Бернард Вербер Смех Циклопа



страница14/19
Дата02.06.2018
Размер6 Mb.
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19

117

Они едут на мотоцикле.

Исидор совершенно спокоен, а Лукреция раздражена. Она повесила сумку на левое плечо, чтобы Исидор, сидящий справа, не мог достать шкатулку.

Они молчат. Лукреция включает музыку, «Nothing else matters» группы Metallica.



Черт! «Шутка, Которая Убивает» в двадцати пяти сантиметрах от моих глаз. Меня защищают от нее лишь деревянная шкатулка и кожаная сумка.

Что же там написано?

Набор букв, слов, фраз. И все это вместе вызывает смерть.

Она пролетает на красный свет, раздается шквал гудков, на которые она отвечает неприличным жестом.



Исидор прав, этого не может быть.

Или это какое-то колдовство.

Но я чувствую – не надо смотреть, что находится внутри шкатулки.

Как профессор Левенбрук ее назвал? «Ящик Пандоры». Открыв его, ты выпустишь на свет всех демонов ада.

Улицы становятся шире.



Исидор часто бывает прав, но сейчас я уверена, что он ошибается. У меня интуиция сильнее, чем у него.

Они выскакивают на кольцевую дорогу. Лукреция обгоняет грузовики, легковые автомобили, мотоциклы. Воспользовавшись тем, что машин мало, она проезжает ворота Клиньянкур и совершает новое нарушение. Исидор молчит, он понимает, что скорость помогает ей думать.



С древности эта шутка убивает любого, кто ее прочитает. Невероятно. Но факты остаются фактами.

Дарий умер.

Тадеуш умер.

Мы преследуем грустного клоуна, он нас замечает, и вдруг мы получаем смертоносную посылку.

Лукреция гонит как сумасшедшая, не замечая, что ее засекли радары.



Давайте анализировать. Последствия известны. Причины неясны.

Левенбрук говорит, что в разные эпохи смеются над разными шутками. И в разных странах люди смеются над разными вещами.

Шутка, Которая Убивает побеждает и время, и культурные различия. Абсолютная шутка? Невозможно. Невозможно. И тем не менее…

Наконец они приезжают к «Отелю Будущего». Входя в холл, Исидор продолжает натиск.

– Лукреция, хватит ребячиться. Я взрослый человек и прекрасно осознаю меру ответственности за свои поступки. Я готов рискнуть жизнью, чтобы узнать, что такое Шутка, Которая Убивает.

Лукреция прыгает в лифт, двери закрываются, и Исидор не успевает войти. Он поднимается по лестнице. Лукреция уже стоит перед дверью восемнадцатого номера. Исидор входит и закрывает за собой дверь.

– Хорошо. Признаю, я сгораю от любопытства. Я хочу знать, что в этой чертовой шкатулке.

– Думаю, что вы не отдаете себе отчета в том, что за вещь попала к нам в руки.

– Слова, написанные на бумаге, не взрываются. Хватит ребячиться, Лукреция. Отдайте шкатулку.

– Никогда!

Исидор пытается выхватить у Лукреции сумку, но она отпрыгивает.

– Это слова, Лукреция! Всего лишь слова!

– Слова могут убить. Ведь Дарий и Тадеуш умерли.

– Они были глупцами.

– А я так не считаю.

– Дайте мне прочесть! Беру на себя всю ответственность.

– Нет!

– Почему?



Потому что я слишком дорожу тобой, идиот.

Исидор ложится на кровать и смотрит в потолок.

– Я не уверен, что мы сможем дальше вместе вести расследование. У нас слишком разные методы.

– Вы еще скажете спасибо, что я спасла вам жизнь, – парирует Лукреция.

– Лучше узнать и умереть, чем жить в неведении.

– А я предпочитаю, чтобы вы жили в неведении.

– Рано или поздно вы заснете, и я украду сумку.

Лукреция убирает шкатулку в гостиничный сейф и запирает его, набрав код из четырех цифр.

Исидор обреченно пожимает плечами и предлагает:

– Ладно, сыграем в три камешка? Если я выиграю, вы отдадите шкатулку.

– Нет. – Лукреция непреклонна.

– А в обмен на поцелуй скажете код? – спрашивает Исидор.

В этот момент раздается стук в дверь.

118

Артист приходит к директору цирка.

– Господин директор, у меня необыкновенный номер. Вы просто обязаны принять меня в труппу.

– Необыкновенный номер?.. Расскажите!

– Я поднимаюсь на сорокаметровую высоту, прыгаю вниз, изображая летящего ангела, делаю три пируэта и штопором вхожу в простую бутылку, стоящую посреди арены…

Директор в растерянности молчит.

– Но ведь это же отличный номер! Если хотите, я могу завязать глаза…

Директор колеблется.

– Ладно. Я понимаю, у вас высокие требования, это нормально. Я буду прыгать со связанными за спиной руками.

Директор продолжает сомневаться.

– Я поднимусь на сорок метров и перед прыжком повисну, держась зубами за веревку! Возьмите меня! Мне нужны деньги, детям нечего есть!..

Наконец директор говорит:

– Если вы это сделаете, я вас приму. Но я не понимаю, как вам удается выполнить такой трудный номер… В чем тут хитрость?

– Хитрость в том…

Акробат наклоняется к директору и продолжает шепотом:

–…что в горлышко бутылки я вставляю воронку.


Отрывок из скетча Дария Возняка «Я всего лишь клоун»

119

В дверь стучат сильнее. Затем слышится «громкий фривольный смех пожилого человека». Лукреция приоткрывает дверь, не снимая цепочки.

– Надеюсь, я вас не потревожил, мадемуазель Немрод…

Это Стефан Крауц. Лукреция впускает его. Он ищет глазами стул и в конце концов садится на кровать.

– Не возражаете?

– У вас три минуты, чтобы рассмешить меня, – говорит Лукреция, повторяя слова самого Крауца. – Песочных часов у меня нет, но я буду следить за секундной стрелкой. Время пошло.

– «Политый поливальщик», первая кинокомедия.

– Две минуты пятьдесят секунд.

Крауц поворачивается к Исидору. Тот встает.

– Я, конечно, догадался, кто оказался на сцене вместо Ванессы и Давида. Быть физиономистом – часть моей профессии. Я узнаю лица даже под слоем грима.

Крауц оглядывает комнату, задерживается взглядом на единственной кровати и понимающе смотрит на Исидора.

– Я пришел поблагодарить вас.

– Надо же. И за что?

– Во время вашего номера наш рейтинг подскочил до потолка. Молчание… Вы уже использовали этот прием у меня в кабинете, мадемуазель. Я не ожидал, что он произведет такое впечатление на аудиторию. А вы знаете, кто первым его использовал?

– Американский комик Энди Кауфманн?

– Браво. Вы отлично знаете мир смеха. Он молчал перед полным залом, а вы – в прямом эфире, тут нужна смелость.

– Минута пятьдесят секунд, – говорит Лукреция, глядя на часы.

–… а идея спрыгнуть с колосников вслед за грустным клоуном! Просто фантастика! Жаль, мне самому это не пришло в голову! Ведь все решили, что это я придумал. Меня поздравляли руководители телевизионных каналов! Новостные программы даже не франкоговорящих стран просили право на показ. Удивить – вот главное в хорошем шоу, а вы уж точно удивили.

– Сорок пять секунд. Вы ведь пришли не затем, чтобы поблагодарить нас за рост рейтинга?

Лицо продюсера мрачнеет.

– Я пришел за «Шуткой, Которая Убивает», – произносит он четко и холодно.

– С чего вы взяли, что она у нас? – спрашивает Лукреция.

– У меня свои источники информации.

– Об этом мог рассказать только Пеллегрини, – говорит Исидор.

Крауц кивает.

– Мы вместе с ним учились в Институте социальных наук.

– Флоран! – восклицает Лукреция. – Я думала, он мой друг!..

– Да уж, с такими друзьями и враги не нужны, – замечает Исидор.

– Он знал, что я интересуюсь вашим расследованием, и рассказал о посылочке с необычным содержимым.

– И дал вам адрес гостиницы.

– В прошлом я оказал ему немало услуг, и он не хочет оставаться в долгу.

Продюсер улыбается как коммивояжер.

– Вы говорите, что узнаете любого даже под клоунским гримом. Может быть, вы поможете нам выяснить, кто ее отправил?

Лукреция находит в айфоне фотографию грустного клоуна и показывает продюсеру.

– Кто это? – спрашивает Крауц.

– Этот человек убил Дария и Тадеуша. Мы полагаем, именно он послал нам то, что вы так хотите получить.

Крауц явно заинтересован. Он внимательно рассматривает фотографию.

– Нет, увы, я никогда его не видел. Но мне кажется, вы не понимаете, что попало к вам в руки.

Лукреция невозмутимо смотрит на него.

– Это «оружие» в руках непосвященного может наделать много зла. Вы сами могли в этом убедиться. Отдайте мне шкатулку. Это в ваших же интересах.

– А что мы получим взамен? – спрашивает Лукреция.

– Я сохраню вам жизнь. Этого мало? Я хочу избавить вас от бомбы замедленного действия. Без нее вам будет гораздо легче, уж поверьте.

Исидор встает, наливает себе чашку кипятка и говорит:

– Вы состоите в Великой Ложе Смеха, не так ли, господин Крауц?

Продюсер снова включает машинку для смеха. Лукреция понимает, что он пытается выиграть время.

– Надо же. Вам известно о нашем маленьком клубе, господин Катценберг?

Исидор опускает в чашку пакетик зеленого чая.

– Наши условия просты. Вы отведете нас в новое убежище Великой Ложи Смеха и расскажете все о себе и своей деятельности. А мы дадим вам…

– Точнее будет сказать – вернем. Напоминаю вам, что «Шутка, Которая Убивает», принадлежит нашей Ложе.

– А мы вернем вам бомбу замедленного действия, которая случайно попала к нам в руки.

Стефан Крауц улыбается. Исидор улыбается в ответ.

– Мы, как Икар, слишком близко подлетели к солнцу. И солнце вот-вот опалит нам крылья, не так ли?

– Именно так.

– Вы не ответили, принимаете ли вы наши условия?

Стефан Крауц пристально смотрит на Исидора.

Он спятил! И речи быть не может о том, чтобы отдать им «Шутку, Которая Убивает»! Да еще взамен на информацию об их новом убежище, где-нибудь в глухой провинции! Мне наплевать на их тайное общество, расследование отлично идет и здесь. Хотя…

Я поняла. Исидор думает, что, если Дария убил не Тадеуш, значит, это кто-то из Великой Ложи Смеха. И значит, искать убийцу нужно не в лагере тьмы, а в лагере света!

Улыбка продюсера превращается в гримасу.

– Вы должны понять, в какое положение мы попали. Наша Ложа недавно пережила…

– Неприятности? – спрашивает Исидор.

– Это еще мягко сказано.

– Нападение «розовых громил» Дария, не так ли? Погибло много людей. Что, естественно, вынуждает вас занять оборонительную позицию, – дополняет Лукреция.

– Как минимум.

– И вы решили стать еще более закрытыми, еще более незаметными и осторожными. Короче, предпринять все меры для того, чтобы тайное общество оставалось тайным.

Исидор медленно пьет чай.

– И вам совершенно не хочется выполнять мою просьбу. Ведь вы считаете, что мной движет обычное журналистское любопытство.

– Верно. Вы все правильно поняли.

– Но «Шутка, Которая Убивает» у нас, и вы хотите ее получить.

– Я могу взять ее силой, – говорит Стефан Крауц и выхватывает из кармана револьвер.

– Этим вы ничего не добьетесь, – говорит Лукреция. – У моего друга Исидора аллергия на агрессию.

– Да, я считаю, что агрессия мешает диалогу. В моем будущем романе ни один герой ни разу не воспользуется ни детским перочинным ножом, ни даже рогаткой.

– Мне нравится ваша флегматичность, господин Катценберг, но вы по-прежнему не понимаете, что стоит на кону. Мы готовы на все, чтобы получить «Шутку, Которая Убивает».

Он поднимает револьвер.

– Убийством больше, убийством меньше… В нашем положении это уже неважно. Где шкатулка?

Он приставляет револьвер к виску Исидора, который продолжает невозмутимо пить чай.

– Мы не так наивны, господин Крауц. Мы спрятали ее. Далеко отсюда. Если вы нас убьете, то никогда не найдете ее.

– Вы блефуете!

– Ну что ж, проверьте.

Револьвер опускается. Продюсер достает мобильный телефон и отсылает эсэмэску. Получает ответ и снова отсылает эсэмэску. Он молча обменивается шестью фразами с неизвестным собеседником. Его лицо принимает озабоченное выражение.

– Они считают, что на ваше предложение можно согласиться, но, естественно, при соблюдении необходимых мер предосторожности.

Исидор делает глоток зеленого чая.

– Встреча может состояться только в том случае, если вы станете членами ложи, – продолжает Стефан Крауц. – Это непременное условие.

– Значит, Дарий тоже был членом Ложи. Спасибо за информацию, – замечает Исидор.

– Вы хотите сказать, что ваших друзей могут увидеть только посвященные? – спрашивает Лукреция.

– Да.

– А можно вступить в вашу организацию, а потом выйти из нее?



– Быть посвященным – значит узнать нечто новое. Разве можно разучиться плавать или ездить на велосипеде? Или забыть вкус соли или сахара? Нет, примкнув к нам, вы останетесь с нами навсегда. Вы узнаете новое и станете такими же, как мы. Наша ложа – это «клуб закрытого типа». Выбирайте. Я вас не принуждаю. Вы можете просто отдать мне «Шутку, Которая Убивает», и я оставлю вас в покое.

Он кладет револьвер в карман.

– Вступить в Великую Ложу Смеха, чтобы узнать, что такое Великая Ложа Смеха? Мне кажется, нам морочат голову, – говорит Лукреция.

Стефан Крауц усаживается поудобнее, понимая, что ситуация под контролем. Он снова включает машинку для смеха, чтобы чем-то скрасить ожидание.

Исидор и Лукреция совещаются.

– Нам нужно подумать, – говорит Исидор. – Дайте номер вашего мобильного, мы вам позвоним.

– Нет, – отрезает Лукреция. – Мы согласны. Ждем вас завтра в четыре часа дня в холле гостиницы. Мы возьмем с собой «Шутку, Которая Убивает», и вы отвезете нас в новую штаб-квартиру вашей Ложи.

– Вижу, вы умеете принимать быстрые и четкие решения. Я очень ценю это, мадемуазель Немрод.

Продюсер встает и направляется к двери.

– Да, и оденьтесь потеплее. Ехать не близко, и там довольно холодно.



120

Двое приятелей встречаются на улице.

– О, привет! Что это ты у тебя за чемоданы? – спрашивает один.

– Сам открой и посмотри, – отвечает другой.

Его приятель открывает один чемодан, и видит там миниатюрный корт, на котором два крохотных спортсмена играют в теннис.

– Это еще что?

– Сам видишь, теннисный корт.

– А что в другом чемодане?

Он открывает второй чемодан, оттуда в клубах дыма появляется джинн и говорит:

– Чего ты хочешь? Я исполню любое твое желание!

Приятель отвечает:

– Хочу миллиард!

С неба тут же падает биллиардный стол.

– Что это?! Твой джинн глухой, что ли? Я просил миллиард, а не бильярд!

Его приятель печально отвечает:

– А ты думаешь, я просил тридцатисантиметровый теннис?


Отрывок из скетча Дария Возняка «Будь здоров»

121

Продавщица секс-шопа показывает Лукреции несколько моделей стальных наручников. К счастью, Монмартр совсем недалеко от площади Пигаль, и квартал «Отеля Будущего» изобилует специализированными магазинчиками.

– А кожаные не хотите? Еще есть с розовым мехом и поролоновой прокладкой, они удобнее.

Лукреция отказывается и выбирает стальные наручники американской полиции, самые дорогие и прочные.

Затем она покупает новые ботинки. Она выбирает целый час, едва не доводит продавщицу до нервного срыва и берет те, что примерила первыми.

Потом она идет к парикмахеру Алессандро.

– Боже, Лукреция, что с тобой? Чешуйки волос раскрыты, словно листья артишока! Ничего не говори, я сам догадаюсь. Тебя бросил парень, да?

– Браво. В точку.

Алессандро берет ее за руку.

– Не переживай. Одного потеряла – десятерых найдешь. Ты моя самая классная клиентка. Если бы я интересовался женщинами, я бы тебя не пропустил.

– Спасибо.

Парикмахер внимательно рассматривает волосы клиентки.

– М-м… Дело-то серьезное. У тебя и на работе проблемы. Твоя начальница отказалась тебя повысить?

– В общем, да. Честно говоря, она меня просто уволила.

– Да-да, помню, ты мне о ней рассказывала, с короткой стрижкой, красится в рыжий цвет?

– У тебя отличная память на волосы.

– Хорошо. Что будем делать, укладку, окраску или все вместе?

– М-м… помассируй мне как следует кожу головы. А поскольку меня скоро похитят и запихнут в багажник машины, ничего сложного делать не стоит.

– Тебя похитят? В багажник…. Ты шутишь?

Лукреция показывает наручники.

– Не волнуйся, видишь, я подготовилась. Они прочные.

Он кладет ей ладони на плечи.

– В критических ситуациях моей кандидатской степени по психологии недостаточно.

– Ты изучал психологию?

– Конечно. Семь лет, в университете. Теперь без этого парикмахером не устроишься. Но я за тебя волнуюсь. Тебе сейчас нужно что-нибудь более эффективное.

Алессандро уводит Лукрецию в подсобку.

Она видит помещение, напоминающее бело-розовый кукольный домик, его стены украшены афишами кинофильмов, фотографиями певцов «йе-йе» шестидесятых годов, коллекциями почтовых открыток, фарфоровыми фигурками и ракушками.

Алессандро усаживает ее в кресло, обитое бархатом в цветочек.

– Там, где психология бессильна… появляются карты Таро.

Он открывает шкафчик, достает потрепанную колоду и протягивает Лукреции.

– Перетасуй. Сними. И выбери одну.

Она так и делает.

– Вот. Это ты.

Лукреция переворачивает карту. На ней изображены цифра «один» и человек в широкополой шляпе, который жонглирует кубками и палками.

– Шут. Ты живешь иллюзиями. Ты сознательно кажешься другим не такой, какая на самом деле. Ты не глупа. И хочешь измениться. Дай еще одну карту.

Лукреция вытягивает вторую карту.

– Это твой враг. Настоящая проблема, с которой надо справиться.

Она смотрит на карту и видит старого бородатого человека в длинном плаще, идущего в темноте с посохом и фонарем в руках.

– Седьмой аркан. Отшельник.

Исидор?

– Отшельник – это одиночество. Ты боишься остаться в одиночестве.



Не Исидор, а я сама…

– Ты спрашиваешь себя, встретишь ли ты человека, который захочет идти с тобой по жизни. И это мучает тебя. Бери третью.

Лукреция наугад вытягивает карту.

– Теперь посмотрим, что тебе мешает.

Она переворачивает карту и видит рисунок, изображающий человека с головой козла. Он держит на поводке мужчину и женщину. Рядом стоит цифра «четыре».

– Дьявол. Ты находишься во власти первобытных импульсов. Похоть, стремление побеждать и быть побежденной, обжорство, гнев, страх, агрессия. Инстинкты обезьяны живут в тебе и заставляют действовать необдуманно, удовлетворять сиюминутные желания. Бери четвертую карту, узнаем, что тебе поможет.

Лукреция переворачивает карту. Папа Римский, сидящий на троне. Цифра «три».

– Верховный жрец. На твоем пути есть человек старше тебя. Он читает книги или пишет их. Он находится в духовном поиске, но не в таком, как у тебя. Он сидит на троне, а ты блуждаешь. У него нет иллюзий. Вы дополняете друг друга. Этот человек очень благотворно влияет на тебя. Это он тебя бросил?

– Пока нет. Но ждать осталось недолго.

– Тяни пятую карту, которая скажет нам, чем все закончится.

Лукреция переворачивает пятую карту.

И видит смеющийся скелет, который косит торчащие из земли головы и руки. На карте стоит цифра «тринадцать».

Лукреция вздрагивает.

– Смерть?

– Да, смерть. Тринадцатый аркан. Но не огорчайся.

– Почему?

– М-м… в твоей жизни произойдут кардинальные изменения.

– Я умру?

– Нет, нет. Ты изменишься. Радикально. Тринадцатый аркан – это карта обновления, поэтому она и находится в середине колоды. Иначе она была бы в конце. Посмотри, вот из земли появляются ростки. Это словно зима. Скоро придет весна. Созиданию всегда предшествует разрушение. Сухие листья должны опасть, чтобы раскрылись новые почки.

Лукреция, ничуть не успокоенная, старается поверить объяснению.

– Не знаю, прояснилась ли ситуация для тебя, но мне все это кажется обнадеживающим. Тебе помогают, перед тобой открывается духовный путь к истине, который ведет тебя от иллюзий к реальному миру.

– Спасибо, Алессандро. Ты мне прямо как брат.

– Гадание вдохновило меня, и я придумал тебе новый имидж. Я склоняюсь к каштановой гамме. Я вижу тебя светлой шатенкой. Пожалуйста, не возражай, это важно для меня. Я считаю, что цвет обладает энергией. Мне в голову пришла великолепная идея… Я, наверное, займусь таро-стилистикой. Буду делать прически по результатам гадания.

Лукреция соглашается подвергнуться трансформации. По окончании процедуры она смотрит в зеркало и хочет закричать от ужаса. Ей хочется затолкать Алессандро в рот все его расчески, гребенки и щетки, но она сдерживается. Ее обуревает искушение не заплатить ему за работу, но она платит, оставляет чаевые и уходит, еще раз поблагодарив за гадание на картах Таро, которое заставит ее задуматься над жизнью. Затем она покупает платок, чтобы спрятать последствия катастрофы.



К счастью, у меня сегодня нет важных встреч. Он окончательно испортил мне цвет. Волосы теперь цвета «Нутеллы». Может быть, сменить парикмахера? Он прав, внутреннее соответствует внешнему. Но в психотерапии между врачом и пациентом должна существовать дистанция. Он стал мне другом, гадал мне на картах, и уже не объективен.

Она проходит мимо зоомагазина и думает, не завести ли новую рыбку.



Потом, когда вернусь. Тринадцатая карта не сулит ничего хорошего.

Она покупает дорожную сумку, несколько шерстяных свитеров, стальной чемоданчик. Потом заходит в бакалейный магазин, берет бутылку виски и три шоколадки.



Возможно, я скоро умру, надо побаловать себя напоследок.

Она возвращается в гостиницу.

Исидор видит, что к ее запястью наручниками пристегнут стальной чемоданчик.

– Он закрывается на кодовый замок. Это поможет нам контролировать ситуацию при обмене «Шутки, Которая Убивает», – объясняет Лукреция.



Очень надеюсь, что поможет.


Каталог: 2016
2016 -> Городу иркутску 355 лет Иркутский хронограф
2016 -> I. Демографическая ситуация
2016 -> Элективный курс для учащихся старших классов. Основное требование к предварительному уровню подготовки освоение «Базового курса» по информатике
2016 -> Рабочая программа учебной дисциплины компьютерные технологии в полиграфии 2014г
2016 -> 1. Область применения и нормативные ссылки
2016 -> Международный банк Санкт-Петербурга. Объединяя лидеров Санкт-Петербургский Международный коммерческий банк (пмкб)
2016 -> Карьерная карта – Факультета Мировой Экономики и Мировой Политики Направление мировая экономика Сферы профессиональной деятельности выпускников
2016 -> Cmos, 8-ми разрядный, 32 м выборок/с, ацп с функцией выборки


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19


База данных защищена авторским правом ©grazit.ru 2019
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал