигать модернизацию в регионы;

    • разрабатывать национальные модернизационные программы;

    • быть движущей силой модернизации политической системы;

    • обновлять собственную структуру, институты и проекты в соответствии с вызовами модернизации1.

По нашему мнению, с учётом изложенного выше к этому перечню можно добавить ещё несколько важных критериев:

  • сотрудничать с научными и экспертными учреждениями в плане системного исследования актуальных проблем модернизации;

  • оказывать содействие социальным группам, наиболее заинтересованным в модернизации;

  • культивировать ценности модернизации и соответствующие общественные практики;

  • обеспечивать прозрачность модернизационных решений на всех стадиях их подготовки и реализации;

  • пропагандировать и распространять передовой иностранный опыт с учётом национальной специфики;

  • развивать международное партийное сотрудничество, чтобы эффективно использовать модернизационный опыт зарубежных коллег;

  • продвигать международные проекты модернизационного характера.

В контексте модернизации усилия партий должны быть направлены и на дополнение традиционной политической активности граждан инструментарием прямого действия, прежде всего на низовом уровне. Тогда политическое участие станет логическим продолжением, своеобразным обобщением и обобществлением того опыта, который будет формироваться на уровне объединений совладельцев многоэтажных домов (ОСМД), дачных и гаражных кооперативов, экологических организаций, клубов по интересам и т.д. Все эти формальные и неформальные структуры станут «корнями травы», с помощью которых политические партии будут укореняться в обществе. С их помощью граждане будут передавать политикам свои требования, касающиеся оптимизации повседневной деятельности, развития современной и эффективной социальной инфраструктуры, внедрения и легитимизации прогрессивных общественных практик – всего того, что формирует фон эффективной модернизации.

Если ведущие партии сумеют сделать политическое участие логичным и действенным продолжением повседневной активности граждан, вектор развития России и Украины будет определяться не высшими чиновниками, а широким кругом самых разных социальных групп, которые будут налаживать горизонтальное взаимодействие, искать и находить точки соприкосновения своих интересов, формировать поле национального консенсуса. Это обеспечит модернизационным процессам прочную основу, приблизив их к людям, дав гражданам рычаги влияния на них, обеспечив надлежащий гражданский контроль.



Выводы

  1. Глубокая и ускоренная модернизация отвечает интересам и потребностям абсолютного большинства социальных групп российского и украинского общества. Пассивное, безответственное, деструктивное политическое участие делает невозможным поступательное проведение системных реформ. Следовательно, без кардинальных изменений политического поведения граждан – перехода к осознанному, активному и ответственному участию в политике с использованием партийных механизмов – на успех модернизации рассчитывать не стоит.

  2. Для обеспечения успешности модернизации стабильность общества, устойчивое развитие и постоянное стремление к обновлению, прогрессу, конструктивным преобразованиям должны стать политическими ценностями. Особую роль в этом контексте играют политические партии, которые должны способствовать утверждению в обществе модернизационных ценностей, укоренению их в массовое сознание, имплементации их в правила политической игры и сознательную активность масс.

  3. Декларируя необходимость модернизации, на деле партии России и Украины часто преследуют совсем другие цели – сохранить существующие «правила игры», которые открывают их лидерам доступ к власти и собственности путём манипуляции массовым сознанием. Для того чтобы стать истинными «локомотивами модернизации», мобилизовать граждан на проведение соответствующих преобразований, партии должны постоянно и последовательно работать над решением модернизационных задач, руководствуясь стратегическими национальными интересами, а не политической конъюнктурой.

  4. Политические партии должны работать над решением модернизационных задач максимально публично, привлекая к соответствующей деятельности максимально широкий круг граждан и социальных групп. При этом правящие партии должны сделать проведение модернизации стратегическим приоритетом работы своих представителей во властных структурах, оппозиционные – обеспечить жёсткий парламентский и общественный контроль за модернизационными действиями власти.

  5. Поиск альтернативных политических механизмов модернизации может дать весомые положительные результаты, если усилия партий, прежде всего правящих, будут направлены на дополнение традиционного политического участия эффективным инструментарием прямого действия. Широкое взаимодействие партийных структур, в том числе первичных организаций, со структурами гражданского общества позволит сформировать благоприятный фон эффективной модернизации, обеспечить национальный консенсус поддержки системных реформ.

  6. Важной составляющей скоординированного социально-экономического развития России и Украины должно стать сотрудничество российских и украинских партий (как правящих, так и оппозиционных) в разработке и реализации модернизационных проектов. Объединение позитивного опыта модернизации, накопленного на национальном, региональном, местном уровне двух стран, при грамотном подходе позволит достичь синергетического эффекта, который может стать значимым фактором дальнейшим преобразований.

1 Белашко Сергей Александрович – заведующий сектором периодических изданий редакционно-издательского отдела Национального института стратегических исследований при Президенте Украины (Киев). Сфера профессиональных интересов: политические партии, трансформационные процессы, этнополитика, избирательные кампании, социальные коммуникации. E-mail: belashko@list.ru.

2 Цель данной работы – рассмотреть параметры участия российских и украинских партий в процессах модернизации, выявить факторы их влияния на модернизационные преобразования, проанализировать степень соответствия модернизационной активности партий общественным настроениям, сформулировать перечень задач для претендующих на статус «локомотивов модернизации» политических партий.

3 Геєць В. Конфігурація геополітичної карти світу та її проблемність // Економіка України. – К., 2011. – № 1. – С. 14-15.

1 Демидова Т. К. Политические партии России в современном модернизационном процессе. 23.00.02. Башкирский государственный университет. – Уфа, 2011. – 178 с.

2 Седов Е. А. Информационно-энтропийные свойства социальных систем // Общественные науки и современность. – М., 1993. – № 5.

3 Хайек Ф. А. Пагубная самонадеянность. – М., 1992. – С. 88.

1 Модернізація України – наш стратегічний вибір : Щорічне послання Президента України до Верховної Ради України. – К. : НІСД, 2011. – С. 28.

1 Грінбенг Р. Інституційні уроки ринкових трансформацій // Економіка України. – К., 2011. – № 1. – С. 29.

2 Бєлашко С. О. Політичні партії як патронатно-клієнтні системи // Науковий вісник. Одеський державний економічний університет. Всеукраїнська асоціація молодих науковців. – Одеса, 2009. – № 20 (98). – С. 135–146.

3 Тимербаев Т. А. Роль политических партий в процессе правовой модернизации в России: системно-конституционный анализ // Евразийский юридический журнал. 2012. – № 5 (48).

4 Модернизация России: проблемы и пути их решения. Издание Автономной некоммерческой организации «Экспертно-аналитический центр по модернизации и технологическому развитию экономики». – М., 2012. – С. 2.

1 Гаджиев К. С. Введение в политическую науку. – М.: Логос, 1997. – С. 447.

2 Бардяк О. Політична активність. Цінність та прояв // Українська правда. 2008. – 20 жовтня. - http://www.pravda.com.ua/news/2008/10/17/83006.htm.

3 Гриценко А. Методологічні основи модернізації України // Економіка України. – К., 2011. – № 2. – С. 11.

1 Володин В. В. О роли Партии в модернизации России. Выдержка из доклада о роли Партии в модернизации России в ходе заседания Генерального совета партии «Единая Россия», 15 июня 2010 г. // Электронный журнал «ЭНЕРГОСОВЕТ». 2010. – № 6 (11). – С. 9.

2 Україна: політичні стратегії модернізації : зб. науково-аналітичних доп. / За ред. М. М. Розумного (заг. ред.), О. А. Корнієвського, В. М. Яблонського, С. О. Янішевського. – К.: НІСД, 2011. – С. 228.

3 Новий курс: реформи Україні. 2010–2015. Національна доповідь (за заг. ред. В. М. Гейця та ін.). – К., 2010. – С. 9–17.

4 Янукович: ЕС – это прагматично, но прекращать сотрудничество с другими нельзя // Украинская правда. 2013. – 6 ноября. - http://www.pravda.com.ua/rus/news/2013/11/6/7001507.

1 Хабермас Ю. Вовлечение другого. Очерки политической теории / Ю. Хабермас. – СПб.: Наука, 2001. – 417 с.

2 Модернізація України – наш стратегічний вибір : Щорічне послання Президента України до Верховної Ради України. – К. : НІСД, 2011. – С. 29–30.

3 Шайхутдинов Р. Функции, отличительные особенности и механизмы формирования элит // Элитариум. – 21 марта 2007 г. - http://www.elitarium.ru/2007/03/21/mekhanizmy_formirovanija_jelit.html.

1 Castels M. The Informational City. Information Technology, Economic Restructuring and the Urban-Regional Process. – Oxford, Cambridge: Blackwell, 1989.

2 Тертичний О. Що і навіщо робити тим, хто не довіряє обіцянкам опозиції // Українська демократична мережа. 2012. – 14 травня. - http://e-democracy.in.ua/politychna-systema/552-kljuch-do-majbutnogo--prozorist.

3 Гриценко А. Методологічні основи модернізації України // Економіка України. – К., 2011. – № 1. – С. 39.

1 Орлов Д. И. Партия модернизации: десять тезисов // Стратегия России. – М., 2010. – № 12. // Официальный сайт журнала «Стратегия России». Издание Фонда «Единство во имя России». - http://sr.fondedin.ru/new/fullnews_arch_to.php?subaction=showfull&id=1293370236&archive=1293370781&start_from=&ucat=14&.




Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2019
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал